— промахивался он чаще, чем попадал.
— Я пошёл, — хмуро проговорил княжич Пермский.
Мы пожелали ему удачи. Евгений Евгеньевич молча взял в руки винтовку, и…
Показал класс. Он сбил десять тарелок, повторив рекорд внутри нашей группы. Мы зааплодировали княжичу, чтобы его поддержать, а он лишь недовольно скалился, явно жалея, что не сбил больше.
— Вся надежда на тебя, Александр, — заглянув мне в глаза, произнёс княжич.
Я улыбнулся и легко ответил:
— Предоставь это мне!
Начался последний круг — от каждой группы осталось по одному участнику.
Мы занимали третье место. На первом была вторая группа, во многом благодаря рекорду Леонтьева.
К барьеру подошёл стрелок из первой группы — дважды одарённый княжич Владимирский. Егор Архипович Апраксин, широкоплечий черноволосый юноша с колючим взглядом, начал стрельбу.
Через пару мгновений зрители стихли, позабыв, как дышать. А ещё через несколько секунд студенты первой группы заревели:
— Да! Пятнадцать! Пятнадцать! Мы победили!!!
Их группа вышла в единоличные лидеры.
— Эй! У нас есть ещё выстрел! — гордо заявил последний представитель второй группы.
Он хорошо отстрелял, но смог выбить лишь двенадцать и сократил отрыв от нового лидера до одного очка.
— Да! Победа!!! — радовались студенты первой группы, свысока глядя на всех остальных. Их преподаватель-руководитель улыбался до ушей. В этой атмосфере последний стрелок от третьей группы сбил лишь шесть мишеней.
Мои одногруппники выглядели подавленными. Никто не ожидал такого резкого скачка вперёд от первой группы. Чтобы обойти их сейчас, мне нужно выбить восемнадцать мишеней.
— Восемнадцать, — хмуро произнесла баронесса. — Это профессиональный уровень. На чемпионате Москвы прошлого года победитель выбил всего на две больше!
— Александр, ты… — начал было княжич Пермский, но я хлопнул его по плечу, чем вызвал удивление высокородного аристократа.
— Я ведь уже сказал. Предоставьте это мне! Друзья, сегодня наша группа обязательно станет лучшей.
Я подмигнул насупившейся Анне и подошёл к барьеру.
Восемнадцать? Ха… Как бы сказал Лев из моей прошлой жизни:
«Подержите моё пиво!»
Глава 10
Я ухмыльнулся, взял в руки винтовку и встал у барьера.
— Давай, Егоров, покажи отличный результат! — выкрикнул какой-то остряк из первой группы.
— Главное — не победа, а сдача зачёта! — поддержал его второй такой же умник.
Первая группа откровенно веселилась, уже не сомневаясь в собственной победе.
А вот мои ребятки до сих пор напряжены и хмурятся. Ну ничего, это ненадолго.
Я упёр приклад винтовки в плечо и прицелился. В голове пронёсся план дальнейших действий. По регламенту можно использовать все свои силы, кроме Родового Дара. А значит, сейчас будем удивлять.
— Старт! — скомандовал инструктор.
Плавно выдохнув, я нажал на спусковой крючок, одновременно с этим активировав заранее подготовленное заклинание стихии ветра. Пуля рванула к ближайшей мишени, и…
Пролетела мимо неё.
— Ах! — громко удивилась моему промаху баронесса Завьялова, а со стороны других групп раздались смешки.
Но я отмечал это лишь краем уха, чуть довернув дуло винтовки, я снова выстрелил.
— Как это? — изумлённо выпалил кто-то, когда одна моя пуля сбила сразу две тарелки.
А я выстрелил уже в третий раз, и на сей раз уничтожил сразу три тарелки.
— Не может быть…
— Вот это да!
— Как такое возможно⁈
Студенты во все глаза наблюдали за моим выступлением, а я продолжал выпускать пули параллельно с заклинаниями стихии ветра. Сейчас с помощью магии я не добавлял убойной мощи снарядам — заклинание было другим. «Привязывая» ветер к пуле, я создавал завихрения воздуха, которые притягивали тарелки к одной точке.
Первая пуля — притянул. Вторая — поразил и притянул новые.
Повторить в третий раз, затем ещё раз, и ещё…
Студенты изумлённо смотрели на то, как с неба сыплются крошки от сбитых мишеней, и перешёптывались. В какой-то момент я услышал громкий радостный голос Ивана Медведева:
— Тринадцать!!!
А через секунду к нему присоединилось ещё несколько голосов одногруппников:
— Шестнадцать!!!
На их фоне притихли ребятушки из первой группы.
А уже через секунду вся четвёртая группа радостно закричала:
— Восемнадцать!!!
— Он не останавливается⁈
Я отмечал эти выкрики в «фоновом режиме», во многом за счёт пассивной способности Печати Близнецов. Сам же я полностью слился с винтовкой и погрузился в своё дело.
Плавно довернуть корпус… выстрелить.
Вижу удобную цель. Поворачиваюсь — огонь!
Ещё одна хорошая возможность навести винтовку, и…
— Время!!! — заорал преподаватель.
Я остановился и, плавно выдохнув, опустил винтовку дулом к земле. Все звуки стихли. Полигон будто бы вымер. Однако спустя пару минут в этой полнейшей тишине я услышал удивлённый голос Анны:
— Невероятно… двадцать один!
Я тихо хмыкнул. Можно было бы и ещё лучше отстреляться, но зачем уж совсем все козыри выкладывать, а? А так красивая цифра получилась.
Очко!
Ну или дюжина, только наоборот.
— Да! Победа!!! — закричал Иван Медведев.
И наша группа взорвалась аплодисментами. Студенты из других групп смотрели с недоумением и завистью. Особенно тяжело было тем, у кого на левых мизинцах блестели перстни со змееволосым мужиком. Кольценосцы не могли поверить, что какой-то простолюдин смог на голову превзойти их.
Княжич Пермский подошёл ко мне и протянул руку. Я легко ответил на его рукопожатие.
— Великолепный результат, Александр, — спокойно произнёс он.
— Александр, ты был крут! — с радостью поздравил меня Ваня Медведев.
— Поддерживаю! — выкрикнул Ионов. — Феерично!
Одногруппники перестали аплодировать и теперь наперебой поздравляли меня с блестящим выступлением.
— Достойно, — буркнула баронесса Завьялова.
Я кивнул ей и остановился взглядом на её подруге. Анна всё это время стояла молча и задумчиво смотрела на меня. Ребята вокруг немного успокоились, шум начал стихать…
— Я восхищена, — ровно произнесла Анна. — С каждым днём, Александр, я всё больше убеждаюсь, что ваши слова не расходятся с делом. Спасибо вам за это. И за то, что помогли нашей группе стать сегодня лучшей. — Она благодарно кивнула.
— А наша группа и есть лучшая, — не понижая голоса, объявил я.
Краем глаза я отметил, что преподаватель-руководитель первой группы открыл было рот, чтобы что-то сказать, однако не успел. Со стороны студентов его группы раздались размеренные аплодисменты.
Мы все с любопытством повернулись на звук и увидели хмурого княжича Владимирского.
Он перестал хлопать и, развернувшись, пошёл прочь.
Я мельком оглядел остальных студентов из других групп. Большинство из них хмурилось. Но были и те, кто
