С именем Шаповалова связан и еще один громкий скандал в Кущёвской, когда милиционер сбил насмерть второклассницу на «зебре» возле школы и был за это оправдан судом, отмечал «Московский комсомолец». Тогда следователь все сделал «как надо», и дорожно-транспортная экспертиза на основании его дознания заключила, что водитель «не имел технической возможности предотвратить ДТП путем торможения». И даже добавила: «даже если бы ехал с разрешенной скоростью 40 километров в час». А еще экспертиза не усмотрела прямой связи гибели девочки в ДТП, поскольку у нее были еще и два заболевания. Вынося оправдательный приговор, судья и сослался на эти экспертизы.
Глава 4
ПЕРЕСАДКА ВНУТРЕННИХ ОРГАНОВ
Расценки на смерть
Сколько стоят пытки в КПЗ, отбитая селезенка, сломанный нос? Сколько государство заплатит за убийство милиционером родственника, удаленную после общения со стражем порядка селезенку и лопнувшую барабанную перепонку? Слесарю по ремонту газового оборудования из поселка Новый Тукаевского района Татарстана Фании Хайруллиной сообщили в банке, что из Минфина России пришел денежный перевод. Баснословные по сельским меркам 250 тысяч рублей «поступили» за смерть 51 — летнего мужа Фании в стенах Тукаевского РОВД.
По официальной версии милиционеров, муж повесился на балконе пятого этажа. Расследование правозащитного центра показало, что самоубийство Жавдата Хайруллина инсценировали милиционеры после пыток задержанного. За 6,5 года жена не могла добиться осуждения сотрудников милиции за гибель супруга. Фания Хайруллина получить компенсацию уже не надеялась: «Понимаете, мне сказали, что деньги мне не положены, так как незаконные действия милиционеры применяли не ко мне, а к моему покойному мужу». Однако Ново-Савиновский районный суд Казани, невзирая на отсутствие обвинительного приговора, обязал государство выплатить вдове деньги.
Как написала «Новая газета», заместитель начальника отделения милиции Тунгокоченского РОВД Забайкальского края Олег Иванов и старший оперуполномоченный уголовного розыска Юрий Князев решили, что на жителя поселка Вершино-Дарасунский Сергея Степанова можно повесить нераскрытое преступление. Перед смертью 36-летний мужчина успел рассказать близким, что милиционеры его многократно поднимали и бросали на пол, «танцевали» на его теле. Отец Сергея не смог перенести потерю сына: через пару месяцев покончил жизнь самоубийством. Милиционеры получили по 8 и 7 лет колонии строгого режима соответственно. Спустя три года сестра забитого до смерти добилась выплаты от Минфина 100 тысяч рублей.
В ноябре 2007 года родителям убитого милиционерами жителя татарстанского поселка Актюбинский Ильмира Хайдарова чиновники выплатили 300 тысяч рублей. Государство решило вернуть ушедшие из бюджета на компенсацию морального вреда деньги. Суд пошел навстречу прокурорам, и получившие в свое время 3 года и 9 лет лишения свободы старший оперуполномоченный Марат Валеев и сотрудник патрульно-постовой службы Рамиль Сафин должны будут возместить бюджету откупные за пытки.
Глава МВД Татарстана Асгат Сафаров заявил: «Во многих случаях люди просто пытаются заработать на судебных исках, требуя компенсации „морального ущерба“, ведь суммы жертвам милицейского произвола присуждаются немалые».
— Вот уж действительно достойная компенсация — от 100 до 300 тысяч за гибель родного человека. Говорить о том, что подача таких исков по милицейским делам есть способ обогащения, — кощунство, — говорит «Новой газете» председатель Казанского правозащитного центра Игорь Шолохов.
«Сначала Новочебоксарский городской суд, а затем и Верховный суд Чувашии в один голос решили, что избиение Артура Иванова в участковом пункте милиции № 1 Новочебоксарска, завершившееся „надрывом левой барабанной перепонки“, должно обойтись Минфину России в 20 тысяч рублей. Неудивительно, что 22 июня этого года Иванов направил жалобу в Европейский суд в надежде получить 312 тысяч (10 000 долларов), как это принято в Страсбурге по аналогичным делам. Юристы понимают, что перспективы у Иванова очень даже неплохие, пишет „Новая газета“, учитывая, что чувашский суд вопреки нормам международного права открытым текстом пояснил: „Следовать практике Европейского суда нужно не во всем и не всегда“». Избивший же Иванова капитан милиции Медведев приговорен к 3 годам колонии общего режима.
