Читаем без скачивания Я знаю, что ты сделала прошлым летом - Лоис Дункан

А что, это вполне могло сойти за правду. Ведь ему иногда действительно звонили другие девушки. Например, Пам, Дебби, да и другие тоже... Так что одна из них вполне могла позвонить ему тем вечером и предложить встретиться у стадиона.

Или это могла быть Хелен. Ведь ее-то звонка он как раз и ожидал. Вот почему незнакомый голос совершенно сбил его с толку.

- Алло, Кокс слушает, - сказал он, и голос на другом конце провода низкий, приглушенный, словно звонивший говорил сквозь носовый плоток, спросил: - Барри?

- Алло? Кто это?

- Друг, - ответил голос. - Друг, которому кое-что известно, и который хочет поговорить с тобой об этом.

- О чем? - Барри знал, что он ведет себя, как идиот, но ничего другого ему просто не приходило в голову. - Вы о чем?

- Думаю, ты сам знаешь. Ведь прошлым летьм кое-что случилось. Настала пауза. - Кстати, я могу показать тебе одну картинку.

- Какую ещё картинку? - спросил Барри, чувствуя, как у него внутри холодеет.

- Одну очень занятную картинку, на которой изображена машина. И велосипед. Вернее, лишь часть от велосипеда. Не желаешь взглянуть?

- Нет, - ответил Барри. - Не желаю.

- Что ж, тогда придется показать её ещё кому-нибудь, - невозмутимо продолжал голос в трубке. - Например, родителям того мальчика. Думаю, они не откажутся взглянуть.

- Ночью снимать нельзя. - Барри осекся, но было уже поздно. Он тут же понял, что выдал себя с потрохами и проклинал себя за подобную глупость. Черт возьми, да кто вы такой?

- Тот, кто пользуется особой пленкой, - отвечал голос. - Это специальная пленка с высокой светочувствительностью, снимать на которую можно даже при свете фонарей. Хочу предложить тебе сделку. Я продам тебе фотографию и негатив, с которой она была отпечатана. А чтобы ты не сомневался, то можешь сам взглянуть. Я звоню из телефона-автомата, что неподалеку от твоего общежития. Так что я могу тебе её показать.

- А как же. Таких пленок не бывает. - Однако, на деле он совершенно не был уверен в этом. Сам он никогда не интересовался фотографией и плохо разбирался в подобных вещах. - Поверю только когда сам увижу.

- Тогда давай встретимся через пять минут на спортплощадке. Под трибунами.

- Идет, - согласился Барри. - И лучше тебе не опаздывать. - Он положил трубку на ручаг и обернулся к дожидавшимся приятелям. - Все, можете звонить.

- Ну, ты даешь, - сказал один из них. - Если бы я разговаривал со своей телкой таким тоном, он бы меня застрелила!

Странно, думал Барри теперь, что он сказал тогда именно эту фразу, оказавшуюся пророческой. Крепко зажмурившись, он думал о том месте на кровати, где находились его ноги. "Они на месте", - сказал ему врач, и они действительно были там, где им и надлежало быть, ибо он видел их очертания под одеялом.

Вот ты, значит, какой, Рей Бронсон! Ему хотелось закричать во все горло. Ворвался сюда - пытался запугать меня - угрожал! Ведь ты пришел сюда лишь для того, чтобы поглазеть на меня, не так ли? Еще бы! Ты пришел получить информацию, нужную тебе для того, чтобы спасти свою собственную шкуру. И ты её получил, но это оказалось совсем не то, что ты ожидал, не так ли? Что ж, может быть со временем ты и дойдешь до всего своим умом. Но только на меня не рассчитывай. Я не собираюсь тебе помогать. Я тебе ничем не обязан.

Так что сами шевелите мозгами - ты, Джулия и Хелен. Я дам вам достаточно пищи для размышлений, будет чем занять себя долгими вечерами. Что ж до меня, то я буду болтать в свое удовольствие с хорошенькими медсестрами, которые будут выносить из-под меня горшки и терпеть аудиенции собственной мамаши. И этих занятий мне хватит до конца жизни!

Мысли в голове перепутались, превращаясь в один огромный ком, рвавшийся наружу безмолвным криком, и в конце концов горячие слезы побежали по его щекам.

Глава 14

Рей с облегчение вздохнул, минуя стеклянные двери больничного холла и выходя на улицу, залитую мягким светом полуденного солнца.

Итак, дело сделано, сказал он самому себе. Я едва не довел себя до истерики, а на деле оказалось, что беспокоиться нечего. Нападение на Барри было обыкновенным ограблением - и не более того. А ко мне это не имеет никакого отношения. И к Джулии тоже. И даже к Хелен. Никто не собирается нам вредить, по крайней мере, физически.

При мысли об этом он испытал огромное облегчение, от которого даже закружилась голова. Рей зашагал по тротуару, и у него было дикое желание делиться своей радостью со всеми встречными прохожими, крачи во все горло: "Привет! Мы в порядке! И вообще, все просто замечательно!"

