духовного рыцарства
Изучение жизнеописаний различных названных нами Друзей Бога заставляет думать, что все они пережили сходный мистический опыт, связывающий их с общим духовным наследием. Эта мысль очень занимала Анри Корбена, и именно ею он заканчивает свой главный труд «Ислам в Иране»[103]. Он считает, что вектор, берущий начало в незапамятном прошлом, в исламе шиитов дал рождение идее об общем для всей авраамической традиции рыцарстве, и на западе благодаря его импульсу расцвела идея экуменического рыцарства, объединяющего рыцарей христианства и ислама[104]. Разве не следует из этого, что хранителей восточного и западного эзотеризма связывает одна традиция? Не она ли «самая ценная тайна всех западных традиций?»[105] Это Духовное Рыцарство, имея эсхатологические ориентиры, связывает в единую последовательность пророков, избранных, проводников, посвященных, которые от начала Творения трудились ради наступления Зари, возвращающей миру Свет.
Идея циклов или эпох оказала значительное влияние на мистические движения, проповедовавшие внутреннюю религию.
Времена мира
Многие традиции говорят о том, что Божественное Откровение, которое окончательно просветит человека относительно целей Бога, будет растянуто во времени на несколько тысяч лет. Эта мысль встречается в иудаизме, христианстве и исламе. Иудаизм утверждает, что мир просуществует только 6000 лет, по истечении которых придет Илия, чтобы очистить мир к приходу Мессии. Об этом возвращении говорится также в Евангелиях (Мк. 9:12, Мф. 11:14; 17:10–12). Это пророчество звучит в XII в. из уст калабрийского монаха Иоахима Флорского, который распределяет циклы Откровения между тремя составляющими Троицы. После эры Отца, а затем Сына, неизбежно наступает третий период Откровения – эра Святого Духа, тогда и придет Илия. В это время на смену Церкви Петра придет Церковь Иоанна. Эти идеи о циклах и появлении новой Церкви окажут большое влияние на мистические движения, проповедующие внутреннюю религию, такие как розенкрейцерство, пиетизм и др.[106]
Святой Дух
Как показал Анри Корбен, идея цикличности Откровения играет важную роль и в исламском мире. При этом он подчеркивает сходство теории трех мировых эр Иоахима Флорского и теории гекзамерона в шиитском исламе[107]. Принцип гекзамерона был предложен иранским философом Назиром Хосровом за век до Иоахима. Корбен обнаруживает параллель между шестью днями Творения и шестью великими религиями: сабеизмом, брахманизмом, зороастризмом, иудаизмом, христианством и исламом. Каждая из них отмечена пришествием пророка, приносящего новый свет для понимания Божественного. Но эти шесть религий – шесть дней являют собой только «ночь религии», духовный и эзотерический смысл всех откровений откроется только на седьмой день. В исламе эта тема развивается во многих текстах, например в «Геммах Мудрости» Ибн Араби (XI в.) представляет пророков как ступени иерархии человеческого существа и человеческой мудрости или в «Тайном розарии» Махмуд Шабистари (XIV в.) находит в образах пророков символизацию мистических состояний человека. Суфийский мудрец Семнани (XIV в.) связывает пророков с семью тонкими центрами человека.
Три эпохи Творения, страница из «Толкования на Апокалипсис» (1527) Иоахима Флорского
В XII в. теософы-шииты погружаются в изучение Евангелия и Апокалипсиса св. Иоанна, так они становятся иоаннитами. Они отождествляют пришествие двенадцатого Имама с Параклетом – Святым Духом, о котором говорил св. Иоанн. В XVII в., времени расцвета розенкрейцерства, школа шиитов Исфахана проповедует, что Сокрытый (двенадцатый) Имам – это Саошиан, то есть Спаситель, который, согласно учению зороастризма, должен прийти в конце XII тысячелетия, чтобы восстановить Творение в его первичном Свете.
Иероистория
Николай Бердяев, как и Анри Корбен, утверждал, что циклы откровения, о которых говорят христиане и мусульмане, не должны пониматься как хронологические этапы. Они относятся не к истории, а к тому, что он называет иероисторией – священной истории, события которой следуют не в линейном порядке. Место их свершения – мир души, мир иерофаний (проявлений священного). Таким образом, он считает, что эти периоды являются стадиями внутреннего развития человека, а не историческими периодами. Относящиеся к ним исторические факты являются лишь проявлением событий священной истории, предназначенных для нашего обучения и духовного становления. Поэтому в то время как одни люди находятся на первом уровне откровения, другие, пережившие опыт Восьмой Сферы, Мира Образного, живут уже во времени Духа, потому что они стали Друзьями Бога через свой внутренний опыт.
Николай Бердяев (1874–1948)
Именно такому развитию посвящена работа настоящих посвященческих орденов. Мистические опыты их основателей стали основой для различных групп, которые являются тем не менее ветвями одного дерева, связанными со стволом одного и того же духовного рыцарства. Жан-Батист Виллермоз говорил в этой связи о «Высоком Священном ордене», уходящем корнями в начало мира[108]. Современное розенкрейцерство говорит о невидимом ордене – Великом Белом Братстве, чьим проявлением на видимом уровне является орден Розы и Креста. Именно в этом измерении нужно искать его истоки.
Конечно, происхождение орденов нельзя документально доказать. Легко понять, что это отталкивает историков-рационалистов. Но это объяснение будет принято теми, кто, как, например, Мирча Элиаде, призывает к новому взгляду на происхождение духовных эзотерических и посвященческих движений. В этом отношении исследования Анри Корбена представляются очень ценными, и именно по этой причине мы так часто ссылаемся на них. Его рассуждения позволяют думать, что жизнеописание Христиана Розенкрейца можно прочитать как посвященческое предание, подобное описанию нахождения «Изумрудной скрижали». Его жизнеописание представляет духовный опыт, встречу с Совершенной Природой, открывающей секреты Творения. Это не биография реально существовавшего человека, а история архетипического героя, связанная с Миром Образным, который, по Корбену, объединяет все посвященческие традиции. Так Fama Fraternitatis становится в один ряд с другими посвященческими преданиями, которые от начала времен побуждают людей присоединяться к братству тех, кто трудится в тишине над возрождением Света Мира.
Циклы откровения, о которых говорят христиане и мусульмане, следует понимать не как хронологические этапы, а как иероисторию.
Таким образом, нам становится понятной позиция Михаэля Майера, который представлял розенкрейцерство вышедшим из египетских и брахманических духовных учений, из Элевсинских и Самофракийских мистерий, наследовавшим магам Персии, пифагорейцам и арабам. Внимательный взгляд позволит нам увидеть, где посвященческое движение выходит за рамки собственно истории и становится частью иероистории, которая пишется не в документах, а в духовном мире. Не говорил ли Ньютон в своих алхимических трудах, что истины воплощены в мифах, баснях и пророчествах?
Титульный лист книги «Химическая свадьба Христиана Розенкрейца в году 1459», Страсбург (1616). Под заголовком читаем: «Раскрытые мистерии скоро увянут, сила их духа замрет оскверненно. Поэтому не мечите бисер перед свиньями и не рассыпайте розы перед ослами»
8. Химическая свадьба
«Ныне, ныне, ныне
Король венчается святыне.
Возрадуешься, странник,
Что Божий ты
