– Что? – Эверард вздрогнул и нечаянно пролил вино на салфетку. – Извини, дорогая, – пробормотал он жене.
Ну вот, – подумала Кристина, – все не так просто. Что же связывает Дэниела Хантера и ее отца? Почему отец стал сам не свой при упоминании о Хантере?
Эверард Уориндер постарался вести себя так, как ни в чем не бывало. Он быстро взял себя в руки. Слуга расстелил перед ним чистую салфетку и заново наполнил бокал вином.
– Как все глупо получилось. Мне что-то вдруг вспомнилось тревожное, а потом исчезло. Должно быть, мне показалось, что я знаком с этим человеком. Не будем больше на эту тему, – сказал отец.
– Ну ладно, идем, Кристина, – поднимаясь из-за стола, сказала леди Кларисса. – Пришло время оставить мужчин с их вином и разговорами о политике. Нас это совершенно не интересует, не правда ли, дорогая?
Спустя полчаса Кристина с матерью вернулись в столовую. Слуги подали кофе. Кристина все это время была очень серьезна. Ее одолевали раздумья об отце и Дэниеле, о политике, в которой она не разбиралась, о Гарете и о любви вообще. Девушка ничего не слышала из того, о чем говорилось за столом, как вдруг до ее слуха дошли слова матери:
– Эверард, я начинаю беспокоиться, не слишком ли часто Кристина видится с Гаретом. Я, конечно же, люблю мальчика, все было превосходно, пока они были детьми, но не мешают ли сейчас эти встречи найти для Кристины хорошую партию?
По выражению лица Эверарда Уориндера было заметно, что он некоторым усилием постарался вникнуть в сказанное женой, очевидно, его мысли были где-то далеко.
– Боюсь, у нас будут с Кристиной проблемы. У нее огромная сила воли и вдобавок неординарные для девушки ее круга интересы.
– Я только что об этом и говорила, – сухо заметила жена. – Последнее время Раймонд Дориан уделяет нашей девочке большое внимание. Ты заметил? К чему бы это?
– Да, и думаю, его отец не будет возражать против их свадьбы. Но, Кларисса, наверное, нужно спросить об этом саму Кристину. Гарет скоро уедет. И у тебя будет достаточно времени, чтобы поговорить с дочерью.
– Да, конечно. В следующем году ей будет двадцать один, – сказала задумчиво леди Кларисса. – Нужно определиться…
Они говорили очень тихо, чтобы остальные их не слышали. Кристина оглянулась. Все уже разошлись кто куда. Кофе в чашке давно остыл.
Кларисса, которая прекрасно чувствовала всякое изменение в настроении мужа, натянуто спросила:
– Что тебя расстроило за обедом? Это имеет отношение к упоминанию Гарри об этом нахальном парне, которого они встретили на выставке?
– О Боже! Нет, ничего такого. Просто его имя напомнило мне об одном неприятном случае, который произошел много лет назад.
– Ты мне никогда не рассказывал об этом.
– В самом деле? Это было как раз в тот год, когда ты очень болела, и врачи посоветовали тебе пожить у моря.
Близнецам Кристине и Гарри было три года, когда леди Кларисса снова забеременела, но на этот раз все обернулось печально. Ребенок прожил всего несколько часов, и жизнь самой графини была на волосок от смерти. Полностью оправилась она только через год. Это был тяжелый, бесконечно длящийся год отчаяния и страха для обоих супругов.
– Теперь я вспоминаю, – задумчиво произнесла леди Кларисса. – Ты выглядел ужасно расстроенным, когда приехал вместе с детьми за мною.
– Да, да, но это позади, и мы все давно забыли, – сказал Эверард, нежно гладя руку жены.
– Милый, ты должен больше себя щадить, – заботливо сказала леди Кларисса. – Не стоит принимать неприятности слишком близко к сердцу.
– Может быть, но это единственный известный мне способ жить и работать. Но теперь мы будем с тобою стремиться к новой интересной жизни, – и Эверард улыбнулся жене с таким забытым очарованием, что у Клариссы замерло сердце. – Надеюсь, дорогая, тебе понравится готовиться и присутствовать на официальных обедах и приемах! – сказал лорд Эверард воодушевленно.
Глава 5
Медицинский центр располагался в кирпичном здании, которое имело довольно неприятный вид: стены были выкрашены в грязно-белый цвет, каменные полы, судя по всему, мылись редко, ощущение грязи, бедности и болезней не покидало каждого, кто сюда входил.
Когда Кристина, проехав по никогда ранее не посещаемым трущобам, впервые увидела клинику, сердце ее дрогнуло. Ей говорили, что в трущобах очень тесно, рядами стоят бедные, но чистенькие, аккуратные домишки, где нет клумб. Но что здесь невозможно выжить даже животному, что прямо на улицах спят беспризорные, бездомные дети, – этого она даже не могла предположить.
В памяти вновь воскресли долгие и беспокойные споры с родителями. Кристина никак не могла понять, почему, несмотря даже на рекомендацию доктора Эндрюса, ее не хотели отпускать, и все же в конце концов с большой неохотой разрешили.
Две сестры, Марта и Дебора Хаттон, управляли клиникой, они же занимались распределением одежды и еды, давали советы, а порой и деньги.
Сестры с недоверием наблюдали за приездами Кристины. Они уже привыкли к посещениям светских дам, которые считали престижным играть роль Леди Доброты, но которые брезгливо отдергивали свои чистейшие юбки от беспомощных худеньких ручек детей и никогда не утруждали себя оказанием хоть какой-нибудь незначительной помощи.
Доктору Декстеру было лишь тридцать лет, хотя выглядел он несколько старше. Это был тучный молодой человек, о котором говорили, что он навсегда предан своей работе. Он совершенно равнодушно отнесся к отчаянным попыткам Кристины в течение двух часов помогать ему, пока его ассистента куда-то вызвали. Кристине потребовались вся ее воля и мужество, чтобы сдержаться и не разразиться беспомощными слезами.
Когда вечером Кристина, совершенно измученная физически и душевно, пришла домой и села ужинать с родителями, отец сухо поинтересовался:
– Ну как, Кристина, происходит твоя благотворительная акция? Судя по твоему виду, ты изрядно устала?
– Напротив, папа, – поспешила возразить девушка. – Я нашла эту работу удивительно интересной. Единственное, о чем я подумала, что одного дня в неделю, как мы с тобой, папа, договорились, недостаточно. Им так нужна помощь. Там столько больных детей. О-о!
– Один день в неделю более чем достаточно, – вступила в разговор леди Кларисса. – Одно дело – давать этим беднягам пищу и одежду, а другое – ухаживать за ними. Я бы не пустила тебя вообще, вот только твой отец решил, что ты можешь попробовать, чтобы в конце концов самой убедиться в том, что долго не выдержишь там.
– Папа, ты действительно так говорил? – спросила Кристина.
Лорд Уориндер слегка улыбнулся и пожал плечами.
