не в этом. У её ног стояла колыбелька, и в ней спал ребёнок. По щекам женщины текли слёзы.
— Пожалуйста, не трогайте моего ребёнка. Я не делала ничего плохого.
Она обвела взглядом шумящую толпу, и её взгляд остановился на чужаках. Тут же в глазах ведьмы зажглась надежда. Её голос набрал силу, и она крикнула:
— Согласно древнему закону, я требую, чтобы в суде приняли участиечужестранцы!
Наступила тишина, и все уставились на друзей. К ним подошёл высокий, чуть пониже Алексея, слегка полноватый мужчина. Его одежда была более богатой, чем у остальных людей. И он явно не обрадовался чужакам.
— Я староста этой деревни, — сказал он. — Знаете ли вы наши законы?
— Я знаю, — вышел вперед Клаус. — Я — Клаус Ариэль, младший сын герцога Ариэля. Я принимаю требования о суде.
— Может, твои друзья тоже захотят что-либо сказать. Тогда пусть назовут свои имена.
— Нет, — прервал старосту Алексей. — Пусть судит юный герцог.
Клаус подошёл к столбу. С минуту он и женщина смотрели друг другу в глаза, потом парень повернулся к толпе.
— В чём её вина? — спросил он. Толпа зашумела. Люди перекрикивали друг друга и невозможно было понять, о чём они говорят. Староста поднял руку, и все замолчала.
— Эта женщина, — начал свою речь староста, — причинила много зла. Сначала она отравила коров. Но этого ей показалось мало, и она принялась за детей. Дети ещё живы, но в очень плохом состоянии. Лишь её смерть может спасти их.
Толпа вновь зашумела. Опять староста поднял руку, и наступила тишина.
— А её ребёнок? — продолжил вещать мужчина. — Никто не знает кто его отец. Это ребёнок оборотня. Не хватало ещё, чтобы он (Вновь послышались крики) оборотился и перекусал наших детей.
Клаус повернулся к женщине и спросил, что она может сказать в своё оправдание.
— Я не травила животных, но я могу их исцелить. Их кто-то накормил белой травой. Что случилось с детьми, я не знаю. Возможно, они просто попили молока отравленных коров. А ребёнок… это мой ребёнок. Я не знаю кто его отец. В прошлом году я собирала в лесу травы. Кто-то оглушил меня. Очнулась вся в крови, еле двигалась. У меня началась горячка и я плохо помню, что было дальше. Кто-то ухаживал за мной.
— Ты знаешь, кто это был?
Женщина ничего не ответила.
— Ты просила судить тебя. Чтобы правильно это сделать, я должен знать правду.
— Это был оборотень. Он нашёл меня в лесу, выходил и отвёл домой. И да, я знаю кто он. И знаю, что лучшего человека я не встречала.
Клаус повернулся к толпе и обвёл её внимательным взором. Мало кто мог выдержать взгляд юного герцога.
— Пусть сюда выйдут все мужчины.
Они недовольно загудели, но всё же послушались. Клаус подошёл к каждому и спросил: не является ли опрашиваемый отцом ребёнка. И каждый ответил: «Нет». Тот же вопрос Клаус задал и старосте. Разумеется, ответ тоже был отрицательным. «Ты ещё оборотня спроси», — съязвил староста. Клаус пропустил его фразу мимо ушей и попросил выйти хозяек отравленных коров и пастухов. Он выяснял, где пасли стадо, и какие травы там растут. Белой травы на тех пастбищах не было. За объяснением юный герцог обратился к ведьме.
— Она там и не растёт, — ответила та. — Белая трава растёт только в одном месте: у подножия Ведьминской горы. Но в нашей местности такой горы нет. К счастью, наши горы самые обычные. Шабаш на них не проводится.
— А может тебя на него просто не приглашают! — староста зло рассмеялся.
— Меня на него не могут пригласить, — ответила женщина. — Я — травница, а не ведьма.
Клаус попросил выйти родителей больных детей. Рыцарь долго выяснял состояние детей, чем их кормили, действительно ли они пили молоко отравленных коров. Это было именно так. Тогда рыцарь спросил травницу, сможет ли она вылечить детей.
— Возможно, — ответила та. — Мне надо видеть их состояние.
Клаус обратился к толпе:
— Пусть тот, кто отравил коров выйдет сюда.
Никто не шелохнулся.
— Тогда пусть выйдет тот, кто знает что-либо об отравлении.
Результат тот же.
— Возможно в вашей деревне есть чужаки. Я хочу допросить и их. Староста, есть у вас чужаки кроме нас?
Тот со страхом замотал головой. Толпа зашумела.
— Я могу доказать её невиновность! — громкий голос перекрыл шум толпы. Люди расступились, и Клаус увидел высокого, очень худого парня, державшего за руку Ангел. Девочка подвела парня к Клаусу.
— Кто ты? — спросил юный герцог.
— Я — оборотень. Я знаю, кто отравил коров. Это сделал староста.
— Ложь! — закричал староста. Люди молчали.
— Люди, — обратился к односельчанам оборотень. — Уже десять лет я превращаюсь в волка. За это время я не тронул ни одного человека, ни одной коровы. Поверьте мне.
— Ты лжёшь! — закричал староста. — Нельзя верить оборотню.
— Разве? — невозмутимо спросил Клаус. — Судя по твоему поведению, это ты отравил животных. И о лагере колдунов тебе что-то известно.
На старосту было жалко смотреть. Его взгляд перебегал с Клауса на оборотня и обратно. К тому же он сильно побледнел, и его стало трясти мелкой дрожью.
— Она убьёт меня, — шептал он. — Она убьёт меня.
— Кто тебя убьёт? — спросила Беки.
Староста ничего не ответил. Он стал задыхаться, упал на землю и затих. Он был мёртв. Но вот его рот зашевелился.
— Вы ничего не добьётесь, — прохрипел мертвец и снова упал. Люди бросились в рассыпную. Не каждый день с ними разговаривал покойник. Но несколько человек всё же остались. Клаус подошёл к травнице и перерезал верёвку, а оборотень взял на руки её ребёнка. Одна из оставшихся крестьянок подошла к травнице.
— Прости нас, Аманда, — сказала она. — Пожалуйста, исцели наших детей.
— Я никому не причиняла зла. Почему вы поверили старосте? — по щекам Аманды текли слёзы. Женщина ничего не ответила, только низко опустила голову.
— Я начну с твоего дома, — сказала травница. — Только покормлю дочку.
Она забрала ребёнка у оборотня и направилась к ближайшему дому. У столба остались Клаус, Алексей, Беки и оборотень. Ангел ушла с травницей.
— Нам нужно найти одного человека, — сказал Клаус. — Поможешь нам?
— Я всегда готов помочь брату-волку.
Юный герцог улыбнулся.
— Где тебя нашла Ангел? — спросила Беки.
— На постоялом дворе. Хозяин — мой отец. Когда схватили Аманду, он испугался за меня и запер в подвале. Даже не знаю, как девочка уговорила его отпустить меня.
Они направились к постоялому двору. Беки задержала брата.
— А почему он назвал тебя братом-волком?
— Для каждого члена семьи на фамильном гербе ставят какое-нибудь животное. У меня на гербе нарисован волк, у
