Читаем без скачивания Высшая справедливость - Филип Марголин

– Отпечатки обнаружены в ее квартире. Они могут ничего не значить. Дату их появления определить невозможно. Я просто пытаюсь связать концы.

– Да, понятно. Отправляйте мне отпечатки. Я позвоню вам, если что-нибудь всплывет.

Пайк повесил трубку, но Освальд держал свою трубку еще несколько секунд. Он обдумывал проблему, которую вызвал звонок. Его взбесил способ обращения федералов с полицейским нарядом Шелби, и в припадке раздражения он поместил припрятанные отпечатки пальцев с корабля в базу данных. Успокоившись, Освальд поразмыслил над тем, что сделал. Шеф приказал ему устраниться от этого дела, такова же позиция правительства Соединенных Штатов. Если он расскажет Пайку о «Чайна си», ему могут угрожать неприятности. Однако в беде оказался офицер полиции, и эта информация могла помочь коллеге. Должен он скрыть то, что знает, или все же позвонить Пайку? Освальд решил, что лучше всего подумать. День-другой не имеет значения.

Глава 29

Макс Диц знакомился в своем офисе с ходатайствами Мэри Гаррет по делу Вудраф, когда зазвучал зуммер внутренней селекторной связи.

– Мистер Диц, – прозвучал голос секретаря, – с вами хочет поговорить офицер полиции.

Диц не любил, когда прерывали его работу, к тому же он не назначал встреч с офицерами полиции.

– Кто это? – спросил он.

– Том Освальд из отдела полиции Шелби.

Слово «Шелби» насторожило заместителя окружного атторнея, но он не осознал почему.

– У меня нет дел, связанных с Шелби. Что он сказал об этом деле?

– Отпечатки пальцев. Он сначала спросил мистера Пайка, но тот на судебном заседании. Когда он сказал, что звонок связан с делом Вудраф, я сообщил, что вы руководите группой следователей, и он попросил связать его с вами.

Теперь все встало на свои места. Этот кретин Пайк нарушил его приказ и связался с кем-то из отдела полиции Шелби по вопросу об отпечатках, снятых в квартире Сары Вудраф.

– Проведи Освальда ко мне, – распорядился Диц. Он выяснит, что собирается сказать полицейский. Затем разберется с Пайком.

Через минуту секретарь впускал в кабинет Макса Дица Тома Освальда. Тот с беспокойством ожидал, пока дверь кабинета закроется за секретарем.

– Чем могу помочь? – спросил Диц, как только офицер сел в кресло.

– Речь идет об отпечатках пальцев.

– Да, отпечатки пальцев, – отозвался неопределенно Диц, надеясь, что доверительный тон произведет впечатление его осведомленности именно в том, о чем говорил Освальд.

– Я не чувствую себя вполне уверенно, но меня волнует то, что эти отпечатки пальцев важны для дела.

– Что вас тревожит?

– Мне было приказано без обиняков Департаментом внутренней безопасности отстраниться от дела, и мой шеф приказал передать его в другие руки.

Департамент внутренней безопасности! Какое он имеет отношение к Саре Вудраф?

– Понимаю, – сказал Диц вслух, – но вы сочли важным рассказать нам об этих отпечатках.

– Ведь речь идет об убийстве, и подсудимый – коп. Хочу убедиться, что преследуется именно тот человек, который виновен.

– Правильно, поэтому расскажите об отпечатках.

Следующие двадцать минут Освальд рассказывал Максу Дицу о трупах и гашише на борту «Чайна си» и событиях, произошедших затем. Каждое новое откровение заставляло Дица напрягаться. Как обрадовалась бы Гаррет, если бы узнала, что отпечатки пальцев в квартире Вудраф соответствовали отпечаткам пальцев на крышке люка, где хранилось много гашиша, который был конфискован разведслужбой правительства!

– Шеф сказал, чтобы я написал отчет о том, что случилось, – добавил Освальд, когда закончил рассказ. Он протянул Дицу несколько свернутых листов бумаги, которые были скреплены в одном уголке. – Я принес его копию, если вас заинтересует.

– Да, спасибо, – кивнул Диц, принимая отчет. – Вы хорошо сделали, что пришли ко мне. Но я согласен с шефом Майлзом. Вам следует держать инцидент в тайне. Позвольте мне действовать с этого момента самому. Если здесь что-нибудь не так, я докопаюсь до сути. Между прочим, вы проводили лабораторные исследования этого так называемого гашиша, чтобы проверить свое предположение?

– Нет, федералы конфисковали весь запас.

