ответила Радомила. – Ладно, утром договорим. Мы устали с дороги.
– Ага, давайте. – Охотница проводила их тяжелым взглядом. – Только без нас-то не суйтесь никуда, возраст у вас уже не тот.
Можно было начать перепалку и поставить выскочку на место, но дела и так плохи. Если еще и охотники между собой грызню начнут, то в безымянных землях живых не останется.
– Шайка разбойников, – пробормотал Ждан. – Ненавижу их.
– Придется потерпеть.
Они вошли в комнату, закрыли дверь на хлипкую щеколду и насторожились – тишина. Эти и подслушивать могут, у них нет ни совести, ни чести.
– Ты права была, похоже. – Ждан сел на кровать. – Эта тварь играет с нами, со всеми людьми, которые ей на пути попадаются.
– И платит золотом за победу над мороком. – Радомила провела рукой по волосам. – Но все дело в детях.
– Думаешь?
– Нутром чую. Ничего не кажется тебе странным?
– Просвети меня.
– Думай, Ждан. Совсем разум усох? – Она пытливо посмотрела на него. – Подарки…
– Подарки? – медленно повторил он. – Мне нужна помощь. – Его глаза вдруг округлились. – Подарки только послушным детишкам!
– Наконец-то! А то я уж было решила, что вышла замуж за дурака.
– Думаешь, оно наказывает непослушных детей и поощряет тех, кто вел себя хорошо? Как поняла?!
– Уголь стал последним кусочком мозаики. – Радомила откинулась на подушки. – Плохие дети получают угольки, а хорошие – монеты.
– А нам оно за что платит?
– Забавляется так. Жаль только, что умирают в этой забаве по-настоящему. – Радомила посмотрела в окно. – Есть одна могущественная сила, которая за собой всех остальных тварей ведет. И каждый раз, когда мы побеждаем их, нас награждают золотом.
– Это дико даже для нашего мира.
– Уверена, что завтра мы найдем хороших ребят, которые обнаружили под подушкой монетки. А те двое, которых набили соломой, сделали в этом году что-то скверное. Ничего не напоминает?
– Неужто сама Коляда решила явиться? – тихо спросил Ждан.
– Вот и узнаем. – Радомила подалась вперед и поцеловала мужа. – Но сначала отдохнем.
Радомила ошибалась часто, как и любой другой человек, но на этот раз оказалась права – городские детишки обнаружили под подушками и в карманах немало монет неизвестной чеканки.
Жители Ясенево были напуганы, детей загоняли по домам. Да вот только стены твари не преграда.
– Чего вам? – Сурового вида мужик сверлил Ждана взглядом.
– Дети есть? – спокойно спросил тот.
– Ну есть. Ты кто будешь?
– Охотники мы, не серчай, хозяин, помочь хотим.
Что за дар у мужа, Радомила понять не могла уже много лет. Даже если человек не собирался иметь с ними дел, стоило Ждану открыть рот, как каждый выкладывал все как миленький.
– В дом не пущу, – предупредил мужик.
– Мы и тут неплохо себя чувствуем, – заверил его Ждан. – Нам бы с мальцами твоими поговорить, много времени это не займет.
Хозяин оценивающе осмотрел их, пожал плечами и крикнул:
– Позови Миколу! – Потом понизил голос и спросил: – Тварь-то нашли эту? Знаете, кто детей убил?
– Пытаемся выяснить. Темное время нынче, чего только не повылазило, – ответил Ждан.
– Из Пади прут?
– Да если бы из Пади.
Худощавый мальчишка испуганно сжался, увидев на пороге людей в черном. Радомила вышла вперед, присела на корточки и ласково спросила:
– Как звать тебя?
– Микола, – ответил за него отец.
– Скажи, Микола, знал мальчишек, которые умерли недавно? – Малец медленно кивнул. – Хорошие они были друзья?
– Нет! – выкрикнул он. – Не дружил я с ними.
– А почему?
– Да задирали они его, – снова вмешался в разговор отец. – Всех задирали, на самом деле, и девчонкам доставалось. Вон, недавно одной косу подпалили, чуть не сгорела.
– А родители что? – Они с Жданом переглянулись.
– Да чхать они хотели. Теперь вон, в одиночестве оплакивают сыновей, никто им плеча не подставит.
– Не по-людски это, – заметил Ждан.
– А по-людски было спускать им все с рук?
– Так ты считаешь, что заслуженно ребятня поплатилась?
– Нет, такого никто не заслуживает, – признал мужчина.
– Тогда собери семью и пойди на похороны, а потом и на поминках рюмку выпей. – Ждан по-отечески похлопал здоровенного мужика по плечу. – Все под одним небом ходим, кто знает, что завтра случится. Вы в нового Бога веруете?
