под мою диктовку. Цифры говорили сами за себя.
Граф Уилворк слушал молча. Его лицо сначала выражало сомнение, потом холодный интерес, а затем… пристальную оценку. Он взял лист с расчетами, долго изучал цифры, сверяя что-то мысленно. Потом взял щепотку соли из мешочка, растер ее между пальцами, попробовал.
— Модель… вы говорили, испытали? — спросил он наконец. Его голос потерял оттенок насмешки, стал деловым.
— Да, милорд. У нас во дворе. Сокращение дров и времени — очевидно. Кристаллы соли — как видите.
— И вы предлагаете… что? Продать мне эту идею? — Его взгляд стал острым. Он явно знал цену информации.
— Я предлагаю партнерство, милорд, — ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Я передаю вам все необходимые чертежи, подробное описание технологии, помогу вашим мастерам на месте запустить процесс. А вы… — я сделала паузу, — …выделяете мне небольшой процент от дополнительной прибыли, которую получите благодаря внедрению этой системы. Скажем, один серебряный с каждого проданного мешка соли, произведенного сверх вашей обычной, прошлогодней нормы. Или два медных с фунта. На ваш выбор. Риск вложений в перестройку — ваш. Моя награда — только от реального результата. Если результата нет — я не получаю ничего.
Между нами повисла тишина. Граф Уилворк переводил взгляд с меня на чертежи, на расчеты, на мешочек с солью. Его лицо было непроницаемым. Годфри замер за моей спиной. Секретарь нервно перебирал перо.
— Один серебряный с мешка сверх нормы… — наконец проговорил граф медленно. Он снова посмотрел на цифры прироста прибыли. — Мизерная плата за такой… потенциал. — Он отложил бумагу. — Вы уверены в этих цифрах, баронесса?
— Настолько, насколько можно быть уверенной в расчетах и пробной модели, милорд, — честно ответила я. — Погода, дисциплина рабочих… факторы есть. Но принцип верен. Экономия и прирост — неизбежны. Просто величина может немного колебаться. Поверьте, будь у меня капитал на запуск такой системы, я бы не обратилась к вам, а сама занялась производством соли.
Граф Уилворк вдруг улыбнулся. Это была не теплая улыбка, а ухмылка хищника, почуявшего добычу.
— Хитро. Очень хитро, баронесса. Вы не просите золотых гор здесь и сейчас. Вы связываете свою выгоду с моим успехом. Заставляете меня верить в этот успех. — Он кивнул. — Договорились! Один серебряный с мешка сверх прошлогоднего объема. За первый год внедрения. Потом… посмотрим. — Он повернулся к секретарю. — Пиши, Альрик. Договор. Баронессе Лиане Ольденхолл — право на процент от прироста продукции солеварен в Соленом Клыке после внедрения описанной ею технологии. Один серебряный с мешка сверх нормы предыдущего года. Срок договора — один год с момента полного запуска новой системы. Баронесса обязуется предоставить все чертежи и консультации для внедрения. — Он посмотрел на меня. — Чертежи и описание я заберу сегодня. Мои люди поедут с вами в Ольденхолл завтра, чтобы осмотреть вашу модель и задать вопросы. Потом — в Соленый Клык. Если все пойдет как надо… ваш первый серебряный приедет с караваном соли через пару месяцев.
Облегчение, сладкое и головокружительное, волной накатило на меня. Получилось! Я сдержала радостную улыбку, лишь вежливо склонила голову.
— Благодарю вас, милорд Уилворк. Вы не пожалеете. Я подготовлю все необходимое для ваших людей.
Когда мы вышли из мрачного Хартстоуна в ясный день, я глубоко вдохнула. Воздух свободы и… возможности пах сладко.
— Ну что, Годфри? — спросила я, садясь на телегу рядом с ним. — Как тебе моя первая деловая сделка?
Годфри взял вожжи, тронул Беллу. Уголки его губ дрогнули в подобии улыбки.
— Хитро, миледи. Один серебряный с мешка… — Он покачал головой. — А если прирост будет таким, как вы насчитали… это же целое состояние за год! Тихий доход. Без лишнего шума. Кадвал лопнет от зависти, когда прознает!
— Пусть лопает, — я устроилась поудобнее, глядя на дорогу, ведущую домой, в Ольденхолл. В моем кармане лежала копия договора, написанная рукой секретаря Альрика и скрепленная печатью графа. Крошечный клочок бумаги, который мог стать началом настоящей финансовой независимости. — Главное, Годфри, что мы нашли идею. И теперь эта идея будет приносить нам серебро. Много-много серебра!
Глава 27
Серебряный свет луны, пробивающийся сквозь щель в ставнях, выхватывал из темноты контур маленькой шкатулки на моем столе. Внутри, на бархатной подушечке, сделанной Мартой из обрезков, лежали первые пять настоящих серебряных монет. Плата графа Уилворка за первый мешок соли, произведенный по новой технологии в Соленом Клыке. Каждая монета была холодной, тяжелой и невероятно значимой. Не размером, а смыслом. Тихим триумфом ума над обстоятельствами. Первым плодом партнерства, а не милости.
Я перебирала монеты пальцами, слушая, как за окном Том негромко перекликается с сыном старосты, Эдвином, во время ночного обхода. Система оповещения работала как часы. После визита людей графа на нашу мини-солеварню и их отъезда в Соленый Клык прошло два месяца. Два месяца напряженного ожидания. И вот — доказательство. Система работает. Прибыль — есть. Наш маленький финансовый ручеек начал течь.
— Миледи, — тихий голос Марты заставил меня вздрогнуть. Она стояла в дверях, держа в руках простую глиняную лампу. Ее лицо, освещенное снизу, выглядело тревожным. — Вы не спите? Уже поздно.
— Не могу, Марта, — я улыбнулась, закрывая шкатулку с приятным щелчком. — Считаю наши сокровища. И слушаю, как наши стражи бдят. Все спокойно?
— Пока да, — она вошла, поставила лампу на стол. — Но… Годфри только что вернулся с дозора у западной межи. Говорит, видел огни вдалеке. Со стороны поместья Кадвала. Движение. Необычное для такого часа.
Ледяная игла кольнула в сердце. Сэр Кадвал. Наш "любезный" сосед. Алчный, напыщенный, как индюк, и абсолютно предсказуемый в своем желании прибрать к рукам Ольденхолл. Слухи о наших успехах — вода, плуги, а теперь и связь с солеварнями графа — наверняка до него дошли. И, судя по всему, переполнили чашу его терпения. Или жадности.
— Огни… — я встала, подошла к окну, приоткрыла ставню. Темнота и тишина. Но где-то там, за лесом, в его каменном гнезде, Кадвал что-то замышлял. — Спасибо, Марта. Скажи Годфри, чтобы удвоил бдительность на границах. И… приготовь на завтра наш лучший чайник. И то немногое варенье из терновника. Думаю, у нас будут гости.
Марта поняла сразу. Ее глаза сузились.
— Он осмелится? Явиться сюда? После всего?
— Осмелится, — я повернулась к ней. —