– Ладно. Возвращайтесь к выполнению своих обязанностей в Шелби. Будьте уверены, это останется между нами. Я не собираюсь информировать шефа Майлза о нашей встрече. Не хочу подвергать риску вашу карьеру. И, конечно, не заинтересован в том, чтобы вами занялся Департамент внутренней безопасности или ЦРУ.

– Вам нужны мои показания? – спросил Освальд.

– Постараюсь освободить вас от этого. Но дайте номер своего телефона, чтобы я связался с вами, если ваши показания все-таки потребуются.

Освальд поблагодарил Дица. Он испытывал облегчение оттого, что инцидент на «Чайна си» стал заботой другого лица.

Диц не заметил, как за Освальдом закрылась дверь. Он был слишком увлечен сочинением сюжета того, как Монте Пайк в полном сознании расчленяется бензопилой, а куски его тела выбрасываются в реку Виламит с кормы моторной лодки Дица. Эти фантазии действовали на Дица как слабительное, он расслаблялся.

Он не собирался каким-либо образом воспользоваться рассказом Освальда. По делу «Брейди против штата Мэриленд» Верховный суд США установил жесткое правило, которое обязывало окружных атторнеев передавать защите любое свидетельство, которое могло бы оправдать обвиняемого. Диц не любил этого и был мастером манипуляций с целью сокрытия свидетельства, которое, возможно, подпадало под прецедент дела Брейди.

К окончанию рабочего дня он пришел к нескольким выводам. Во-первых, он не видел отпечатков пальцев или предполагаемого их соответствия. Никто не знал, когда эти пресловутые отпечатки были оставлены на корабле и в квартире Вудраф. Откуда ему знать, что отпечатки вообще сравнивали? Да и при сравнении отпечатков ошибки происходят постоянно. Ведь под боком было дело Брэндона Мэйфилда, когда атторнея Орегона обвинили в причастности к террористической группе, совершавшей в Мадриде диверсии на железной дороге, только потому, что ФБР ошибочно признало отпечатки Мэйфилда соответствующими отпечаткам известного террориста.

А гашиш? Было ли это действительно гашишем? Освальд не проверял вещество. Кто знает, что хранилось в трюме корабля?

Нет, Диц не усматривал здесь прецедент дела Брейди и, конечно, не собирался помогать защите создавать абсурдную альтернативную версию преступления, включающую соучастие наркодельцов и агентов разведки. Пусть Гаррет делает свою работу. Ему-то не платят за работу адвоката.

Оставался Монте Пайк. Если Диц вызовет его на ковер за нарушение приказа, то придется рассказать ему о визите Освальда. Вероломный щенок может предпринять действия за спиной Дица и выдать информацию о корабле Гаррет. Лучше позволить спящей собаке лежать, даже если это лишает Дица возможности прищучить наглеца. Манера действий Пайка откроет, по мнению Дица, новые возможности.

Глава 30

Из всех дел, которые вела Мэри Гаррет, дело Сары Вудраф закончилось самым странным образом. Войдя в здание суда на третий день процесса, она не знала, чем кончится заседание. Жюри не вызывало у нее восторга, а судья Алан Несбит раздражал ее по причинам, которые Мэри не могла объяснить.

Безвкусное, хотя и функциональное, бетонное здание окружного суда Малтномы было построено в 1914 году и занимало целый квартал между Мэн и Салмон, а также Четвертой и Пятой авеню в нижнем Портленде. Большая часть центрального помещения была полой, занята четырьмя облицованными мрамором коридорами. Когда Мэри и Сара вышли из лифта на пятом этаже, к ним ринулась ватага репортеров. Рост Мэри был невелик, но влияние личности доходило до размеров знаменитого баскетболиста Шака. Подобно полузащитнику в американском футболе, она пробивалась сквозь толпу, повторяя: «Никаких комментариев», пока за ними не закрылась дверь зала суда.

За столом обвинения Макс Диц едва слышно переговаривался с Клэр Боннер. Увидев Мэри и Сару, они прекратили разговор. Мэри открыла качающуюся дверцу в низком заграждении, разделявшем секции суда и зрителей. Она отступила, позволив Саре войти. Едва она разложила на столе защиты свои документы и книги, как вышел судебный исполнитель.

– Судья просит стороны процесса немедленно собраться в совещательной комнате, – сказал он.

– Что случилось? – спросила Мэри окружного атторнея.

Диц пожал плечами:

– Знаю не больше вас.

Мэри последовала за Дицем, Боннер и Вудраф в совещательную комнату. Первое, что она увидела, – это телевизионный и DVD-плеер, расположенный рядом со столом судьи, и судебного репортера. Судья выглядел расстроенным. Как только все расселись, Несбит выпрямился в кресле: