Читаем без скачивания Высшая справедливость - Филип Марголин

– Вудраф говорит, что похититель, которого она видела, был в перчатках, – заметил Пайк.

– Весьма удобно, – откликнулся Диц с ухмылкой.

– Но имеются отпечатки, которые не с чем сравнить, – вставил Лассуэлл.

– Которые могут принадлежать Финли, – возразил Диц. – И разве это что-нибудь значит? Если бы мы обнаружили отпечатки Финли в доме, то это лишь подкрепило бы доказательство, что он был в нем.

– Тебя не беспокоит, что этот парень не проходит по нашей базе данных? – спросил Пайк.

– Ничуть. Мы установили его присутствие в доме, то, что он пропал и что она лжет, когда говорит, будто не стреляла из своего пистолета, – рассуждал Диц. – Мы располагаем также записями прежних звонков о насилии в этом доме. Наконец, фактом является то, что соседка слышала стрельбу, на руках Вудраф остались следы пороха, имеется пуля, выпущенная из ее служебного оружия. Ложь относительно выстрела свидетельствует о сознании вины.

– Пока не найдено тело, все это очень зыбко, Макс, – осторожно заметил Лассуэлл.

– Что, если Финли похитили и он еще жив? Такая возможность не исключается. Будет неловко, если ты обвинишь Вудраф в убийстве, но окажется, что Финли жив.

– Будет еще более неловко, если мы позволим копу отмазаться от убийства. Джек думает баллотироваться в конгресс. Как он будет выглядеть, если мы не осудим копа-убийцу?

Монте Пайк понимал, что Диц хочет использовать обвинение Вудраф в качестве трамплина для занятия места окружного прокурора в случае отъезда Штамма в Вашингтон, но он был достаточно умен, чтобы претендовать на это место самому.

– Я бы не торопился здесь, Макс, – сказал Лассуэлл. – Просто нет уверенности.

– Ну, мы не на ток-шоу у Опры, Арни. Оставь свою чувствительность и сентиментальность. Я нутром чувствую, что Вудраф виновна. Посмотрим, согласится ли Большое жюри.

Глава 26

– Я нисколько не беспокоюсь, мисс Гаррет, – заявила Сара Вудраф, как только они остались одни в угловом кабинете Мэри Гаррет на верхнем этаже дорогого офисного здания в нижнем Портленде.

Большие панорамные окна открывали клиентам впечатляющие виды на реку, три горные вершины, увенчанные снеговыми шапками, а также Уэст-Хиллз. Сару смущал ультрамодный дизайн, листы стекла поверх письменных столов, сияющие алюминиевые подлокотники кресел, картины в абстрактном стиле.

Мэри Гаррет была настолько же несообразной, насколько стильным был ее офис. Атторней предпочитала модную одежду и массивные, но изящные украшения, которые можно обнаружить на глянцевых страницах дорогих модных журналов, но ее одежда и аксессуары выглядели нелепо на этой миниатюрной, птицеподобной женщине с неправильным прикусом, привыкшей к своим совершенно немодным очкам с затемненными стеклами. Для ее клиентов эта несообразность ничего не значила. Любой из них нанимал Мэри Гаррет не за внешний вид. Мэри полагала, что Вудраф захотела встречи в ее офисе потому, что Гаррет дотошно разобралась в ее деле, что продемонстрировала во время перекрестного допроса на судебном заседании. Оно должно было гарантировать успех для обвинения, но завершилось оправданием наименее подходящего кандидата в наркодельцы, какого Мэри когда-либо представляла.

Если Гаррет более походила на что угодно, только не на атторнея, то Сара Вудраф точно не напоминала типичную женщину в беде. По оценке Гаррет, рост Вудраф превышал метр семьдесят пять. Она отличалась телосложением женщины-боксера, у нее были длинные ноги, широкие плечи и торс, сужавшийся к талии. Длинные черные волосы обрамляли пытливые голубые глаза и полные губы, которые от напряжения вытягивались в прямую линию. На вечеринке с коктейлем или в классном ресторане, когда она расслаблялась и улыбалась, мужчины находили Вудраф привлекательной, хотя и крупноватой, и даже сексуальной. Сейчас, под бременем тяжелых проблем, она олицетворяла деловой стиль. Первым впечатлением Гаррет от нового клиента было то, что это сильная, суровая и самостоятельная женщина. Если она полагала, что нуждается в помощи, то ее положение было весьма серьезно.

– Что вас беспокоит? – спросила Мэри.

– Я – офицер полиции Портленда. Несколько дней назад какие-то люди ворвались в мой дом около пяти вечера и похитили Джона Финли. Я пыталась помешать им, но получила неожиданный удар, упала, потеряла сознание. Менее часа назад мне позвонил приятель и сообщил по секрету, что окружной атторней, заседающий прямо сейчас в Большом жюри, стремится обвинить меня в убийстве Джона.

– Кто ваш приятель?

– Этого я не могу сказать.

– Все, что вы говорите мне, составляет конфиденциальную информацию и охраняется законом, регулирующим отношения атторней – клиент.

– Знаю, но я обещала сохранить его имя в тайне. Своей информацией он оказал мне большую услугу, и я не могу подвергать его опасности.

– Что ж, справедливо, – согласилась Мэри, изучая Сару.

Темно-синие брюки от мундира и белая рубашка мужского покроя сидели на ней великолепно, но они стоили дешево. Мэри знала, сколько составляет годовое жалованье копа. Гаррет решила прояснить коммерческие аспекты их отношений.

– Защита в деле об убийстве стоит дорого. До того времени, когда что-то прояснится, мой предварительный гонорар должен составить шестизначную цифру, помимо дополнительных расходов на экспертизу и расследование. Для начала мне нужно пятьдесят тысяч долларов. Как только я получу представление о сложности вашего дела, сообщу, сколько мне нужно еще.

– Я принесу вам деньги завтра, – сказала спокойно Вудраф. – Нельзя позволить, чтобы мое дело представлял какой-нибудь недотепа.

– Хорошо. Вам известно, почему окружной прокурор считает вас убийцей мистера Финли?

Сара замотала головой:

– Не имею представления. Полагаю, из-за крови, обнаруженной в моем доме после драки. И, насколько мне известно, Джон пропал без вести, не погиб. Приятель сказал мне, что его тело не обнаружено.

– Можно использовать косвенную улику, например кровь в вашем доме, для обвинения в убийстве, даже если тело не найдено.

– Но я видела человека, напавшего на Джона, и он был похищен. – Сара указала на свой затылок. – Неужели вы думаете, что я могла это сделать сама?

– Полиция может решить, что это мог сделать мистер Финли, когда защищался, – ответила Мэри. – Возможно, они полагают, что вы убили мистера Финли, избавились от его тела и сочинили историю о его похищении.

В отчаянии Вудраф сжала кулаки.

– Но я этого не делала. Какие-то люди ворвались в мой дом. Я ничего не сочиняла.

– Расскажите подробнее, что случилось.

Пока Сара рассказывала об инциденте в своем доме, о безуспешных поисках Джона и его похитителей, о разговоре с полицией и поездке в больницу, Мэри делала свои пометки.

– Вы когда-нибудь видели похитителей раньше? – спросила Мэри, когда Сара закончила рассказ.

– У меня в памяти все смешалось. Я выключилась, когда меня ударили по голове. Все происходило очень быстро. У меня нет ясного представления о человеке, который дрался с Джоном. Кроме того, когда я спускалась по лестнице, то увидела Джона и сосредоточила на нем все внимание. Довольно уверенно могу сказать, что человек, который дрался с Джоном, был одет в черное кожаное пальто. И перчатки. Он был в перчатках, – покачала головой Вудраф. – Простите, я больше ничего не помню, кроме этого.

– Если вы только проснулись и получили тяжелый удар по голове, то я не жду, что вы все вспомните. Скажите, упоминал ли мистер Финли когда-нибудь, что у него есть враги?

– Он немного говорил о себе. Каждый раз, когда я заводила разговор о его делах и прошлом, он отделывался шутками или давал уклончивые ответы. Он редко говорил по существу. – Сара сделала паузу. – Несколько имен он упоминал, я слышала его телефонный разговор.

– Вы можете назвать имена? Я поручу своему следователю разыскать информацию о них. Может, мы узнаем чуть больше о прошлом Финли.

– Я помню только Ларри Кресс… нет, Кестнер, Ларри Кестнер. И Оррин Хэдли. – Она закрыла глаза и на мгновение собралась с мыслями. Затем подалась вперед. – Деннис Ланг. Я помню эти три имени.

Мэри быстро записала имена.

– У вас есть предположения, почему похитили мистера Финли? – спросила она.

– Не знаю. Но Джон… Он мог быть втянут в какие-то темные дела.

– Какие, например?

– Не знаю.

– Вы давно знакомы с мистером Финли?

– Не очень. Мы встретились в Перу, года полтора назад. Я проводила там отпуск, – рассказала Сара. – Через несколько месяцев он появился в Портленде. Некоторое время мы жили вместе, но у меня возникли подозрения в отношении его бизнеса, и я вышвырнула его вон.

– Какого рода был его бизнес? – уточнила Мэри.

– Экспортно-импортные операции. Так он говорил.