Читаем без скачивания Высшая справедливость - Филип Марголин

– Возможно, и нет, – заключила она. – После того как мой следователь обнаружила это несоответствие, она переговорила с врачом, который лечил вас в больнице. Он убежден, что в результате сильного удара вы перенесли сотрясение мозга.

Удар, достаточно сильный, чтобы сбить вас с ног, мог вызвать деполяризацию клеток мозга и возбудить все нейромедиаторы сразу. От этого мозг наполняется химическими веществами, бездействуют его рецепторы, которые связаны с процессами познания и памяти. В результате человек, получивший сотрясение мозга, может впасть в бессознательное состояние, он страдает помутнением зрения, тошнотой и рвотой.

– Я все это переживала, – подтвердила Вудраф.

Мэри кивнула:

– Другим последствием сотрясения мозга может стать кратковременная утрата памяти. Стирается память о событиях, которые случились непосредственно до и после сотрясения. Некоторые люди вспоминают с трудом даже значительные события своей жизни. Обычно память возвращается, но ее кратковременная потеря, возможно, объясняет ваши показания Дикинсону.

– Должно быть, так, потому что я ничего не придумывала в связи с тем, что происходило в моей квартире. Я не убивала и не похищала Джона.

– Если Диц попытается убедить жюри, что вы лгали относительно стрельбы из своего пистолета, то я воспользуюсь показаниями врача, который лечил вас, и приглашу одного из лучших неврологов Орегона.

– Значит, вы верите мне?

Мэри хотела сказать, что не может ответить на этот вопрос, поскольку не была в доме клиентки, когда происходили события, приведшие к ее аресту, но Вудраф выглядела так жалко, что, по мнению Мэри, нуждалась в моральной поддержке.

– Да, верю.

– Спасибо, Мэри. Мне так необходимо сочувствие.

– Есть еще одна вещь, которую я хочу обсудить, Сара, – продолжала Мэри. – Речь идет об именах, которые вы называли, – Ларри Кестнер, Оррин Хэдли и Деннис Ланг. Они все – дохлый номер.

– Что вы имеете в виду?

– За ними не числится никакого уголовного прошлого, никаких водительских удостоверений и ценных бумаг. Эти люди – фантомы. То же касается Джона Финли. Мой следователь не могла добыть о компании «ТП энтерпрайсиз» больше информации, чем предоставили вы.

Фирма зарегистрирована на Каймановых островах, но нам не удалось выяснить, чем она занимается. Вы можете припомнить, что еще говорил Финли? Это могло бы нам помочь.

– Я рассказала, что знаю.

– Ладно. Это все, что я желала выяснить сегодня. Завтра составлю несколько ходатайств. Когда закончу, вы получите их копии. Я позвоню вам, если произойдут какие-нибудь новые события.

– Спасибо, Мэри. Для меня много значит ваша работа.

– Ладно, ладно, я еще ничего не сделала.

Вудраф сунула руку в сумку и вынула пачку денег.

– Здесь оговоренная сумма на ваши расходы.

– Благодарю, – сказала Мэри. – Если у вас больше нет вопросов, можете возвращаться на работу.

Вудраф поникла.

– В ближайшее время я не смогу этого сделать. Вчера меня официально отстранили от работы.

– Сожалею.

– Вы одна – настоящий человек, – с горечью сказала Вудраф. – Мои коллеги по работе не поддержали меня. Лишь немногие имели мужество пожелать мне добра.

Мэри хотела сказать несколько слов для утешения Сары, но поняла, что это не поможет.

Глава 28

Суд над Вудраф ожидался через неделю, и Макс Диц беспокоился. Он убедил себя, что преследует Сару за убийство, а не за то, что она отвергла его ухаживания и связалась за его спиной с Джеком Штаммом по поводу дела о наркотиках. Теперь его одолевали сомнения, не будет ли ошибкой быстрое выдвижение обвинения против Сары.

Первая проблема для Дица возникла тогда, когда Вудраф наняла Тролль. Такую кличку Диц дал Мэри Гаррет, которую недолюбливал. Гаррет была резкой и пробивной, никакого уважения Дицу не выказывала. Хуже того, Тролль в последние два раза, когда они встречались в суде, нанесла ему поражения.

Далее, улики. Для дела, возбужденного штатом, ключевое значение имело отрицание Вудраф того, что она стреляла из своего пистолета, но список свидетелей Мэри Гаррет включал врача, лечившего подсудимую в больнице, а также доктора Питера Ву. Диц никогда не слышал о докторе Ву, поэтому потребовал от Клэр Боннер сообщить краткие сведения об этом свидетеле. Оказалось, что Ву был всемирно известным специалистом-неврологом, который имел немало трудов и прочел немало лекций по проблемам потери памяти после травм.

