— Приехал сэр Маркус Уэлтон. Он надеется, что вы его примете.
— Это доставит мне несказанное удовольствие, — ответила герцогиня.
Теперь она внимательно осмотрела Тину.
— Детка, у тебя волосы растрепаны и юбка слегка помята. Тебе срочно нужно переодеться. Иди в свою комнату и поскорее возвращайся. Покажи этим лондонским щеголям, что мы выглядим как настоящие светские дамы, даже если уезжаем из столицы.
Тина ничего не ответила. Герцогиня прошла мимо нее и начала спускаться по лестнице, как вдруг обернулась.
— Беги, беги, детка. Какими бы ни были твои чувства к этому человеку, он всего лишь мужчина. А любого мужчину всегда можно поставить на колени. Это самое подходящее для него место.
— Я пойду и переоденусь, ваша светлость, — сказала Тина. Она слышала, как герцогиня засмеялась, и ей стало интересно, что же могло так развеселить ее. Самой же Тине в эту минуту хотелось плакать.
Глава 8
Тина стояла у окна спальни на Беркли-сквер и наблюдала за тем, как старик вращал ручку шарманки, в то время как обезьянка в красной курточке танцевала на тротуаре, держа в руках маленькую чашку для подаяний.
День был пасмурный и облачный, и девушке казалось, что погода соответствует ее настроению.
Тина чувствовала, что в Винче она оставила что-то важное, а теперь ее ожидает неизвестность, от которой так тревожно на сердце.
Удивительно, но хотя они пробыли в доме всего лишь около часа, новость об этом мгновенно разлетелась по всему Лондону: стук дверного молотка, раздаваясь по всей улице, не давал ни минуты покоя дворецкому.
— Герцогиня Девонширская устраивает бал и приглашает тебя, — с довольным видом сказала герцогиня, открыв украшенный гербом конверт. — Ее бал тебе никак нельзя пропустить. Я, конечно, не одобряю пристрастие Джорджины к карточным играм, за которыми она проводит каждый вечер, в то время как коварная Элизабет Фостер строит глазки герцогу, но ни один уважающий себя человек не пропустит ее званый вечер.
Весь день она надеялась, что пойдет сильный дождь и они не смогут поехать в Воксхолл с сэром Маркусом. Но хотя небо было затянуто тучами, погода оставалась хорошей, и она знала, что у нее на кровати лежит новое платье, которое она наденет, чтобы ослепить сэра Маркуса Уэлтона своей красотой.
У Тины было безумное желание надеть то самое платье, в котором ока прибыла в Лондон, не пудрить волосы и вообще сделать все, чтобы выглядеть как можно менее привлекательной. Потом она вспомнила, что понравилась сэру Маркусу именно в тот день, когда впервые приехала сюда. Всего несколько дней, проведенных в высшем обществе, быстро помогли ей осознать, что сэру Маркусу нравятся молодые и невинные девушки, которые доверяются его льстивым речам. К тому же соблазнить их легче, чем дам в возрасте, умудренных жизненным опытом. Думая об этом, Тина почувствовала, что ее охватывает беспокойство. Возможно, она неправильно поняла его намерения. Возможно, он вовсе не собирался делать ей предложение. Быть может, он так и будет преследовать ее, пока не завладеет ее мыслями, ее душой…
От этой мысли на какое-то мгновение Тину охватило отчаяние, но потом она вспомнила, что даже сэр Маркус не осмелится сделать такое с любимицей герцогини и подопечной лорда Винчингэма.
* * *
Освещенный сад, тихая игра оркестра, ротонда внушительных размеров, ложи с гостями в элегантных нарядах — от всего этого у нее перехватило дыхание. Она сидела с приоткрытым ртом и прислушивалась к звукам праздника.
Сопрано певицы было подобно соловьиной трели. В программе вечера были и фокусники, и акробаты, и много других развлечений к удовольствию тех, кто заплатил, за это. На столах стояли дорогие, изысканные блюда. Но Тину больше интересовало то, что происходило вокруг. Она совершенно не замечала, что ест или пьет. Очень скоро обед подошел к концу, и сэру Маркусу захотелось немного прогуляться и полюбоваться парком перед тем, как отправиться домой.
Впоследствии Тина усомнилась, что точно запомнила, как все произошло. Внезапно она оказалась вместе с сэром Маркусом в беседке с цветами, освещенной лишь тусклыми фонариками. Все, происходящее вокруг, все те места, мимо которых они проходили, настолько увлекли ее, что теперь Тина не могла представить, как она умудрилась отделиться от герцогини и других гостей.
Тина встревоженно огляделась, и внезапно в ее голосе появилась легкая нотка страха:
— Кажется, мы потеряли ваших друзей. Давайте пойдем и посмотрим, сможем ли мы их найти.
— Мне кажется, они прекрасно обойдутся и без нас, — беззаботно ответил ее спутник.
— Я уверена, что они не могли уйти слишком далеко, — быстро проговорила Тина.
— В таком случае нам не стоит за них беспокоиться, — успокаивал ее сэр Маркус. Он взял ее под руку и повел в беседку на скамейку, скрытую от постороннего глаза живой изгородью из роз и жимолости.
Скамейка была удобной, и, хотя Тина хотела отказаться от приглашения сэра Маркуса, она сочла, что это будет недостойно. Поэтому она осторожно села, изо всех сил стараясь держать спину прямо. Однако страх заставлял ее сердце биться быстрее обычного.
— Успокойтесь, я вас не съем, — спокойно сказал сэр Маркус.
— Нет, конечно же, нет. — Тина заставила себя рассмеяться, но обнаружила, что не может спокойно смотреть ему в глаза. Его лицо было слишком близко от нее, а взгляд был пугающе напряженным.
— Вы так очаровательны, так молоды, — произнес он неожиданно глубоким голосом. В то время как Тина обдумывала ответ, он добавил: — Но не слишком молоды, чтобы не понять меня. Я никого никогда не желал так, как вас. Зачем нам с вами играть во все эти игры?
— Боюсь, сэр, что я не понимаю вас, — сказала Тина, глядя сквозь сад и молясь, чтобы появился кто-нибудь из знакомых.
— А мне кажется, что понимаете, — сказал сэр Маркус. — Когда вы выйдете за меня замуж?
Тине показалось, что у нее остановилось сердце.
— Мне еще слишком рано говорить о замужестве, — чопорно сказала она. — Мы с вами только познакомились.
— Я быстро принимаю решения, — ответил сэр Маркус. — Когда я впервые увидел вас на Беркли-сквер, я сразу понял, что вы именно та, о которой я мечтал, та, с которой я хотел бы навеки связать свою жизнь.
— Но это было всего несколько дней назад, — напомнила ему Тина.
— Мне хватило этого времени, чтобы понять, что мне нужно и что я намереваюсь получить, — ответил он. — Герцогиня одобряет мой выбор. Она только что сказала мне об этом. Я свяжусь с вашим опекуном, как только он будет готов меня выслушать. В конце концов, зачем нам подвергать себя тяжелым испытаниям?
