добры к нам, и мы знаками поблагодарили их. И теперь мы были уверены в одном: вождь хочет оставить нас у себя, и он будет защищать нас от тех, кто захочет забрать наши жизни. Да, тут мы были в безопасности, и однажды ночью мы должны были убежать и вернуться к своему народу.
Подарки мы положили рядом с собой, чтобы надеть их утром. Вождь знаками сказал нам, что его женщинам нужно мясо, поэтому на следующий день мы втроем должны отправиться на охоту. Я ответил, что мы будем рады пойти с ним.
Вошли четыре мужчины, и мы с Чёрным Вапити уступили им место на своих лежанках. Вождь набил трубку, зажег и передал гостям, и начался длинный разговор, который мы, конечно, понять не могли. Потом гости начали расспрашивать меня о моем народе, моей стране и племенах, обитающих к северу и западу от нее. Один из них был таким быстрым, что я не понимал его знаков и несколько раз просил его повторить свой вопрос и действовать помедленнее.
Было довольно поздно, когда гости ушли. Потом, когда все уже легли и были готовы уснуть, мы услышали громкие разговоры, доносившиеся с наружной стороны лагерного круга. Вождь вышел и скоро вернулся. Повернувшись к нам, он сказал:
– Прибыли шестеро всадников, Большие Животы. Они говорят, что всё племя прибудет завтра.
– Прекрасно! Прекрасно! Большие Животы и черноногие – настоящие друзья, – знаками сказал я. – Давно – очень давно, может быть, сто, а может и двести зим назад, мой народ пожалел их и сказал, что наша страна – это их страна, и они могут жить в ней, путешествовать и охотиться, где захотят. Только прошлой зимой они стояли лагерем рядом с нами в северном течении Большой реки, там где торговый дом белых людей.
Вождь знаками ответил нам:
– Нет. Те, что прибудут завтра – южные Большие Животы, собратья ваших Больших Животов. Они с давних времен близкие друзья с моим народом, Пятнистыми Людьми[25].
Мне не давала покоя мысль о том, что в лагерь пришли друзья, союзники моего племени, всех племён черноногих. Я много о них слышал; в давние времена они отделились от северных Больших Животов, но они остались друзьями. Я видел нескольких людей из южного племени в лагере наших союзников.
– Некоторые из тех, кто прибудут завтра – мои добрые друзья, – сказал вождь. – Для них я должен буду устроить пир; завтра на охоту мы не пойдем. А теперь ляжем спать.
На следующее утро пришел младший брат вождя, Одинокая Антилопа, позавтракал с нами, а потом вождь сказал, что мы с Чёрным Вапити должны взять оружие и вместе с юношей привести лошадей.
– Хорошо, что вы идете со мной, – знаками сказал он. – Я думаю, что мы станем друзьями.
– Да, – ответили мы.
Он повел нас через реку, потом вверх к краю равнины, пытаясь по дороге подружиться с волком, который не хотел идти рядом с ним. Мы и сами не знали, хотим ли дружить с ним. Знаками он предложил нам посмотреть, сколько лошадей у его народа. Действительно, их было много – вверх и вниз по речной долине и на равнине по обеим берегам было множество табунов, каждый числом во много голов – множество пятнистых лошадей, красивых и упитанных. Немного выше по долине мы нашли табун вождя, числом в сотню голов, и, привязанные к ним, шея к шее, были и наши четыре лошади. В табуне было также пять больших мулов, которых, как объяснил Одинокая Антилопа, его брат захватил у белых солдат, когда сражался с ними где-то на юге.
– В этом сражении, – продолжил он, – погибли два моих дяди. Плохие, очень плохие люди эти белые солдаты. Я молюсь Солнцу, чтобы оно уничтожило их. Вы двое тоже ненавидите их?
– Мы, Вороны, не знаем, мы их не встречали, – ответил Чёрный Вапити.
– В моей стране, где Южная Большая река впадает в реку Вапити, белые солдаты есть. Они не трогают нас, мы не трогаем их, – сказал я.
Одинокая Антилопа глубоко вздохнул.
– Скоро белые попытаются захватить вашу землю, как сейчас нашу, и вам придется сражаться с ними, – сказал он.
Я не верил тому, что это случится. Как я мог знать, что спустя несколько зим эти солдаты уничтожат целый лагерь наших братьев пикуни?[26]
– Твой брат – вождь, как его имя? – спросил я.
– Голова Выдры. Имя его главной жены – Женщина-Копьё. Другую жену зовут Хорошая Певица. Вы им понравились, вы оба, – знаками ответил он.
Мы отвели лошадей к реке, напоили их и отпустили пастись на равнине, кроме одной, которую Одинокая Антилопа взял для брата. Вернувшись в лагерь, мы увидели, что множество людей одели военные наряды и готовятся встречать своих друзей – Больших Животов. Захвативший нас вождь, Большая Выдра, был одет в рубашку из кожи толсторога и леггинсы, красиво расшитые цветными бусинами и украшенные полосками из белого меха горностая и вражеских скальпов. Он удивился, увидев, что мы привели только одну лошадь, и что-то сердито сказал брату, а потом знаками сказал нам с Чёрным Вапити:
– Этот день, когда наши настоящие друзья, Большие Животы, приходят к нам – великий день, счастливый для нас. Я хочу, чтобы вы разделили с нами эту радость; вернитесь к стаду и возьмите себе по лошади. Я хочу, чтобы вы отправились с нами им навстречу.
Мы сделали, как он сказал, и, оседлав своих животных, вместе с вождем сели на них. Все население лагеря устремило взгляды на трех человек, которые вместе с лошадьми стояли у западного края равнины. Немного погодя они повернулись и стали спускаться к нам, размахивая плащами – давали знак, что Большие Животы близко. Тогда мы сели на лошадей, и Голова Выдры знаками велел нам с Чёрным Вапити следовать за Одинокой Антилопой, а сам он присоединится к своей группе воинов. Мы поднялись по склону долины и, глядя на равнину, увидели приближавшийся к нам длинный караван другого племени. Тут разные отряды воинов Пятнистых Людей вытянулись в линию, таких отрядов было семь, и один из них возглавлял Голова Выдры – это был, как мы потом узнали, клан Бизонов. Он состоял примерно из ста человек, в основном зрелых воинов, из чего мы сделали вывод о том, что наш пленитель должен был насчитать много ку, чтобы стать их предводителем. Все они носили красные щиты, у некоторых в центре была черной краской нарисована голова бизона, у других – орнамент из бизоньих следов. Этому
