Читаем без скачивания Я знаю, что ты сделала прошлым летом - Лоис Дункан

Даже Джулия прислала ему цветы с незатейливой запиской: "Поскорее выздоравливай. Мы все думаем о тебе". Кого она имела в виду под этим самым "мы" так и осталось для него загадкой - себя и Хелен, наверное, или Рея, или ещё кого-нибудь. Ну и ладно. Плевать на них на всех.

- Эй, Барри? - Этот голос отозвался эхом его последней мысли, знакомый, но из тех, которые он не слышал уже очень давно. - Ты спишь?

От неожиданности Барри открыл глаза.

- Как ты сюда попал?

- По лестнице черного хода, - ответил Рей. - А потом просто прошел по коридору и вошел в дверь. На пути мне попалось несколько медсестер, но никто меня не остановил.

- Этого не может быть. Разве ты не знаешь, что ко мне не пускают посетителей?

- Знаю, конечно, и не исключено, что через минуту меня вышвырнут отсюда. Ну так как у тебя дела?

Поддавшись невольному любопытству, Барри всматривался в лицо молодого человека, стоявшего у его кровати. За те несколько месяцев, прошедших с момента их последней встречи, Рей сильно изменился. Теперь он казался выше ростом, шире в плечах и старше. Его кожу покрывал темный загар, а борода придавала волевое выражение его лицу, которое прежде казалось каким-то не вполне законченным, словно художник, писавший портрет никак не мог решить, что ему делать с ртом и подбородком. Зато теперь все встало на свои места, и это было лицо уже не мальчика, а молодого мужчины.

Знакомые глаза смотрели на него пристально и с состраданием.

- Просто замечательно, - саркастически ответил Барри. - Как видишь, каникулы у меня получились очень содержательные. А сам-то ты как?

Рей подошел поближе, продолжая глядеть на него с высоты своего роста. Чушь какая, подумал Барри. Раньше Рей никогда не смотрел на него вот так, сверху вниз. Это было исключительно его привелегией и макушку Рея он знал как свои пять пальцев.

- Правда, приятель, мне очень жаль, - сказал Рей. - Ужасно жаль, что такое случилось с тобой. Тебе, наверное, очень больно?

- Да уж, удовольствие не=иже среднего, - отозвался Барри. - А ты чего пришел-то?

- Ну, просто хотел проведать. Все твои друзья регулярно названивают в больницу, но по телефону они ничего не говорят. Вчера я позвонил твоему отцу, хоть мне было очень неудобно докучать ему своими распросами.

- И что же он тебе сказал? - спросил Барри.

- Что ты выкарабкался, что кризис минова. Ты поправляешься, тебя навещабт родственники. Ну и все такое.

- А про ноги мои он тебе ничего не говорил?

Барри заметил, что этот вопрос как будто смутил собеседника. Рей словно смутился.

- Нет.

- Врешь, - заявил Барри.

- И вовсе нет. Просто говорили мы с ним недолго. Он сказал, что ты поправишься, и все будет хороше.

- Еще бы.

Ненавижу его, подумал Барри. Как же я его ненавижу - врет мне, опекает, словно дитя малое, стоит здесь на своих здоровых ногах и может в любой момент повернуться и выйти отсюда. Вот бы ему так, вот бы ему кто-нибудь прострелил брюхо, чтобы он тоже узнал на собственной шкуре, каково это валяться на земле в темноте и кричать, а тебя никто не слышит.

Вслух же он сказал:

- Ну и как тебе Калифорния?

- Да по-всякому. - Похоже, Рей был рад сменить тему разговора. - Там об этом как-то не думается. Конечно, хорошо когда ты просто живешь один, сам по себе, и никто тебя не донимает. Так привыкаешь сам о себе заботиться. Живешь в ладу с самим собой и никакие мысли в голову не лезут. Ты понимаешь, что я имею в виду?

- Какие ещё мысли? - настороженно спросил Барри.

- Ну, например, о том, что такое хорошо и что такое плохо, о том, что такое ответственность, и что важнее. И тому подобное. Вообще-то, я хочу сказать...

- Я знаю, что ты хочешь сказать, - перебил его Барри. - Ты хочешь списать то, что случилось, целиком на меня. Угадал.

- Ничего я не собираюсь ни на кого списывать, - покачал головой Рей. Просто мне кажется, что мы слишком поспешили. Для всех нас то происшествие оказалось очень сильным потрясением, и мы приняли решение, которого не стоило принимать, и я считаю, что теперь нам необходимо снова все хорошенько взвесить.

- Ну да, давай, взвешивай, - зло огрызнулся Барри. - Флаг тебе в руки. Но при этом все-таки не забывай, что ты не можешь нарушить клятву.

- Мы могли бы её отменить.

- Только с общего согласия, а я, лично, возражаю.

- Послушай, Барри. - Рей подошел ещё ближе к кровати и понизил голос. - Тут дело не только в моральной стороне вопроса; речь идет о нашей же собственной безопасности. Нас кто-то вычислил - уж не знаю, как, но это ему удалось - и вот теперь кто-то всадил тебе пулю в живот. Тебе повезло. Ты выжил. Но кто может поручиться, что он снова не попытается проделать тот же номер после того, как ты выйдешь отсюда?

