наблюдая, как мимо меня во мраке ночи проносятся бледные прозрачные фигуры. Призраки? Этого же просто не может быть. Но если мне это снится, то почему же я тогда осознаю все это? «Джаред, где ты?» — крик застрял в моем горле. С трудом пытаясь поймать ртом воздух, как рыба, которую прибоем вынесло на берег, я ловила себя на мысли, что задыхаюсь. Сердце колотилось от страха, и несмотря на жуткий ледяной ветер, я ощутила, что мое тело словно пылает в огне.
«Нееееет», — наконец вырвался крик откуда-то из глубин моего сознания, и я наконец очнулась в своей постели.
Как хорошо, что я одна: муж на работе уже, или еще не вернулся? Что сейчас за время суток? Утро? Вечер? Не в силах собраться с мыслями, я приподнялась с постели. Вокруг полнейший разгром: одеяло всклокочено, простыня съехала на пол, подушки разбросаны по комнате. «Видимо, тут было грандиозное сражение», — подумала я, усмехнувшись, но тут же поймала себя на мысли, — «Господи, я вчера чуть не спрыгнула с моста! Я, возможно, бы никогда не пошла на такое, если бы… Если бы жизнь не казалась мне такой печальной и унылой, вдали от человека, с которым мне никогда не суждено быть вместе». Однако, какой странный сон. И все было так ярко, словно наяву. Будто он чувствует меня, находясь на таком невозможно далеком расстоянии, на другом конце земного шара, а по моим ощущениям, так еще дальше: где-то в другой вселенной, как минимум.
Двигаясь, словно сомнамбула, я заставила себя подняться и разобрать тот беспорядок, который я устроила во сне, а потом отправилась пить кофе. Кофе. Как всегда, мой утренний ритуал в последние дни.
Какое-то гнусное, давящее чувство поедало меня изнутри. Поговорить что ли с мамой? Естественно, я не скажу ей об этом безумном поступке, но мне, черт побери, так хотелось кому-нибудь излить душу. Прекрасно понимая, что сейчас самым лучшим решением будет на что-то отвлечься, я принялась переводить книгу.
«Переведешь первую главу и обязательно отправь мне. Уже не терпится прочитать…», — так написал Джаред в своем последнем сообщении. Джаред… Он не давал о себе знать уже несколько дней, а я просто обезумела от тоски. Уж лучше было нам не встречаться. Это событие, такое потрясающее и сказочное, как показалось вначале, дало обратный эффект. И хотя я прекрасно понимала, что надо было бороться и жить дальше, моя жизнь больше никогда уже не станет прежней.
Перевод получался корявый, голова жутко болела, а руки нервно бегали по клавиатуре, и все мои мысли были лишь об одном. Как же мне жить дальше? Даже не знаю, сколько бы я просидела в таком заторможенном состоянии перед монитором своего компьютера, если бы не внезапно раздавшийся звонок мобильника. Мама, кто же еще? Я вчера, кажется, забыла ей позвонить. Но на мое удивление на экране телефона высветился знакомый Ванкуверский номер. Джаред…
Нервно сглотнув, я потянулась к телефону и дрожащими руками нажала на прием вызова.
«Алло…»
* * *
— Викки, привет! — его голос, как всегда веселый и задорный, прозвучал из трубки.
— Привет, Джей.
— Хм… ты еще никогда не звала меня так. А я вот сегодня на съемки вернулся из Остина. Здорово провел время с семьей. Слушай, ты ведь была права. Во всем, — его голос вдруг оборвался, но потом, будто бы у него открылось второе дыхание, и мужчина затараторил, — Я тебе очень благодарен. Знаешь, мы познакомились совсем недавно, но мне кажется, что никто, почти никто меня не понимал так сразу, и так быстро. Словно мы были знакомы уже давно. Не знаю, чувствуешь ли ты то же самое, но у меня такое ощущение, что мы станем хорошими друзьями, и…
По мере того, как Джаред говорил, я ощущала, как мое сердце будто прокручивают через мясорубку. У него все хорошо. Он хочет со мной общаться. Как друзья. Как славно.
— Джаред, постой, — невнятно пролепетала я, но этого человека очень трудно было перебить. Уж если он начинал разглагольствовать, то это было похоже на запуск ракеты. Ничто в мире не могло его удержать.
— Джаред, замолчи! — вдруг закричала я, что стало неожиданностью даже для меня самой. А на другом конце провода стало тихо. Он не ожидал. Но это было необходимо — оборвать все раз и навсегда. Поэтому набрав в легкие побольше воздуха, я сказала уверенным голосом, — не звони мне больше. Не звони и не пиши, хорошо?
Тишина. На секунду мне даже показалось, что он бросил трубку, и я почувствовала, как что-то во мне оборвалось. Но потом я услышала его вздох.
— Я думал, что… — теперь уже Джаред не мог связать двух слов, что было совсем на него непохоже. — Я просто не совсем тебя понял. Почему, Викки?
Уж лучше бы он бросил трубку. Зачем он требует объяснений? Какая глупость. Будто мы пара, которая прошла через многое и в итоге отношения которой сложились не самым удачным образом.
— Я думал, что ты хочешь того же, чего и я. Думал, тебе понравилось со мной общаться. Видимо, я ошибся.
Его голос был таким убитым, что я не смогла больше сдерживаться.
— Ты не ошибся, черт тебя дери! — снова закричала я в трубку, но на этот раз в моем голосе было отчаяние, а не злость. — Мне нравится с тобой общаться. И ты мне нравишься, очень нравишься, даже чересчур. Джаред, я… ведь… я люблю тебя! Я без ума от тебя! Я твоя чертова фанатка, которая чуть не покончила с собой вчера, когда думала, что больше никогда не увижу тебя!
Меня всю трясло от переполнявших чувств. Неужели я все это сказала вслух? Хотя, с одной стороны мне полегчало, и еще не наступило то состояние, когда я начну думать о последствиях сказанного.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем я услышала хриплый голос Джареда. Он был таким далеким. И я поняла, когда услышала его, до чего же я глупая и эксцентричная особа. Я ожидала криков, упреков, как в моем сне, ведь в нем он меня любил. А наяву я никто ему, абсолютно чужой человек.
— Прости меня, Викки.
Ему было всего лишь жаль меня, как было бы жаль любую другую. Он не понимал, насколько я увязла в своей любви и отчаянии. Боль от неудач и разбитой мечты, от жуткого одиночества и чувства собственной неполноценности — вот чем было наполнено все мое существование до встречи с ним, с человеком, которому я не имела права даже открыть свои