– Ни во что уже не веруем, ни в старых, ни в новых богов. Если они допускают, чтобы из детей чучела набивали, то много чести им поклоняться.
– Микола, – Радомила снова обратилась к мальчику, – а монетки есть у тебя? Вот такие.
Она разжала кулак, показала золото. Колька кивнул, залез в карман и вытащил свои. Выходит, права она во всем. Послушные дети получают награду, а хулиганы – по заслугам. Но кто за шалости смертью наказывает? Может, и были братья настоящей холерой, но чучела из них делать?!
– Спасибо, хозяин. – Ждан крепко пожал мужику руку. – Береги сына, на улицу без надобности не отпускай.
– Найдите тварь-то. Одна у нас надежда – вы.
Выйдя со двора, охотники остановились у забора и надолго задумались. На лбу Ждана прорезались глубокие морщины.
– И как ловить древнее божество? – спросил он. – И откуда мы знаем, что не теряем здесь время? Быть может, Коляда уже ушла.
– Не знаем, – подтвердила Радомила. – Ни разу еще положение таким безвыходным не казалось.
– Озарения закончились? Помнится, ты говорила, что у меня ум ссохся, а что насчет тебя?
– И не стыдно тебе? – притворно возмутилась она. – Я и так додумалась до всего, что нам известно.
– Тогда нужно узнать, что наши приятели успели найти.
– Приятели… – Считать Диву и ее головорезов соратниками не хотелось, но теперь супруги были вынуждены плыть с ними в одной лодке. – Пойдем узнаем. Если драка начнется, я беру на себя седого.
– А мне опять женщину бить? Не щадишь ты меня, любимая.
Не найдя охотников на первом этаже постоялого двора, Радомила решила проверить комнаты. Они в это время и спать могут, с них станется.
Постучала в одну дверь, в другую, у третьей задержалась, словно чутье охотничье сработало. Прислушалась и поняла, что в комнате кто-то глухо стонет.
– Эй! Помощь нужна? – спросила Радомила.
Ответа не дождалась, достала нож и поддела замок.
– Есть здесь кто?
Отвечать юноше не потребовалось – она разглядела его под слоем одеял и тулупов. Огромные глаза смотрели с мольбой, из носа текло – кажется, он недавно плакал.
Радомила села на край постели. Мальчишке на вид было лет восемнадцать, совсем молодой.
– Что случилось? – Она с неожиданной для себя нежностью погладила его по темным волосам. – Они тебя похитили?
Он обреченно покачал головой.
– Пойдем. – Она решительно отбросила одеяла в сторону. – Сейчас я…
Мальчишка стыдливо прикрылся руками, будто побоялся, что она что-то разглядит сквозь грубую ткань штанов.
– Что с тобой случилось? – повторила она. – Почему ты молчишь? Тебе что, язык отняли?
– Нет, – прохрипел юноша.
– Вставай. – Радомила подхватила его под руки и заставила сесть. – Мы сейчас же уйдем отсюда, найдем лекаря или…
– Был я у лекаря. – Крупные слезы покатились по чумазым щекам. – Не помог он мне.
– Ты болен? Объясни по-человечески!
– Ничего объяснять он тебе не должен.
В комнату вошла Дива. Ее ухмылка ничего хорошего не предвещала, но если она решила в пугалки играть, то не на ту напала. И покрепче разбойников встречали в дороге, и где они теперь?
– Что вы с ним сделали? – Сердце подсказывало, что к беде мальчишки «друзья» руку приложили.
– Обижаешь, дорогуша. Зачем нам своих калечить?
– От вас ожидать можно чего угодно. – Неприязнь наконец взяла верх над попытками смириться с их присутствием.
– Ведьма порчу на него навела. – Дива смотрела как змея, не отрывая взгляда. – Я показала его знахарке. Она сделать ничего не смогла.
– Врешь, – прошептал юноша. – Ни слова правды не сказала!
Он попытался кинуться на нее, но запутался в простыне и упал на пол. Радомила нагнулась, чтобы поднять его, и получила сильный удар в лицо.
Растерявшись от неожиданности, она завалилась на бок. По лицу потекло теплое.
– Сука. – Она сплюнула кровь на пол и достала из-за пояса нож.
Дива не дала ей выпрямиться – схватила за шею и приложила головой о стол. В глазах потемнело, раздался невнятный крик мальчишки. Охотница ничего не сказала, еще раз врезала Радомиле и отшвырнула ее от себя.
– Лезть в мои дела вздумала? Мы не выгнали вас из города только из уважения к возрасту!
– Вы не вышвырнули нас, – Радомила крепче сжала рукоять