Стук в дверь вывел заместителя окружного прокурора из депрессивного состояния. Не ожидая приглашения, в комнату вошел Монте Пайк.

– О чем гадаешь? – спросил Пайк.

– У меня нет времени для гаданий, – огрызнулся Диц.

Пайк улыбнулся.

– Я снял отпечатки еще одного неизвестного в квартире Вудраф.

– Что? Кажется, я предупреждал тебя, чтобы ты забыл об отпечатках.

– Да, – сказал Пайк с невинным видом. – Видимо, я не так понял тебя. Во всяком случае, я пропустил отпечатки через базу АСДИ и получил нить к одному делу в Шелби.

– Шелби? Этот маленький городок у реки Колумбия?

– Да.

– Какое отношение, черт возьми, Шелби имеет к убийству в Портленде?

– Не знаю. Еще не разобрался.

– И не разбирайся. Распоряжение недостаточно ясно?

– Но это прецедент дела «Брейди против штата Мэриленд», Макс. Оправдательное свидетельство. Конституция требует передать это Гаррет.

– Чушь! Что оправдательного в отпечатках, связанных с делом в Шелби?

– Вудраф утверждает, что в ту ночь в ее доме были другие люди, кроме нее и Финли, похитители. Здесь доказательство присутствия других.

– Его нет. Ты не можешь установить дату их появления. Кто знает, черт возьми, когда их оставили в этом доме? Они могли принадлежать бывшему владельцу дома. Забудь об этих отпечатках, Монте. Не хочу больше о них слышать.

Пайк понял, что спорить с Дицем бесполезно, поэтому вернулся в свой кабинет. Подошло время ланча. Он собрал вокруг себя своих обычных сотрапезников и попытался отвлечься на час в праздной болтовне о баскетболистах «Трейблейзера». Но забыть об отпечатках пальцев не мог. Макс Диц был скотина, но в то же время боссом Пайка, и он приказал ему забыть об отпечатках пальцев. Но Пайк представлял собой нечто большее, чем скромный заместитель окружного атторнея. Все атторнеи являлись представителями судебной власти и были связаны принципами этики. Если отпечатки могли использоваться для защиты подсудимой – непреложный долг окружного атторнея заключается в том, чтобы предоставить оправдательное свидетельство защите. Диц требовал от него действовать незаконно и вопреки этике. По разумению Пайка, у него был долг перед своим руководством, но еще выше был долг перед судом. Вопрос состоял в том, как соблюсти этику и все же сохранить работу.

– Отдел полиции Шелби, – откликнулся женский голос через несколько секунд после того, как Пайк набрал номер телефона.

– Я звоню из офиса окружного атторнея Малтномы относительно дела, которое вы ведете и которое может быть связано с одним из наших дел.

– Как называется наше дело? – спросила женщина.

– Точно не знаю, но мы обнаружили отпечатки пальцев на месте преступления в Портленде, провели их по базе данных и обнаружили ссылку на дело в Шелби.

– Оставайтесь, пожалуйста, на связи, я попытаюсь найти человека, который сможет вам помочь.

Пайк собирался повесить трубку, пока не поздно. Его имени еще никто не знал. Но прежде чем он решился, ему ответили.

– Это Том Освальд. С кем имею честь?

– Монте Пайк. Я заместитель окружного атторнея Малтномы. Мы обнаружили отпечатки пальцев на месте преступления, принадлежность которых не могли определить, однако через базу данных получили ссылку на отдел полиции Шелби.

На мгновение воцарилось гробовое молчание. Затем Освальд спросил:

– У вас есть название нашего дела, мистер Пайк?

– Нет.

– Вы знаете характер дела, которое мы ведем и в котором замешан этот парень?

– Простите, нет.

– Когда отпечатки пальцев вводились в систему? – спросил Освальд.

Пайк назвал дату. Минуту Освальд пытался вспомнить, когда он вводил отпечатки пальцев, снятые на борту «Чайна си», в АСДИ.

– Единственное, что я могу сделать, заключается в следующем. Вы пришлете мне снятые вами отпечатки пальцев, и я попытаюсь определить дело, к которому они относятся. Это займет время. Сообщите мне свой номер телефона, я позвоню вам, если удастся что-нибудь найти.

Пайк сообщил ему свои координаты.

– Как называется ваше дело? – спросил Освальд.

– «Штат против Сары Вудраф».

– Не тот ли это коп, что обвиняется в убийстве? В чьем доме пропало тело? И отпечатки связаны с этим?

– Отпечатки обнаружены в ее квартире. Они могут ничего не значить. Дату их появления определить невозможно. Я просто пытаюсь связать концы.