Хотя, конечно, на самом деле дела обстояли вовсе не столь блестяще. Исключение одного источника опасности ещё вовсе не означало, что больше совершенно неочем беспокоиться. Ведь кто-то все-таки знал - или думал, что ему что-то известно - про прошлогодний несчастный случай. И хотя Барри опроверг опасения в том, что этот человек решил отомстить им за содеянное, однако же все эти дурацкие вырезки и записки наверняка являлись частью какого-то неведомого им пока плана. И хотя до сих пор никаких угроз с его стороны не поступало, но рано или поздно все это должно было получить какое-то развитие. Возможно, это будет шантаж: "Заплатите мне столько-то денег, или я пойду в полицию и передам им свою информацию".

Ну и пожалуйста, ну и на здоровье, думал Рей. Меня это впоолне устроит. Я не собираюсь платить ни пенни и ещё глубже погрязать в том дерьме, в котором я оказался сейчас. Если бы я мог, то сам пошел бы в полицию. Если бы я только мог нарушить эту дурацкую клятву. Если бы я только послушал тогда Джулию, вместо того, чтобы во всем потакать Барри...

Но что сделано, то сделано. Грех той ночи лежит на каждом из них. И теперь уже никто не может предвидеть, что случится в следующий момент. Эльза - если, как и предполагала Джулия, это была именно Эльза - вполне была сделать это. Но чем больше он думал об этом, тем сложнее ему было представить Эльзу в роли шантажиски. Эльза произвела на него впечатление решительной особы. Так что если бы у неё было что-то против Хелен, то вместо того, чтобы вести столь тонкую и долгую игру в кошки-мыши, она просто пошла бы напролом. Ни на что другое у неё попросту не хватило бы ни ума, ни воображения.

- Рей? Эй, ты Рей Бронсон, ведь так?

Рей вздрогнул от неожиданности. Раздавшийся у него за спиной голос заставил его отвлечься от грустных мыслей. Он обернулся и оказался лицом к лицу с темноволосым, коренастым молодым человеком.

Рей узнал его.

- А, привет, - ответил он. - Бад, если не ошибаюсь, да?

- Точно. Я подумал, что это ты, но не был уверен. Ты выходил из больницы. У тебя кто-то заболел?

- Друг, - ответил Рей. - Барри кокс. Может быть, Джулия рассказывала тебе о нем.

- Это тот парень, которого подстрелили у колледжа? - Парень кивнул. Да уж, не повезло ему. Ну и как он? К нему уже пускают посетителей?

- Нет, - покачал головой Рей. - Я, можно сказать, взял эту крепость штурмом. Он чувствует себя неплохо - насколько это возможно при таких обстоятельствах.

Эта фраза далась ему с трудом. Он испытал величайшее потрясение, увидев большого и сильного Барри неподвижно лежащим на больничной койке. Рей не был большим знатоком по части больниц. И ему никогда не приходилось в них бывать, за исключением одного раза, когда он приходил навещать мать, когда той сделали операцию после приступа острого аппендицита. Но тогда все было по-другому. Операция прошла успешно, его мама была в хорошем настроении, улыбалась, и все они уже знали, что всего через каких-нибудь два дня она вернутся домой сильной и здоровой, готовая снова наслаждаться жизнью.

В случае же с Барри никто такой гарантии дать не мог.

- Паралич, - сказал накануне по телефону мистер Кокс. - В настоящее время это явление поразило нижнюю часть его туловища, но будем надеяться, что это пройдет. Разумеется, ему мы ничего не сказали об этом.

Но он и сам все понимает, подумал Рей. Может быть, они ему ничего и не говорили, но он это знает. Об этом было нетрудно догадаться по тому, с каким отчаянием Барри смотрел на него, а сквозь грубоватые интонации его голоса то и дело прорывался самый настоящий, неподдельный ужас.

И словно читая его мысли, Бад сказал:

- Ненавижу больницы. - Он шагал рядом с Реем, подстроившись под его шаг. - А я вообще-то направлялся вон в тот магазинчик на углу. Думал купить там себе сандвич или ещё чего-нибудь перекусить. Может, составишь мне компанию?

- Ну... - Рей заколебался. Он уже успел пообедать, и есть ему совсем не хотеломь. И в то же время ему пришлось признаться самому себе, что его одолевает какое-то нездоровое любопытство и желание поближе присмотреться к парню, сумевшему занять его место в жизни Джулии. Она говорила, что она вовсе не влюблена в него, однако же должно быть в их отношениях нечто особенное, раз она продолжает регулярно видеться с ним.

- А почему бы ни нет, - сказал Рей. - Пожалуй, я закажу себе чашечку кофе.

Когда они вошли в магазин, кафетерий был практически пуст. Они не спеша выбрали столик, и Рей заказал себе кофе, в то время как Бад принялся изучать меню. Официантка удалилась, чтобы принести на стол воду и салфетки, а Рей внимательно разглядывал лицо молодого человека, сидевшего напротив него. И чего такого особенного, недоумевал он, нашла в нем Джулия? Неужели о нем она вспоминает первым делом, просыпаясь по утрам? И неужели оно снится ей по ночам?