— Жорж, где же наш милый Толь? Почему нас никто не встречает? Разве ты не предупреждал его о нашем приезде? — Сказала она нарочито громко.
— Боюсь, что он ни о чём не знает и наш приезд для моего дорого братца будет очень большим сюрпризом, — усмехнулся тот, кого девушка назвала Жоржем. И Элис поймала себя на мысли о том, как похож этот мужчина на мистера Эвери, только на такого мистера Эвери, который постарел на несколько лет, подурнел и постоянно предавался излишествам в пище и питье. Да, зрелище было отталкивающим.
Но интересно, почему мистер Эвери не впускает своих родственников. Да и что он вообще собирается делать? Игнорировать их присутствие? А мужчина уже, ничуть не колеблясь забарабанил в дверь.
— Эй, Антоль открой! Слышишь меня?
Да, что у мистера Эвери все родственники такие грубияны? Но стук возымел свою силу. Дверь распахнулась. В проёме стоял хозяин собственной персоной. Элис никогда ещё не видела его в таком гневе.
— Что вы здесь забыли?
Элис обратила внимание, что мистер Эвери отозвался на непривычное для неё имя «Антоль». Вот значит как его на самом деле зовут! Кажется, она где-то слышала или видела уже это имя, вот только хоть убей — не помнит где. Она наморщила лоб, пытаясь вспомнить, но так и не смогла это сделать.
А за окном тем временем разгорался скандал.
— Антоль, милый, фи, как некультурно. Почему же ты не рад нам?
— Ты смеешь у меня об этом спрашивать?! — Голос мистера Эвери звенел от гнева. Элис если бы была на месте этих двоих, не выдержала бы и убежала. Но на гостей его тон не произнёс ровным словом никакого впечатления.
— А в чём виновата моя Анджелла? — Спросил мужчина, глядя на мистера Эвери в упор и развязно обнимая девушку. — В том, что выбрала меня, вместо тебя? Так недаром я старше. А ты предпочёл возню с этим отродьем нашей покойной сестрёнки вместо того, чтобы решать свои дела. Кто теперь виноват, что моя дорогая жена выбрала меня? И между прочим у нас медовый месяц. Мы путешествуем и наслаждаемся обществом друг друга, — и мужчина с глупой ухмылкой ущипнул жену за локоть. Она притворно вскрикнула.
— Ну Антоль, милый, хватит обижаться. Неужели ты так злопамятен и не можешь никак простить нас за то, что мы так безумно любим друг друга? — Анджелла прильнула к своему мужу. Элис передёрнуло от этого фарса. Даже она, неискушённая в светских интригах, могла понять, что эта девушка переигрывает.
— Мы всего на одну ночь. Нам просто негде остановиться, — вступил в разговор мужчина. — К тому же, — с насмешкой в голосе добавил он, — на это имение я ведь имею равные права с тобой.
— Ну уж нет! — Голос мистера Эвери звучал спокойно, но Элис не могло обмануть это скрытое спокойствие. — Отец оставил его мне. Если бы ты мог, то протянул бы свои загребущие руки и к нему. Но к счастью я волен распоряжаться им как хочу и в том числе не пускать незваных гостей в дом.
Элис прижала руку к сердцу. Что это значит? Неужели дом принадлежит мистеру Эвери? Но что тогда значат постоянные визиты в этот дом герцога и фамильный склеп де Рошей? Может мистеру Эвери пришлось продать или заложить это имение, чтобы прокормиться и теперь он арендует его. Но фамильный склеп… В голове никак не складывались кусочки мозаики. Она же точно видела договор о помолвке, подписанный герцогом де Рошем и его фигуру и слова. К тому же отец даже по настоянию мачехи не стал бы выдавать её неизвестно за кого. Может быть тот человек вовсе не является герцогом де Рошем и договор о помолвке — фальшивка? Может ли такое быть? Элис закрыла глаза и представила, что всё это правда. Тогда не существует никаких преград. Ей не придётся больше прятаться и она сможет… А что она сможет? Вернуться домой?
Элис вспомнила сводных сестёр и мачеху и вздрогнула. Нет. Если она вернётся, свободной жизни ей там не видать. Мачеха тут же поспешит продать её подороже, ещё одному старику. Но она сможет тогда не бояться де Роша и рассказать всё мистеру Эвери и… Что тогда — Элис старалась не думать. Мечты слишком пугали её. Она чувствовала, что они неисполнимы. Но мечтать — это так прекрасно.