- Когда я выйду отсюда, - сказал Барри, - то мне не будет страшен никакой придурок с пистолетом. Потому что я буду лежать бревном у себя дома, в своей "прелестной, уютной" комнатке с выкрашенными в зеленый цвет стенами, все подступы к дверям которой будет надежно охранять моя мать.

- Тогда подумай о нас. Подумай о Хелен.

- Сам думай о Хелен, если тебе так хочется; а с меня довольно. Кстати, если ты её увидишь, то передай ей, чтобы перестала доставать моих предков своими дурацкими звонками. Таким, как ей грош цена в базарный день, а я по мелочам не размениваюсь.

- Барри, послушай...

- Нет, это ты послушай, - зловеще прошипел Барри. - Да, кто-то в меня стрелял, но это вовсе не означает, что это каким-то образом связано с тем случаем. Что было, то прошло. А это совсем другое.

- Откуда ты знаешь? - спросил Рей. - Ты что, видел того, кто это сделал?

- Нет, но я знаю, зачем он это сделал. Когда тем вечером я выходил из общежития, у меня в бумажнике лежало пятьдесят баксов. А когда меня привезли сюда, то при мне не нашли ничего, кроми горстки мелочи.

- Хочешь сказать, что это было ограбление? - недоверчиво воскликнул Рей.

- Конечно, а что же еще?

- А как же телефонный звонок? В газетах писали, что тем вечером, прежде, чем ты ушел из общежития, тебе кто-то позвонил по телефону. Кое-кто из ребят слышал, как ты с кем-то разговаривал и назначал встречу. Твой отец сказал, что это была Хелен. А Хелен говорит, что не звонила тебе.

- Это была не она, - ответил Барри. - А отцу я это сказал, чтобы просто отвязаться от него. Я не хотел усложнять все ещё больше. Та девушка, с которой я разговаривал - ты бы её видел, это же просто ураган! Вообще-то, мы с ней встречаемся уже довольно давно, просто я не хотел обижать Хелен, и поэтому ничего об этом не рассказывал.

- И эта девушка позвонила тебе и назначила встречу на спортплощадке? Но почему?

- Она не назначала мне встречи там, - возразил Барри. - Я пошел через спортплощадку, потому что это был кратчайший путь к стадиону. Мы должны были с ней встретиться там, чтобы посмотреть фейверк, а потом поехать к ней домой. Но увы... я так и не дошел. Не повезло, понимаешь ли.

- Это правда? - спросил Рей. - Ты можешь поклясться, что это была именно эта твоя знакомая?

- Разумеется, и, если хочешь, можешь Хелен так и передать. Пусть привыкает смотреть правде в глаза. У меня полно девок. А Хелен всего лишь одна из них.

- Значит, это не имеет никакого отношения к убийству мальчишки Греггов?

- О чем я тебе и толкую. Ни малейшего. Ты хочешь заложить меня из-за мальчишки Греггов, но на самом деле ты лишь хочешь добить меня, пользуясь тем, что я не могу дать тебе сдачи. Запомни, Рей, если ты сделаешь это, я никогда тебя не прощу. Мы дали клятву.

- Ладно, - примирительно сказал Рей. - Ладно, приятель, не кипятись. Я вовсе не хотел тебя расстраивать.

- А чего ты ожидал, когда пришел сюда и начал доставать меня своими намеками? - Барри не на шутку разозлился. У него болела голова, а перед глазами все поплыло. - Слушай, ради Бога, уйди, а? Мне нельзя ни с кем видеться, и я... я очень плохо себя чувствую.

- Конечно. Извини. - Рей тронул его за плечо. - Мне действительно очень жаль. Поправляйся, ладно?

- Ага. Обязательно.

Барри устало закрыл глаза, и в темноте его опущенных век комната закружилась, словно карусель.

Проваливай отсюда, мысленно кричал он. Уходи, уходи, уходи! Топай своими здоровыми ногами и проваливай, Брут, Иуда, самый верный и преданный друг вместе со всеми своими новыми "разумными" идеями и предложениями отменить уговор. Проваливай отсюда и оставь меня, наконец, одного!

Ему очень хотелось увидеть, как вытянется лицо Хелен, когда Рей расскажет ей про телефонный звонок. "Это была девушка, - скажет он. Оказывается, они встречаются уже довольно давно." Это будет ей хорошим уроком. Пусть знает, что ей не удалось его одурачить. Может, она и ходила на сторону, но и он тоже времени зря не терял.

А что, это вполне могло сойти за правду. Ведь ему иногда действительно звонили другие девушки. Например, Пам, Дебби, да и другие тоже... Так что одна из них вполне могла позвонить ему тем вечером и предложить встретиться у стадиона.

Или это могла быть Хелен. Ведь ее-то звонка он как раз и ожидал. Вот почему незнакомый голос совершенно сбил его с толку.