своей едой?
— Хочешь поплавать? — спросила Ирина.
— Нет. — я оторвал взгляд от рыбы, которую чистил, и увидел, что девушка сбросила верх бикини на землю.
Какого хрена? Я быстро отвернулся и сосредоточился на том, чтобы отделить филе рыбы от костей.
— Не люблю линии загара, — объяснила Ирина, в ее голосе звучало веселье. — И я не возражаю, если ты будешь подглядывать.
Я посмотрел — но не на нее, а на Наттера. Я выпучил глаза, чтобы выразить свое потрясение, и он ухмыльнулся из-за камеры. Я был благодарен, что Наттер находился здесь, и я не остался наедине с Ириной, потому что мне было неуютно тусоваться с обнаженной женщиной, которая не являлась моей девушкой.
Как только я услышал, что Ирина покинула лагерь, я впервые с сегодняшнего утра расслабился. Продюсеры устроили нам адскую встряску, и приходилось постоянно напоминать себе, что это временно.
Около часа ушло на то, чтобы почистить и приготовить рыбу, а еще я сварил порцию риса. Когда Ирина вернулась в лагерь, я отвел взгляд.
— Не могла бы ты, пожалуйста, одеться?
— Не нравится вид? — спросила она дразнящим тоном. — Посмотри хорошенько, прежде чем принимать решение.
— Я бы предпочел, чтобы ты просто оделась.
Она хихикнула.
— Прям настоящий джентльмен.
Я воздержался от комментария. Он бы не помог.
— Здесь много еды, так что ешь, сколько хочешь, — сказал я. — Я ухожу на поиски сундуков с сокровищами.
— Счастливой охоты. Я поем и лягу в гамак.
Я что-то проворчал в ответ и направился в джунгли. Был не в настроении разговаривать — с кем бы то ни было. Лорен могла постоять за себя, но осознание того, что она находилась наедине с Максом в его лагере, все еще тревожило.
Будет ли он приставать к ней? Она была красива и одинока, так что у меня было предчувствие, что он так и поступит. Но он был ей не интересен. По крайней мере, я так думал.
Макс был известен как эпатажный, бесстрашный парень, которому плевать на мнение людей. Если он считал, что Лорен была женщиной на одну ночь, с которой можно потрахаться ради удовольствия, то он глубоко ошибался.
Углубившись в джунгли примерно на полмили, я посмотрел налево и увидел огромную черную змею, смотрящую на меня с дерева. Вид у нее был зловещий. Я указал пальцем и повернулся, показывая ее Наттеру.
— К черту, — сказал он, сойдя с тропинки и выбрав более длинный маршрут, чтобы обойти дерево со змеей.
У меня было мачете, так что я ее не боялся. На самом деле, порубить змею на куски звучало довольно успокаивающе, а потом я бы приготовил ее и ждал, когда утром вернется Лорен.
Однако змея была слишком умна. Она оставалась на дереве, не шевельнув ни единым мускулом, пока я не ушел далеко вперед.
— Нам дурят голову, Наттер, — сказал я.
— Почему ты так решил? — спросил он у меня за спиной.
— После пары физических испытаний наступает психологическое. Например, эта смена партнеров. Для того, чтобы проверить, изменились ли чувства к нашим бывшим после семнадцати дней совместной жизни на острове.
— Твои изменились?
Я молчал целую минуту, потому что знал — он записывал все, что я говорил, и любой, кто смотрел шоу, мог это услышать. Но к черту все. Буду честным.
— Трудно ответить. Я знал, какая Лорен, еще до того, как попал сюда. Она сильная и умная. Полна решимости делать все, что ей взбредет в голову. Сострадательная. Такого человека любой лидер хотел бы видеть в своей команде.
— Тогда почему вы расстались?
Я остановился и повернулся к Наттеру.
— Мы были слишком молоды.
Отпив из своей фляги, я пытался придумать, как еще объяснить то, что произошло между мной и Лорен. Предположил, что просто время было неподходящее. Я был слишком упрям, чтобы обручиться, а Ло была слишком упряма, чтобы согласиться на меньшее.
— И это все? — разочарованно спросил Наттер.
Я пожал плечами, развернулся и продолжил идти, не желая больше ни с кем откровенничать. До того, как я приехал на остров и снова увидел Лорен, причины, по которым мы расстались, легко слетали с языка. Если я начинал встречаться с женщиной, и она спрашивала о прошлых отношениях, я отвечал, что мы с Лорен были молоды и хотели разных вещей.
Однако сейчас это звучало как пустая отговорка. По правде говоря, мы хотели одного и того же — быть вместе. Просто не смогли договориться о деталях. И это было чертовски тяжело — отпускать кого-то, кто чувствовал себя твоей второй половиной, из-за простых проблем, которые, в конце концов, не будут иметь значения.
Я зашагал дальше в джунгли, не желая сталкиваться лицом к лицу с осознанием прошлых ошибок. Однако они следовали за мной, отягощая мысли. Тем не менее, я шел дальше, надсекая деревья, чтобы не заблудиться.
Я был весь в поту с головы до ног, когда внезапно остановился, внимательно прислушиваясь. Послышался слабый шум, похожий на глухие помехи, и я сразу вспомнил один из детских походов с моим отцом.
Впереди был водопад. Я улыбнулся, желая, чтобы Лорен была здесь и обнаружила его вместе со мной. Теперь у меня была цель, и я ускорил шаг, звук воды становился громче по мере того, как я приближался.
Я видел воду сквозь деревья — белое облако там, где водопад впадал в воду внизу. Земля вокруг была влажной и превратилась в грязь, так что пришлось ступать осторожнее, однако, когда я вышел из-за густых деревьев и окинул взглядом открывшийся вид, я был не прочь испачкаться.
Это было впечатляюще! Водопад переливался через край утеса, окруженного пышной зеленью. У подножия был бассейн. Это было слишком красиво, чтобы быть реальным!
Но это было реально — как и сундук с сокровищами, стоявший на берегу примерно в двадцати футах от нас. Я бросился к нему, спрыгнув на землю и молясь, чтобы я был первым, кто сюда добрался.
В сундуке лежали два десятифунтовых мешка риса, три дюжины упаковок изотоника, сетки от насекомых, брезент, фонарик и большая банка вяленой говядины.
— Черт.
Я обернулся и увидел Наттера, который был весь в грязи, и на его лице было выражение разочарования.
— Что? — спросил я.
— Я должен был следом за тобой, чтобы заснять, как ты открываешь сундук, но поскользнулся и упал.
— Я могу открыть его снова, — предложил я.
— Серьезно?
— Да, чувак. Это не проблема.
Я сложил добычу обратно в сундук, закрыл его и тщательно замел свои следы, затем вернулся к опушке леса и повторил сцену.
— Блин,