Пытка должна быть реально зверской, а последствия если не смертельными, то весьма печальными, чтобы суд объективно оценил страдания жертвы милицейского произвола, пишет «Новая газета». В качестве примера приводят трагедию местного жителя Владимира Ершова, который за разорванный мочевой пузырь получил от республиканского Минфина 45 тысяч рублей.
«Петр Гостев и Тагир Садтаров получили по 10 тысяч, сломанный милиционером нос Радмира Юнусова потянул на 25 тысяч рублей, а виновный в избиении всей этой молодежи капитан милиции Олег Кандрашин отделался 4 годами условно. 35 тысяч рублей получил автолюбитель Станислав Шойкин за сломанную гаишниками руку. 40 и 50 тысяч суд присудил Марату Фахрутдинову и Руслану Галлямову. Их милиционеры три дня удерживали в отделении, не давали выйти в туалет, а еще заставляли висеть на решетке на вывернутых и связанных за спиной руках. „Повезло“ стать боксерской грушей Мнацакану Алтуняну. Впоследствии получивший 2 года колонии милиционер не только жестоко избил мужчину, но и заставлял отмывать полы от собственной крови. Это обстоятельство обернулось для Алтуняна 75 тысячами рублей компенсации морального вреда».
— Честно, иногда так хочется пропустить судью через все то, что прошел истец: через унижения и страх в момент свершения произвола, долгий путь по доказыванию, что ты невиновен, а потом за все это — вручить рубль на шоколадку, — не скрывает эмоций руководитель «Щита и меча» Алексей Глухов в интервью «Новой газете». — Вспоминаются исторические параллели, когда ответственность и штрафы назначались исходя из того, к какому сословию принадлежит жертва. Судя по нашей практике — судьи их относят к самому низшему.
Мы уже отмечали, что методика точного определения морального вреда по делам о милицейском произволе в российском законодательстве не предусмотрена. Судьи определяют сумму компенсации, опираясь на собственные субъективные оценки.
— Вот только эти принципы не всегда согласуются с понятиями о справедливости самих жертв милицейского произвола, — отмечал в беседе с журналистами правозащитник Игорь Шолохов. — Как может уважаемый судья установить разумность и справедливость, сделать оценку глубины страданий молодого человека, от которого милиционер добивался признательных показаний с помощью присоединения к заднему проходу электропроводов? Или когда на просьбу подростка предъявить служебное удостоверение сотрудник милиции ответил ударом в глаз? Для жертвы милицейского произвола любая сумма не будет адекватной тем мукам, которые пришлось испытать. И в этом случае имеющаяся «вилка» от 10 тысяч рублей до 150 тысяч очень показательна.
Елена Николаева была на пятом месяце беременности, ждала появления на свет двойни, когда стала подозреваемой в мошенничестве. Через месяц уголовное дело прекратили, а суд первой инстанции даже обязал Минфин выплатить пострадавшей от ошибок следствия 6000 рублей. Однако это решение было отменено: чиновники обжаловали эту смешную сумму и сумели внушить судье, что требовать компенсации можно тогда, когда человеку предъявлялось обвинение, мол, Николаева была лишь подозреваемой.
Руководитель Забайкальского правозащитного центра Виталий Черкасов рассказал журналисту «Новой»: «В последние пару лет стали присуждать более разумные суммы компенсации тем забайкальцам, кто подвергся пыткам и истязаниям. На этом фоне не всегда справедливыми воспринимаются суммы, присуждаемые тем, кто незаконно привлекался к уголовной ответственности».
Так, Михаилу Романову за 4 года уголовного преследования (осудили на 11 лет), из которых 2,5 года он провел за решеткой, Агинский районный суд Агинско-Бурятского автономного округа присудил в качестве моральной компенсации 450 тысяч рублей, то есть по 300 рублей за каждый день «хождения под статьей».
Три месяца провел в следственном изоляторе по обвинению в убийстве 24-летний читинец Дмитрий Апрелков. Когда поняли, что поймали не того, и выпустили, выяснилось, что в СИЗО у Дмитрия развился очаговый туберкулез. Черновский районный суд Читы присудил Апрелкову 100 тысяч рублей с Минфина России.
Роберт Валерианов получил 5 тысяч рублей за два месяца, проведенных в изоляторе временного содержания. Иван Долгов получил 15 тысяч рублей за 2,5 месяца в СИЗО. Интересно, что при определении суммы компенсации в этом случае суд «учел индивидуальные особенности истца» — то, что он «является сельским жителем».