Она вздохнула и снова повернулась к окну. Карета стояла всё там же, но Анджеллы с мужем возле неё не было. Значит ли это, что мистер Эвери всё-таки решил впустить их? До ужина она раздумывала, к кому можно обратиться по поводу того, правда ли её жених является тем, за кого себя выдаёт. Идея пришла внезапно и показалась такой дерзкой, что она едва сразу не отмела её. Но чем больше Элис думала над этим, тем правдоподобней казалась ей она. А почему бы нет, в конце то концов? Почему бы не спросить обо всём этом мистера Эвери? Если он занимается каким-то расследованием и ищет тех, кто причастен к смерти его сестры (если она правильно поняла из подслушанного разговора) и каким-то образом смог отыскать её чемодан, то он скорее всего знает и как проверить того или иного человека.
В столовую Элис спустилась окрылённая, обдумывая, как лучше сообщить то, что она хотела мистеру Эвери, чтобы не вызвать подозрений. Она не могла ему открыться. Ещё слишком рано. К тому же он тоже не доверял ей, если не рассказывал, что этот дом на самом деле принадлежит ему. У него, наверное, на это есть свои причины, значит и она помолчит.
Но в столовой вся её радость испарилась, когда она поняла, что будет ужинать не в привычном уже обществе мистера Эвери и госпожи Валерс, а хозяина и двух его невоспитанных гостей. Экономки в столовой не было. Видимо, она (или сам хозяин) решила, что неприлично служанке ужинать вместе с господами. Элис поняла это только, когда уже села за стол. И тут же покраснела. Она ведь здесь тоже не на правах хозяйки. Соответственно, может ей надо удалиться и поужинать вместе с госпожой Валерс или на кухне?
— А кто эта мадам за столом рядом с нами? — Услышала Элис женский голос, подтвердивший её опасения.
— Это — гувернантка леди Ивлины, — услышала она ровный голос мистера Эвери в ответ.
— Ты нанял этой слабоумной гувернантку? — Удивлённо воскликнул мужчина, которого звали Жоржем. — Да она же двух слов связать не может!
— Не могла, пока вы поили её сильнодействующими микстурами, отчаянно пытаясь вместе с дядей и матушкой сделать из Ивлинки слабоумную. Но попрошу в моём доме больше эту тему не обсуждать. Иначе, я не отвечаю за соблюдение правил гостеприимства. — Лицо мистера Эвери покраснело, но он сдерживал себя. Элис восхищалась им сейчас, в то же время отчаянно желая стать невидимой или провалиться сквозь землю, чтобы о её существовании забыли или хотя бы перестали обсуждать. Но, видимо, этому не суждено было случиться.
— Антоль, дорогой, что делает гувернантка за общим столом? Смею мягко сделать тебе замечание от имени твоей, а теперь уже и моей дражайшей матушки, что ты совсем забыл правила хорошего тона.
— Леди Арспьер всегда обедает в общей столовой со мной, потому что я так приказал и она останется здесь, — Элис больно резануло по сердцу слово «приказал». Он подняла глаза на мистера Эвери и увидела на его губах ободряющую улыбку. Она играла только для неё и только несколько секунд. Но этого было достаточно. С души словно камень упал. Она улыбнулась в ответ и молча принялась за еду.
Ужин прошёл в молчании. А после ужина она поднялась к себе в спальню. На душе почему-то было спокойно и хорошо. Она ещё поговорит с мистером Эвери. Может быть, стоит, наконец, всё рассказать ему, не скрываясь?
Глава 11
А вечером в её дверь постучали. Элис настолько увлеклась чтением, что не сразу поняла, что этот настойчивый стук предназначен для неё.
— Войдите! — Она выпрямилась и отложила книгу. Интересно, кто хочет видеть её на ночь глядя?
— Леди Арспьер, я хочу с вами поговорить, срочно! — Элис вздрогнула. В дверном проёме стоял мистер Эвери. Ей бы испугаться, но сердце почему-то забилось быстро-быстро от радости, вовсе не от страха. Чего она ожидает, глупая?
— Здесь? — Только и спросила она в ответ.
