далее своих интересов. Более того, ты их видишь лишь как демон. А я, поверь, разбираюсь в демонах. Но раз у нас много времени, то объясню еще раз…
— Сделайте милость! — крик вырвался у разгневанной девушки сам собой.
— У меня было более пяти лет и лучшие учителя, которых можно было купить за деньги, — размеренный голос наполнил всю комнату, — А у него нет ничего… кроме тебя, послушно зачитывающей заклинания, и небольших частиц моей памяти. Тем не менее, вот он, жив и здоров, тренируется, владеет средствами, заводит отношения. Знаешь, чего не было у меня, но есть у Кейна, демон? Свобода. Вся моя жизнь — это участие в чужих планах, а в награду мне досталась разрушенная цивилизация, спасением которой я и занимался целых сорок четыре года. Не мог не заниматься. Я никогда не был свободен, а вот он…
— Что толку с этой свободы?! — враждебно взвизгнула брюнетка, — Он — наше с вами порождение! У него есть цель! И за это…
— Нет, у него есть жизнь, — размеренно ответил лорд Алистер Эмберхарт, — Я не зря раз за разом повторяю, что ты демон… «даймон». Ты думаешь, как обитатели Ада. Ты наивно ждешь от меня исполнения договора в тех рамках и границах, что сама себе вообразила. Принуждение и контракт? Да, это работает, когда предлагающий условия опытен. Ты же… нет.
— Вы саботируете договор, лорд Эмберхарт! Это… это подло! — у девушки на глазах появились слезы.
— Еще раз повторюсь, — из полутьмы кресла показалось целое облако дыма, — Ты глупа. Ты наивно полагала, что я, после того как ты меня разлучила с собственной семьей, буду пунктуально исполнять условия заключенного контракта ради того, чтобы, вернувшись к ним, взять тебя к себе на службу, демон. Взять с собой. Вырвать из этой книги. Неужели ты полагаешь, что, даже выполнив всё методично и верно, строго по каждой букве заключенного нами контракта, я не найду способа расплатиться с тобой… за всё?
Даймона сотрясла дрожь от страха, однако, злость была чуть-чуть, но сильнее, заставив её выкрикнуть:
— Еще одно заклинание, и Книга Вермиллиона проснется! И тогда уже ничего нельзя будет сделать! Только вы с вашей волей можете удержать нас всех от этого!
Эхо от её вопля не успело затихнуть, как лорд Алистер Эмберхарт едко и звучно проговорил, в кои-то веки добавив эмоций в голос:
— Именно поэтому я тебя, демон, и назвал глупой! Книга должна быть пробуждена! Ни ты, ни я не имеем ни малейших шансов найти общий язык с Гримуаром Дурака, а вот он, её владелец, эти шансы имеет. Поэтому молчи, демон, и прекрати трястись за свою шкуру. Стань полезной по-настоящему. Служи, как полагается. И тогда, возможно, у тебя будет будущее рядом со мной.
Глава 10
— Вы в последнее время меня безмерно радуете, господин Дайхард, — произнес, наглаживая счастливо хрюкающего бульдога, некий замечательный дед по имени Христофор Анатольевич, — Прилежно учитесь, да и выбор, вами сделанный, никак осудить не могу. Не бегаете по разным… предосудительным местам. Не влипаете в приключения. Зачем время терять, ведь правда?
— Так точно, — нейтрально ответил подозрительно щурящийся я. Витиеватый, несмотря на собственные жалобы о тотальной загрузке на работе, выглядел отнюдь не так плохо, как должен был. Меня это не особо волновало, а вот то, что он не собирается забирать собаку — вызывало некоторое возмущение. Нет, мы с Курвом нашли общий язык, даже слегка сдружились, но…
— А вот вы, Кристина Игоревна, отнюдь! — жестко произнес дед, переводя взгляд на боярыню, выглядящую мрачнее тучи, — Вы, душечка, прекрасно понимаете, о чем я сейчас толкую. Разъяснять не буду, для господина Дайхарда это излишне, а я тороплюсь. Но напомню, что в Ростове вас, дорогая моя, по-прежнему ждут. И даже заочно любят. Засим откланиваюсь до следующей встречи!
И свалил, гад такой, оставив провожавших нас в прихожей. Чуть ли не чёрную Кристину, сверлящую взглядом дверь так, что от той почти шёл дым, да меня, воюющего с проклятой собакой, рвущейся к обуви в прихожей.
— Мне о чем-то надо знать? — решил попробовать я на прочность лёд наших отношений.
— Это не твоё дело! — гордо выдавила мрачная барышня, резко разворачиваясь на месте. Правда, уйти не успела. В дверь раздался звонок, который заставил Курва воспрять духом, меня утроить усилия по его усмирению, а саму Тернову пойти собственноручно открывать двери. Конечно, при наличии гувернантки это моветон, но, с другой стороны, она подумала, что это вернулся Витиеватый.
Но нет, на пороге стояла очень несчастная Ария фон Аркендорф, мнущая в руках подол и упражняющая лицо в различных гримасах. Девушке, при всем её ярко-выраженном мимическом нежелании, кое-что от меня было нужно, а именно — составить пару на приёме.
— А почему не набрала по разговорнику? — недоуменно спросил я, от чего баронесса тут же состроила такое же лицо, с которым уже щеголяла Тернова. Мрачность в зале стала столь высокой концентрации, что Мишлен банально сбежал ко мне в комнату с задранным хвостом.
— Решила нанести личный визит… — пробурчала девушка почти с вызовом, — К тому же, отправляться нужно прямо сейчас!
— Прямо сейчас? — переглянулись мы со слегка ожившей Терновой.
— Да! Ну… через час нужно выйти! Это очень важно!
Действительно, не изменяющая своему воинственному цвету волос девушка была одета шикарно. Её платье было лишь слегка подпорчено навешенным сверху поясом ревнителя, на котором висел огненный гримуар, но это у нас норма даже при выходе в свет. Особенно сейчас.
Хм… через час?
— А… плевать, — вслух обозначил я свою точку зрения при виде упорно прячущей взгляд баронессы, — Надо — значит сходим. Я пошёл собираться!
— Серьезно, Дайхард? — ядовито спросила Кристина мне в спину, — Ты пойдешь у неё на поводу при таких обстоятельствах?
— Мне скучно, — парирую я, выходя из зала.
Ну да, красноволоска поступила настолько по-свински, что по всем местным понятиям дальше просто некуда. За неделю еще ладно, но вламываясь за час? Ну, короче, косяков Ария нашлепала просто немерено, от чего можно было сделать очень и очень простой вывод — она отчаянно не хотела звать меня туда, но увы, осталась без других вариантов.
Интересный момент, думал я, усаживаясь напротив Арии в вызванную ей карету. Полезный момент. Кажется, девочку пора сливать с потрохами, вычеркнуть из своих планов и не тратить на неё больше времени. Не потому, что она приперлась ко мне в последний момент, а просто потому, что я неожиданно понял, как отношусь к окружающим меня людям. Не простым людям, а очень
