подумал Прокофий. — Видимо, нож клада не откроет».
Он вернулся к скелетам и подобрал с земли нож. И тут-то почуял что-то неладное.
Опустилась полная тишина. Как будто кто-то накрыл грот куполом, сквозь который не проникал ни один звук. Прокофий даже перестал слышать свой ток крови. Он попытался что-то сказать вслух, но смог лишь беззвучно открыть и закрыть рот, звука не было. Огонек лампы, мигнув на прощание, неожиданно погас.
Мужчина стал в ужасе оглядываться в поисках выхода, и вдруг увидел, что все вокруг утонуло в белесом молочной тумане. Туман, казалось, накатывал волнами и шел отовсюду, из-за него не было видно ничего вокруг: ни пола, ни потолка, ни скелетов, ни выхода. Прокофий затравленно огляделся и вспомнил рассказ деда Анисима, который тоже упоминал о таком тумане, он также вспомнил, что в таком тумане бесполезно искать выход, все равно заблудишься, надо просто переждать, когда туман рассеется. Прокофий тихо опустился на земляной пол, прислонился к оказавшейся рядом стене, и стал ждать, время от времени крестясь от страха.
Прошло несколько минут, туман не рассеивался, но Прокофий стал немного успокаиваться. И тут, к своему ужасу, он услышал голоса.
Голосов было несколько, все мужские и незнакомые Прокофию. Из тумана выступило пять мужских фигур, четыре из них несли сундук, пятый шел сзади с горящим факелом, который освещал всю компанию. Четверо поставили на землю тяжелый сундук, сноровисто вырыли неглубокую яму, поставили туда сундук и забросали его землей. После этого они повернулись к мужику с факелом и один из них сказал:
— Дело сделано. Выводи нас отсюда, атаман.
Пятый неожиданно выхватил из-за голенища сапога нож, резко подскочил к ближайшим двум мужчинам, и ткнул того и другого ножом в сердце. Они сразу рухнули на пол. Оставшиеся двое опешили и растерянно смотрели на убийцу.
— Выйду я один, — тяжело сказал главарь. — А вы останетесь здесь, клад мой будете охранять. Уж не обессудьте.
С этими словами он убил и двух оставшихся жертв. Последний из умирающих успел приподняться и спросить перед смертью своего убийцу:
— За что?
Атаман посмотрел на него тяжелым взглядом и ответил:
— Мне нужны хранители клада, ими и будете вы. Ваши души вечно будут находиться здесь и охранять мое сокровище. Без новых четырех жертв клад не откроется никому, даже мне.
Атаман-убийца еще немного постоял возле места, где был закопан сундук, потом повернулся и, даже не посмотрев на свои жертвы, исчез в тумане.
Прокофий сидел, привалившись к стене, ни жив, ни мертв, он не смел ни пошевелиться, ни глубоко вдохнуть. Неизвестно сколько прошло времени, только вдруг он стал замечать, что в пещере как-то посветлело — это снова загорелась лампа. Мужчина оглянулся — грот выглядел как обычно, туман исчез, у противоположной стены так и лежали четыре скелета. Прокофий посмотрел вниз на свои руки и понял, что он сжимает в них нож. Но на этот раз Прокофий уже знал, где зарыт сундук. Он решительно взялся за лопату.
Глава 6
60-е годы
XX
века, город Касли
Касли тем и хороши: по какой улице ни пойдешь до конца, обязательно упрешься в какое-нибудь озеро. В этот чудесный воскресный день Екатерина и Сабира оказались на берегу Больших Каслей. Берега озера раскинулись рядом с крайними домами улиц. Жители городка любили приходить туда отдыхать, и выполнить какие-нибудь домашние дела. Тут тебе и невысокие деревянные подмостки для того, чтобы подойти поближе и набрать воды, отполоскать белье, постирать половики, да мало ли что надо сделать по хозяйству. Чуть дальше, правее и левее, как твоя душа пожелает, песчаные с мелкими камешками пляжи.
Запах воды и свежей рыбы приятно щекочет ноздри, громко кричат чайки, птицы летают над водой рядом с берегом — вдруг что-то перепадет. Каслинские хозяйки часто чистят рыбу прямо на берегу, для этого приспособлены небольшие удобные подмостки, специально отведенные для такого трудоемкого дела. Озер вокруг много, и рыба, конечно, там водится. Хозяйка еще не успевает рыбу почистить, а птицы уже склевали все рыбьи потроха.
Если ты пришел искупаться, конечно, надо немножко погреться на берегу, ведь вода в озерах все равно холодная. А вот когда ты прокалился на солнышке и так нагрелся, что сил терпеть больше нет, тогда надо срочно бежать в воду. У берегов озеро неглубокое, дно пологое, и заходишь туда постепенно: сначала по колено, потом по пояс, смотря, как умеешь плавать.
Катерина очень гордилась тем, что она все-таки смогла когда-то научиться плавать именно в озерной воде. В морской-то воде плавать все умеют, там вода сама держит, не утонешь. А вот в озере и в реке плавать сложно, особенно учиться. Сначала Катя мужественно заходила в воду по грудь и делала вид, что плавает, а на самом деле она просто прыгала на одной ноге по дну. У нее никак не хватало смелости лечь на воду и довериться ей. Отец долго и безуспешно убеждал Катю в том, что вода будет сама ее держать, все было бесполезно.
— Я тебя держу, плыви вперед, — настаивал он. — Работай руками!
— Я боюсь…. — всхлипывала маленькая Катюшка. — Ты меня отпустишь!
— Руками двигай, как я тебя учил, — сердился отец. — Учись сразу плавать по-настоящему, а не по-собачьи.
— Руками я еще могу, а ногами боюсь, — со всхлипами объясняла начинающая «пловчиха», соскакивая с надежных ладоней отца и с удовольствием вставая обеими ногами на дно.
— Ноги тоже должны работать по схеме, — терпеливо учили ее. — Бултыхаешься как щенок, смешно смотреть.
Вот это «смешно» и заставило Катерину разозлиться и оттолкнуться от дна самостоятельно и заработать одновременно руками и ногами. Ура, получилось! Девчонка вдруг почувствовала необыкновенную легкость и свободу, вода действительно держала ее и совсем не пугала. С тех пор она часто ходила на озеро плавать.
Местные мальчишки учились плавать совсем по-другому. Старшие пацаны бросали младших с мостков в воду у берега, страховали их по мере сил, но зато малыши уже умели держаться на воде через пару дней, а через неделю плавали как рыбы в воде.
Но до Сабиры в плавании Катерине было очень далеко. Детство Сабиры прошло в большом городе, но она ходила в плавательную секцию, куда ее еще в детстве записала мама, так что обе девушки могли наслаждаться озером и плаванием.
Они плавали с удовольствием, но далеко не заплывали, их отпугивали лодки и моторки, которых было очень много на озере в воскресный день. Моторки сновали мимо довольно часто, а лодки пугали девчонок своими широкими взмахами весел.
