первая, кого они видят, когда приходят с суммами полными цен. Моя работа заключается в том, чтобы убедиться, что у них всё есть, пока девочки работают. Еда, питьё, табак, всё что им заблагорассудится.
— В том числе и тот толстый, о котором ты говорила?
Она не стала говорить, лишь молча кивнула. Однако этого мне было достаточно, чтобы растянуться в самодовольной улыбке и наклониться вперёд. Идеально… пока всё складывается просто идеально. Осталось только подцепить Лан на крючок и ни в коем случае не дать пойти на попятную. Именно поэтому я натянул самое дружелюбное лицо, на всякий случай съел ещё одну булочку с соленьями, попутно похвалив еду и приступил к процессу вербовки:
— Я знаю, что он не должен сюда приходить. Должники платят напрямую в казначейство, как и положено, а то, что делают эти чертовы сборщики — настоящее преступление!
— Да! Я ходила даже во дворец и рассказывала всё страже, но они мне не поверили и послали куда подальше, что странно. Мои девочки ни раз обслуживали их по полной программе, причём так, что их смешные шапки на головах аж крутились! А тут прогнали, словно безродную собаку!
— Вот и я о том же! — Согласно кивнул и продолжил разжигать в ней костёр. — Они и будут слушать, потому что знают, что с имперскими служащими лучше не конфликтовать. Трусы они, а не стража!
— Трусы! — Закивала в ответ Лан. — Стой, но зачем ты мне всё это говоришь?
Я откинулся на спинку стула и, сделав глоток воды, ответил. — Потому что у меня есть решение этой проблемы. Ни ты, ни я, никогда не выплатим этот долг до тех пор, пока этот толстый сборщик потрошит нас, словно свиней. Что будет в следующий раз? Он заберёт у тебя скот? А кто его остановит, м? Кто? Как ты будешь зарабатывать и платить казне, если у тебя всё отнимает один ублюдок? Сама подумай, когда ты перестанешь платить, а Саид больше не будет столь щедрым, тебя попросту выгонять на улицу, и что дальше? Обслуживать за еду?
— Нет, никогда! Но… я… я всё ещё не понимаю, о каком решении ты говоришь?
Я подался вперёд и, сложив руки в замок, уверенно пояснил. — Об этом тебе не стоит беспокоиться. Я сделаю так, что ты больше никогда не станешь платить этому сборщику и он перестанет появляться на пороге твоего дома. Но для этого мне понадобится твоя помощь, согласна?
Лан быстро захлопала ресницами, словно пыталась понять о чём идёт речь, как вдруг проглотила ставший в горле ком, кивнула и шепотом спросила: — Что мне нужно делать?
Я улыбнулся, осознав, что у меня только что появился союзник и, закинув в рот последний малосольный огурец, тщательно его прожевал и произнёс. — Как часто толстяк заходит к вам в бордель, и когда думаешь он окажется там в следующий раз?
Глава 8
Когда я задумывал расправу над Быком, которую он несомненно заслужил, даже подумать не мог, что всё завертится настолько быстро. Вечером того же дня, когда я отключился в лавке Саида, из борделя прибежала молодая и довольно симпатичная девушка с заплетёнными чёрными косами и сказала, что клиент прибудет за полночь.
Учитывая, что в деревне всё ещё соблюдали комендантский час, меня удивило то, что ночные заведения каким-то образом всё ещё работали. «Розовые лепестки лотоса» не стали исключением. Лан работала в заведении так называемой гэцзи или, проще говоря, обычной куртизанкой. В её задачу входило развлекать клиентов, песнями и танцами подогревая интерес перед основным занятием.
Насколько я понял, сама Лан в нём не участвовала. Женщина подносила напитки, угощения, пела и танцевала, если этого требовали клиенты. Однако, как выяснилось, она знала всех девок до последней и зачастую занималась тем, что бронировала комнаты, шлюх и записывала всё в гостевую книгу. И так вышло, что этим вечером там появилось имя моей цели.
Я сидел за старой телегой, где откровенно воняло мочой и застарелым запахом алкоголя. Это было единственное место, где получилось скрыться в тени и терпеливо ждать, пока из борделя выйдет насытившийся Бык. У главного входа дежурила стража. Личный эскорт богатых сановников из деревенского дворца, подле которого всегда собиралась толпа просителей.
Неудивительно, почему им требовалась охрана даже во время комендантского часа. Учитывая, в каком состоянии находилась деревня, а дворец фактически занимал огороженную территорию размером с целый район, я бы тоже переживал за свою жизнь снаружи. Однако не безопасность сановников меня волновала. В глазах стражи я был обычным крестьянином, которому было сказано сидеть в своей лачуге, а он мало того, что решил разгуливать по округе, так ещё и кого-то ждёт у известного борделя. Именно по этой причине я сидел в тёмном переулке позади трёхэтажного здания и ждал. Ждал, сжимая в руках холодную сталь своего шенбяо.
В такие моменты обычно атакуют сомнения. Разум начинает играть злую шутку и перебирает все возможные варианты развития событий. А если Лан меня сдаст? Решит, что уж лучше так, чем довериться какому-то парню во рванье и пустить Быка через чёрный ход? Вдруг в последний момент струсит? Вдруг Бык откажется и, обильно смердящий парами алкоголя, пошлёт её к чёрту и выйдет через главный ход?
Будто этого было мало, во мне начала просыпаться совесть. Она со всей силы лупила в закрытую дверь моего ментального блока и пыталась прорваться сквозь него с дикими воплями. «Ты действительно собираешься убить человека? Вот так просто взять и лишить его жизни? А как же человечность? Как же древние заповеди из разряда „не убей“ и прочее?»
К чёрту и заповеди, и трижды переоценённую совесть! Бык лишил себя возможности жить дальше, когда не просто натравил ублюдков на пожилых людей, но и стал причиной гибели одного из них. Я не мог сказать, что ничего не чувствовал в момент засады, и первое убийство действительно заставляло меня задуматься, но чаша уж слишком перевешивала в другую сторону.
Я убью Быка. Завалю и вырежу на его груди знак секты Чёрного Предела. Мало того, что они были из вражеской деревни, так их представители периодически посылали к нам своих убийц. Тогда на площади, когда меня спас могущественный практик, именно один из них и пытался скрыться из виду.
Убийство имперского служащего и сына могущественного члена гильдии — такое точно не спустят с рук, и явно начнётся расследование. Однако к
