теперь красовалась помолвочная татуировка, и дёрнул на себя. Я почти легла на него, но осторожно, не касаясь груди, чтобы не причинить боли. Наши губы оказались на одном уровне.
– Не лгите ни себе, ни мне. Вы совершенно не застенчивы. Вы огонь, который я желаю не укротить, а сгореть в нём. Вы ведь подарите мне языки вашего пламени?
Богини! Да что со мной и что с ним? Почему опять идут в голову такие неприличные ассоциации? Я ведь читала книги, видела картинки о далеко не скромных постельных сценах, хотя в браке с Альстером не применяла ничего из этого! Так, я была скромной женой, а с Тэйгаром… Какой женой я буду с ним?
– Кхм, – кашлянул целитель. – Ваше высочество, вашему телу нужен отдых… как минимум ещё пару дней.
Поняв, от чего нас предостерегает целитель, я вспыхнула и тут же отстранилась. Прошептав что-то о скорейшем выздоровлении, я вылетела из комнаты. Отдышалась. Обратила внимание на отражение в напольном зеркале и приложила руку к груди. И вот такой меня видел Тэйгар?! Волосы заплетены лишь наполовину, справа, а слева растрёпаны. Домашний халат с глубоким декольте, под которым нет никакого корсета… какой пассаж!
Приложив ладони к горящим щекам, я вновь посмотрела на отражение. А что, если я нравлюсь Тэйгару даже такой? Почему я никогда прежде не рассматривала себя как привлекательную женщину? Отец хотел сына… и в какой-то степени это отражалось на моём поведении. Невольно. Инстинктивно. Я была и наследником, и наследницей одновременно.
Но почему у меня сейчас ощущение, что я наконец-то могу отпустить, сбросить броню, что выстраивала годами? Почему чувствую, будто могу быть собой – ранимой, нежной, доверчивой? И это ощущение возникло всего за сутки, в которых в мою жизнь ворвался Тэйгар.
Оказывается, это так приятно. Чувствовать себя просто девушкой, способной совершать ошибки. Отец всегда был моим защитником, но перед ним мне хотелось быть сильнее, быстрее, выше. Самой лучшей и сильной, чтобы он гордился мной. Но рядом с его высочеством нет этого желания. Нет желания быть кем-то другим, есть только желание быть собой.
И это так волшебно!
Улыбнувшись, я в приподнятом настроении вернулась в покои. Здесь меня уже ждал отец. Он улыбнулся, но эта улыбка не тронула его глаз.
– Как его высочество?
– Очнулся, – ответила я и посмотрела на всё это время ожидавшую меня горничную. Прошла к пуфику и опустилась, позволив девушке вновь заняться моими волосами. – Целитель уверяет, что теперь всё будет хорошо.
– Я рад это слышать.
– А как ты? – спросила резко и подняла взор, встретившись с отцом в отражении зеркала. – Что будет с тобой?
Он ответил не сразу. Смотрел пристально, хмуро. Альстер в этот раз переиграл нас. Переиграл меня. Он убил Штефа… Я не бесчувственная. Я думала все эти дни о друге, убитом из-за амбиций короля, который желал себе не меня, а бриллиант. Необычную магичку с тенью дракона. Разве моя вина в том, каким даром я обладаю?
Отец попытался расследовать это дело, точно ли мою однокурсницу не спровоцировали на убийство, но все концы растворялись, ничего невозможно было доказать.
Всё это – ужасное стечение обстоятельств. Я чувствовала свою вину, но ничего не могла сделать и тем более повернуть время вспять. Я отправила цветы в день похорон Штефа и внесла крупную сумму пожертвования, также поставила свечи в храме Мортаны две ночи назад. Надеюсь, его душа быстро найдёт дорогу за Гранью. Он был хорошим парнем… жаль, что влюбился не в ту.
– Мои союзники по-прежнему верны мне, – наконец, ответил отец. – Знают, что за мной стоит поддержка Рошмада, они последуют за мной. Не волнуйся обо мне, родная.
Как не волноваться, если в прошлый раз он погиб?
– Отец, прошу тебя, оставь свои политические амбиции. Улетим с нами.
– Не могу, – тонко улыбнулся Высокий лорд. – Я люблю Эскарию и вижу, как она гибнет в руках неумелого монарха. Я должен спасти своё родное королевство.
И я понимала его. Это те самые слова, которым я могла внимать. Я сама так же любила Эскарию, сама готова погибнуть за неё.
– Прошу тебя, держи меня в курсе всех событий.
– Конечно, милая, – откликнулся отец, и по его тону я сразу поняла, что он ничего не расскажет.
Во-первых, не станет волновать. Во-вторых, я скоро стану принцессой Рошмада. Он не будет посвящать меня в тонкости внутренней политики Эскарии.
– Мне жаль, что так получилось, – прошептала, опустив взор на различные баночки и склянки, стоящие на туалетном столике. Здесь были духи, кремы, воск. Горничная продолжала заплетать косу, но я едва ли чувствовала это, пребывая в своих мыслях. – Я во всём…
– Ты не виновата, – тут же откликнулся отец и подошёл ближе, положив ладонь мне на плечо. – Альстер слишком хитер. Я не смог его переиграть.
– Но тебе почти удалось. Он просто так этого не простит тебе, отец, – произнесла я с тревогой, подняв взор к Высокому лорду. – Если бы Штеф не рассказал ему…
– Он бы всё равно меня возненавидел, едва узнал, кому я отдал свою дочь. Это ожидаемо. Я был к этому готов. Единственное, что не вписывалось в мои планы, это поединок. Всё получилось не так, как мы ожидали. Из-за того, что Тэйгар сражался с почти опустошённым источником, король предстал сильным защитником. И даже с учётом того, что он проиграл, многие его зауважали. Он пытался отстоять бриллиант Эскарии.
– Тэйгар спас меня…
– Я не виню его, я благодарен за то, что он спас мою дочь. Однако я тревожусь за тебя. Вам с его высочеством лучше поскорее улететь в Рошмад и сыграть свадьбу.
Сыграть свадьбу… Я вновь подняла взор на зеркало. Что же ждёт меня во дворце Рошмада и, главное, – отпустят ли меня призраки Эскарии в лице его величества?..
Оставшиеся дни пролетели незаметно за сборами. Тэйгар восстанавливал здоровье, и единственное, чем я могла его отблагодарить, – заботой и уходом. Иногда мы с ним разговаривали, но достаточно непродолжительно: целитель настаивал, что его высочеству нужен отдых.
Наконец на четвертый день принц восстановился достаточно для продолжительного путешествия.
– Я не советую вам принимать второй облик для перелёта. Лучше воспользуйтесь грифонами, – наставительно сообщил целитель.
Я на этих словах выдохнула. Моя связь со второй ипостасью так и не пробудилась. Я не могла призвать
