долго уж нету, — Генар понизил голос и сделал его мягче, стараясь детей не пугать.
Чтобы убедить отчаявшихся молокососов, что он не скардж и не собирается их самих съесть на обед, у Ричарда ушло ещё целых десять минут и количество нервных клеток, сравнимое с тем, что выжирал диалог с Линой длиною в секунду. Наконец, атакуемый с двух сторон аргументами Ричарда и голодными просьбами сестры, мальчонка сдался и деактивировал турель. Когда оба ствола орудия задрались в потолок, капитан, предупредив малышей, подозвал Сола и попросил его вскрыть боковой люк вездехода. Альву было достаточно лишь приложить руку к двери, как механизмы загудели, а бронированная пластина скользнула в сторону, открывая вход, из которого испуганно выглядывали два чумазых ребёнка примерно десяти и шести лет.
«Ох и за что мне все это?» — сдержанно подумал солнцеволосый, сняв шлем, дружелюбно улыбнулся и достав из разгрузки два белковых батончика произнес:
— Вот, жуйте. А потом давайте рассказывайте, где родня подевалась, и как вы здесь очутились вообще.
Мальчика звали Эдвин, а его сестру — Глори. Вместе с отцом и двумя братьями они скитались по Пустоши в поисках забытых могильников, как легендарные Искатели прошлого, прежде чем те зазнались и ушли в небеса. Судьбу их матери Ричард не стал уточнять, по глазам деток прочитав, что для них это до сих пор тема больная. Он сам потерял мать и несмотря на прошедшие годы, прекрасно их понимал.
Их пескоход направлялся вдоль горной гряды в сторону Вайрна, чтобы продать восстановленные механизмы и оборудование на рынке Нижнего города, когда мусорщики столкнулись с королевским грифоном, загнавшим транспорт в пещеру. Лазер твари оставил страшные, оплавленные раны на крыше их мобильного дома.
Разумеется, родитель семейства решил пошуршать по окрестностям, оставил детям еды на два дня и растворился во тьме заброшенной лаборатории, где когда-то начинал свой путь Ротенхауз, экспериментируя в создании метаморфов… То, что у этой истории будет грустный конец, Генар не сомневался с начала и сейчас соображал, что ему со всем этим делать. Хорошим, сердобольным парнем он себя не считал, на его руках было достаточно крови. Но бросить маленьких детей одних в темноте… Даже по его меркам это было уж слишком.
Пока неприхотливая малышня с аппетитом хрустела батончиками, бойцы заняли зал и, скрываясь между колоннами, внимательно его обыскали. Судя по трехмерной карте объекта, отсюда вело два коридора. Южный в генераторную, где уже второй десяток лет надрывался за двоих небольшой, резервный, ядерный реактор. Второй же вел на восток, где был спуск на нижние ярусы, именно туда уходили следы трех могильщиков. Разместив спящую красавицу на мягкой кровати внутри вездехода, Рич приказал бойцам разбить лагерь и выставил охрану, ожидая её пробуждения. Продвигаться внутрь комплекса без второго офицера он не хотел.
— Интересно, что с ней случилось? — прямо над ухом прогремело фальцетом.
— Не знаю, но ножкам бо-бо…
В ушах стучали стальные набаты, сердце выпрыгивало из груди, а в горле бушевала жаркая, южная пустошь. Неподъемные, словно свинцовые, веки задрожали и нехотя поползли вверх, модифицированная печень едва справлялась с потоком токсинов и жалобно молила об эвтаназии. Так плохо, Искательница не чувствовала себя никогда, даже умирая от распада всего организма, она явно была в лучшей форме, чем сейчас. На лоб опустилась чья-то прохладная ладонь. Застонав, Лина открыла глаза и встретилась с сочувствующим взглядом альва.
— Добей… Ну, или воды дай. — жалобно попросила она хриплым голосом.
— Ты слишком рано пришла в себя. Поспи еще полчаса. — нежная прохлада покинула ее лоб, кожа альва была куда мягче, чем человеческая, а температура тела ниже на пару градусов.
Напившись из предложенной фляги, Лина заставила себя сесть и огляделась. Ее внимательно разглядывали три пары глаз, по бокам от взлохмаченного Сола, на соседней койке сидела парочка незнакомых детей.
— Могильщики? — кивнув на них, спросила девушка.
— Сами вы могильщики. Мы Искатели! Папка всегда говорил, что мы настоящие, потому что корпам не продались. Кстати, теть, а кто такие эти корпы? — воскликнул мальчишка, с интересом разглядывая ее мерцающий синим цветом, в процессе диагностики, костюм.
— Интересная точка зрения на историю Ордена, — пожала плечами Лина и закончив проверку снаряжения, поднялась на ноги.
Ее уже даже почти не качало, хотя бег на сто метров все еще оставался непосильной задачей. Повернувшись к мальченке, она наклонилась и ласково взлохматила его темные волосы:
— Корпы — это плохие люди. Как скарджи, только хитрее. Держись от них подальше, малыш, особенно если они тебе захотят что-то продать или купить.
— А как ты корпу продалась? — наивно и с жалостью спросил Эдвин в ответ.
Лина бросила взгляд за дверь вездехода на раздраженного Ричарда и, в ожидании неприятностей, тяжко вздохнула:
— А я не продавалась. Досталась бесплатно, в наследство, похоже.
Взяв стоящий неподалеку шлем, она выпрыгнула из транспортного средства и едва успела поймать пакет с рационом питания, что ей бросил Генар. Парень кивнул рядом с собой, усевшись у одной из побитых временем каменных колонн, окрашенных белой краской, что поддерживали бетонный свод над головой. Пожав плечами, блондинка подошла и присела рядом, надавив на кнопку разогрева пайка.
— Ты могла умереть, — бросил Ричард, открывая свой завтрак.
— Шокирующая проницательность! Мы Искатели, Ричи. У нас нет «вчера» и нет «завтра», есть только «сейчас». Я сделала то, что должна, чтобы обеспечить твою посадку. Корабль был на слишком большой высоте, орудия бы не достали. Так что не выноси мозг. В худшем случае, если бы ты меня не поймал, я стала бы такой же плоской доской, как твоя бывшая, — когда Лина закончила говорить, упаковка с едой вспухла. Открыв ее, девушка с наслаждением набрала пластиковую ложку сытной, горячей, гречневой каши с тушенкой.
— Это которая? — осторожно бросив на Искательницу взгляд, спросил парень.
— Сьюзан Крайд с второго курса аналитики реликтов. Ты ее трахнул в подсобке после сдачи всех тестов. Она визжала, как свинья резаная, на весь склад, мне ее хотелось добить, чтобы не мучилась.
— Даже не буду спрашивать, что ты там делала так поздно вечером. А еще кое-кто также орал по ночам на Искателе. Так что мы, как минимум, квиты.
— Я не думала, что это было так… громко,
