как дотащить все это в лагерь?
Я вспомнил о рюкзаке, который хранился под крышкой последнего сундука. Я посмотрел и, точно, в этом сундуке тоже лежал рюкзак.
— Потрясающе! Изотоник пойдет на пользу Лорен.
Я собрал рюкзак, взвалил его на спину и отправился обратно в лагерь. Обратный путь был более медленным, так как я нес на спине около тридцати фунтов. Как только я вернулся в лагерь, то огляделся в поисках фляг, потому что очень хотел пить.
Стопка фляг, которую я хранил рядом с одним из наших бревенчатых сидений, исчезла. Сердце учащенно забилось, когда я осмотрелся. Четыре из шести фляг, которые были у нас с Лорен, стояли на месте, когда я уходил. У Лорен была с собой одна из фляг, а последняя висела пустой у меня на бедре.
Ирина спала в гамаке. Я подошел и окликнул ее.
— Ирина, вставай!
— Хм-м? Что?
Она прикрыла глаза от солнца рукой и посмотрела на меня снизу вверх.
— Где фляги?
Она откинулась на спинку гамака.
— Не знаю.
Черта с два она не знала! Она находилась здесь все время, пока меня не было, и больше никого не было рядом с нашим лагерем!
— Мне нужны фляги, — процедил я.
— У меня их нет.
— Но ты знаешь, где они.
Ирина зевнула.
— Не понимаю, о чем ты.
— Здесь жарче, чем в аду. Нам с Лорен нужны фляги.
Она снова прикрыла глаза ладонью.
— У нас с Максом их всего две.
— Неужели? — я скрестил руки на груди. — Значит, еще парочка не помешает?
Она ухмыльнулась.
— Да, если бы только я знала, где найти еще…
Мне захотелось опрокинуть гамак и сбросить ее. Я предложил ей всю рыбу и рис, которые приготовил! Оставил все четыре фляги полными воды из колодца!
Не сказав больше ни слова, я покинул лагерь и направился к колодцу, где наполнил свою флягу, пил, пока та не опустела, а затем наполнил ее снова. Теперь, когда я знал, что не мог доверять Ирине, я планировал не спать всю ночь напролет, чтобы защитить единственную оставшуюся у меня флягу и все остальные наши припасы.
— Думаешь, она их украла? — спросил Наттер, когда я завинчивал крышку на своей фляге.
— Сто процентов.
— Удар ниже пояса, — произнес он с искренним сожалением в голосе.
Я был чертовски зол, но не доставлю Ирине удовольствия видеть это. Я вернулся в лагерь и достал из нового рюкзака банку вяленой говядины.
Ирина съела большую часть рыбы, но даже сейчас я не мог на нее за это сердиться. Она умирала с голоду. Правда, там еще оставалось немного риса, так что я доел его и взял пару кусочков вяленой говядины.
— Что это? — спросила она. — Что в рюкзаке?
— Вяленая говядина и не твое собачье дело, — ответил я.
Помолчав несколько секунд, она выпалила:
— Если там есть то, что мне нужно, я, возможно, найду фляги.
Я поборол все свои инстинкты и улыбнулся, взяв еще один кусок вяленого мяса и откусив от него кончик.
— Нет, нам и двух хватит.
Ирина усмехнулась и потопала прочь, к пляжу. Будет отстойно постоянно наполнять фляги. Мы также не сможем уйти слишком далеко от лагеря без достаточного количества воды, но все же… оно того стоило.
Я знал, что Лорен не будет против.
Глава 15
День 18, осталось 7 команд
Лорен
На следующее утро ассистент режиссера Сэл подъехала к лагерю Максима на гольф-каре и съежилась при виде наготы моего временного партнера. Я испытала такое облегчение, увидев кого-то — кого угодно — кроме Макса, что на глаза навернулись слезы.
Это была очень долгая ночь. Дождь шел уже несколько часов, и укрытие не спасало от воды. Макс громко храпел и разговаривал во сне. И у меня болел живот от голода.
— Готова вернуться в свой лагерь? — спросила Сэл.
— Боже милостивый, да!
— Я тебя отвезу.
Я схватила свою флягу и помчалась к гольф-кару.
— Счастливо оставаться, Макс! — крикнула я, когда Сэл отъехала подальше от лагеря Макса.
— Как все прошло? — поинтересовалась она, когда мы находились вне пределов слышимости.
— Ужасно. Я больше суток ничего не ела.
Она посмотрела на меня с сочувствием.
— Мне нельзя ничего тебе давать, но я полностью сосредоточусь на вождении, пока ты будешь рассматривать содержимое пакета у своих ног.
Я взяла белый пластиковый пакет.
— Этого?
— Понятия не имею, о чем ты. Я просто веду машину.
Я заглянула в пакет и увидела шоколадку.
— О боже! Можно мне ее съесть?
— Ух ты, какой вид сегодня утром, а? — ответила Сэл, ухмыляясь. — Я просто не могу оторвать глаз от такой красоты!
— Огромное тебе спасибо, — поблагодарила я, вгрызаясь в шоколадный батончик. — Я серьезно. В последнее время чувствую себя такой истощенной.
Я откусила огромный кусок и застонала от восторга, ощутив на языке вкус соленого арахиса и сладкой карамели. Углеводы были крайне необходимым бальзамом, и я смаковала их до последней крошки.
Я положила обертку от шоколадного батончика обратно в пакет, а Сэл взяла его и спрятала в бардачок гольф-кара.
— Осталось семь команд, — сказала она. — Вы можете выиграть.
— Это безумие — так думать. Арчеру буквально пришлось нести меня в одном из первых испытаний.
— Ты сильный партнер, Лорен. Не сомневайся в себе.
Услышав слова ободрения от другой женщины, я вспомнила о своей сестре. Я так сильно скучала по ней. Но она бы посоветовала мне терпеть все тяготы. Я хотела получить приз, и теперь у меня появилась еще одна мотивация — победить Макса.
— Вот и дом, милый дом, — произнесла Сэл, когда дальше по пляжу показался лагерь.
— Больше похоже на дом, кишащий насекомыми, — съязвила я. — Но по сравнению с лагерем Максима, выглядит как дворец.
Когда Сэл подъехала к лагерю, Арчер уже ждал нас. Мое счастье было подобно внутреннему солнечному лучу, рвущемуся на свободу. Я быстро поблагодарила Сэл и подбежала к Арчеру.
Он крепко обнял меня, а я обвила руками его шею, закрыв глаза и глубоко вздохнув с облегчением.
— Ты как? — спросил он, отстранившись, чтобы оглядеть меня.
— В порядке.
— Пока, ребята! — попрощалась Сэл.
Ирина уже сидела на пассажирском сиденье гольф-кара и показала Арчеру средний палец, когда Сэл отъехала от лагеря. Я посмотрела на Арчера, открыв рот от удивления.
— Я так понимаю, все прошло не очень хорошо?
Выражение его лица стало серьезным.
— Она украла четыре наши фляги.
— Что?
— Я уходил из лагеря, а когда вернулся, их уже не было. Она сама призналась. Сказала, что вернет их, если я отдам ей
