Перри покачал головой. Его лицо стало даже как-то бледнее обычного.
— Нет. Просто на какое-то мгновение, при первом взгляде, я подумал, что они… что это кто-то другой. Женщина, которую я знал очень давно.
— Кто? — Грэйвз подождал, а затем, поняв, что Перри больше ничего не скажет, продолжил: — Я не собираюсь ничего скрывать от вас, и настоятельно прошу ничего не скрывать от меня. С вашего разрешения я позволю Стивену рассказать все остальное. У него самая полная информация, а мне трудно так говорить, чтобы чувства не захлестывали и не влияли на объективность суждений.
Подергивание прекратилось. Лицо Грэйвза успокоилось, став молодым и более счастливым.
— Ладно, поехали, — проговорил он. — Печальная история Елены и Джени Кармел. Шаста — мир богатый, и там молодым позволяют делать все, что хочется. Когда близняшкам Кармел исполнился двадцать один год, им подарили космическую яхту «Летний сон». Однако вместо того, чтобы порхать по своей родной планетной системе, как большинство других молодых, они уговорили свою семью поставить на их корабль Бозе-систему и отправились в настоящее космическое путешествие. Посетили девять миров Четвертого Альянса, три из Сообщества Зардалу. На последней планете их маршрута они решили испытать «жизнь, как она есть», так было сказано в их передаче домой. Другими словами, с удобствами понаблюдать за жизнью отсталого мира…
… они приземлились на Павлине-4 и поставили роскошную палатку. Пав-4 — бедная болотистая планета Сообщества. Вернее сказать, бедная теперь, но бывшая достаточно богатой до того, как за нее взялись люди. Тогда, по ходу дела, оказалось, что им мешают местные жители, амфибии, так называемые берсии. Почти всех их уничтожили, но к тому времени и планету обобрали, так что промышлявшие там люди оставили ее. Уцелевшие берсии, которых было очень немного, получили статус «потенциально разумных» и стали считаться охраняемым видом. Наконец…
Грэйвз остановился. Лицо его выглядело как маска с меняющимися выражениями. И даже не было понятно, кто говорит — Джулиус или Стивен.
— Были ли берсии разумными? — мягко сказал он. — Этого никто теперь не узнает. Нам известно лишь, что берсии полностью истреблены. Две последние семьи уничтожены два месяца назад… Еленой и Джени Кармел.
— Но ведь наверняка не нарочно? — Перри все еще продолжал сжимать в руках кубик с изображениями девушек и неотрывно смотрел на них. — Это, должно быть, произошло случайно.
— Очень может быть. — Судя по серьезному тону, слово снова взял Джулиус Грэйвз. — Мы не знаем, потому что близнецы Кармел не остались для объяснений. Они сбежали и продолжали убегать, пока неделю назад мы не перекрыли для них Бозе-Сеть. И теперь им бежать некуда.
Шторм забушевал с новой силой. Снаружи доносилось дикое завывание ветра, громкий рев сирены и стук дождя по крыше. Ребка мог бы и дальше слушать Грэйвза, но Перри при первых же звуках сирены направился к двери.
— Приземление. Эта сирена означает, что кто-то в беде. Они с ума сошли, при шторме в пять баллов…
Он убежал. Джулиус Грэйвз медленно поднялся на ноги. Его остановила рука Ханса Ребки.
— Они сбежали, — повторил Ребка. В залитом дождем окне он различил огни опускающегося аэрокара, который бросало из стороны в сторону и вверх-вниз. До земли оставалось несколько метров, и ему самому следовало идти туда. Но сначала он хотел удостовериться в одной вещи. — Они сбежали. И они прибыли… на Опал?
Грэйвз покачал массивной, покрытой шрамами головой.
— Я тоже так думал и поэтому попросил допуск сюда. Стивен рассчитал траекторию их полета: она заканчивалась в системе Добеллии. Но когда я прибыл сюда, то сразу поговорил с диспетчерами космопорта. Они уверили меня, что никто не посадит корабль с Бозе-двигателем на этой планете, без их ведома.
Снаружи донесся новый сигнал тревоги и вспыхнули красно-оранжевые предупредительные огни. Люди что-то кричали визгливыми голосами. Глядя в окно, Ребка увидел, как аэрокар коснулся полосы, подскочил и, перевернувшись, ударился о землю. Ребка рванулся к двери, но его удержал Грэйвз, внезапно схватив за руку.
— Когда командор Перри вернется, я сообщу ему о новой просьбе, — тихо проговорил Грэйвз. — Мы не хотим обыскивать Опал. Близнецов здесь нет, но они в системе Добеллии. А это может означать только одно: они на Тектоне.
Он склонил голову набок, словно в первый раз услышав вой сирены и скрежет рвущегося металла.
— Нам необходимо обыскать Тектон, и поскорее, но сейчас, кажется, есть более неотложные проблемы.
8. 26 ДНЕЙ ДО ЛЕТНЕГО ПРИЛИВА
«Момент смерти. Вся жизнь проходит перед вашими глазами».
Дари Лэнг ощутила боковой удар ветра, когда колеса аэрокара коснулись земли во второй раз. Она увидела, как сломалось оземь правое крыло, почувствовала, что машина оторвалась от полосы, и поняла: они переворачиваются. Раздался треск обшивки.
Внезапно черная земля пронеслась в каком-то футе у нее над головой. По лицу текла какая-то грязь, мешавшая дышать. Свет исчез, оставив ее в полной темноте.
Когда ремни безопасности врезались в грудь, боль прояснила сознание. Она почувствовала себя обманутой.
Неужели _э_т_о_, пробегающее перед мысленным взором, и есть ее жизнь? Если так, то какой же несчастной и скудной она была. Все, что ей вспоминалось, это Стражник, то, как она не могла понять, что он, собственно, такое. Никогда не могла разгадать древнюю тайну, узнать, что случилось со Строителями. И все эти световые годы понадобились только для того, чтобы раздавить ее, словно жука, в грязи паршивой мелкой планетки?
Словно жука… Мысль о жуках принесла с собой легкое чувство вины.
Почему?
И тогда она, вися на ремнях вниз головой, вспомнила. Думать было трудно, но необходимо. Она жива. Жидкость, стекавшая по ее носу и заливавшая глаза, жгла неимоверно, но она была слишком холодной для крови. А как обстоит дело с остальными двумя пассажирами, с Атвар Х'сиал и Ж'мерлией? «Они не жуки, — подумала она. — Даже, пожалуй, она больше похожа на насекомое, чем они. РАЗУМНЫЕ СУЩЕСТВА. Стыдись, Дари Лэнг! Неужели ты убила их своими паршивым пилотированием?»
Дари изогнула шею, чтобы поглядеть назад. С шеей было что-то неладное. Сильный удар обжег ей горло и левое плечо, еще до того, как она повернулась. Она ничего не видела.
— Ж'мерлия! — Звать Атвар Х'сиал было бесполезно. Даже если кекропийка и смогла бы ее услышать, ответить ей бы не удалось. — Ж'мерлия!
Никакого ответа. Но какие-то человеческие голоса доносились снаружи. Они звали ее? Нет, их крики обращены друг к другу… Разобрать слова из-за свиста ветра было невозможно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
