здесь не держит.
Я подвинулась вбок, чтобы рассмотреть собеседника. Пацан, который мне ответил, приветственно поднял руку.
– А то вдруг у вас зрение не очень, – рассмеялся он. – Тогда вот он я.
– Остряк, – заметила я.
– Рад стараться, – не остался в долгу парень.
– А у вас дома тоже дела не очень? – спросила я, обведя всех четверых взглядом.
– А это уже не ваше дело, – отрезал парень в бейсболке и отпил кока-колы. – Между прочим, этот мелкий сам нас сюда позвал.
– И вы не стали отказываться, – подметила я.
– Потому что все равно сюда собирались. Остальное никого не касается.
– Зачем же он вас позвал?
Ответа не последовало. Я поняла, что дальше они меня не пустят ни в свои проблемы, ни в свои секреты или истории. И это было правильно. Кто я такая? Тетка неизвестного происхождения, появившаяся из леса и устроившая допрос? Загадочное сумеречное явление? Я вас умоляю. Я бы на их месте сама такой особе отвечать не стала. А они поговорили и даже хамили, не переходя границ.
Я раздумывала, как бы удачнее выбрать момент и сообщить присутствующим, что в лесу прячется папа Дениса, но он решил нарисоваться сам. Захрустел во все стороны ветками и вылез из чащи. В этот раз испугались не только подростки, но и я. Пришлось «удивляться».
– Ой, а кто это? – удивилась я. – Федор? Вот так встреча. Я нашла Дениса, все нормально. А вы, наверное, в другую сторону пошли?
Пока я несла ахинею, парни, узрев большого и страшного Федора, подобрались, как тигры перед прыжком. Но – внутренне. Это было видно и по их лицам, и по рукам, вцепившимся в шершавую поверхность бревен. Пока Федор, снимая с лица налипшую паутину, выбирал удачную для приземления локацию, я готовилась остановить Дениса, который мог рвануть в чащу в любую секунду. Но он сидел как птенчик в гнезде, сложив кулачки на коленях, и молчал. Наконец Федор оставил в покое свой внешний вид и направился к сыну. Денис, в свою очередь, вжал голову в плечи.
– Ну чего ты? – пробасил Федор, присаживаясь рядом с сыном. – Будто боишься, что ударю. Не жмись, а то уеду без тебя.
– А я говорил! – внезапно воскликнул парень в белой майке. – Звук мотора же слышал. А вы мне: «Мимо проехал, мимо проехал». Не проехал!
Ему никто не ответил – все смотрели на отца и сына, сидевших в отдалении от других. Федор не сводил с Дениса глаз, а сам Денис таращился на старших приятелей.
– Ладно, мы пошли, – сообщил парень в бейсболке и поднялся на ноги. – Гоу, народ.
Денис не шевельнулся.
– Еще раз увижу сына рядом с вами, останетесь без ног, – спокойным голосом произнес Федор. – Вырву из задниц насовсем. Ни один хирург не восстановит.
– Угрожаете? – нехорошо усмехнулся парень в бейсболке.
Их было четверо, а нас с Федором всего двое да сопливый Дениска рядом. Если исключить сына Федора, то силы были бы равны, вот только местная братва об этом не знала. Навались они всем скопом на крепкого мужика, то он бы не справился, ибо численное превосходство более молодого противника и так далее. Плюс жестокость – вряд ли пацаны дрались бы по правилам. Но они не знали о том, что я тоже кое-что умею, поэтому в расчет меня не брали. Так, какая-то приезжая баба в штанишках. Не более.
– Все нормально, ребят, – нарочито устало произнесла я, потирая плечо. – Идите.
Парни замешкались, но лишь на секунду. Каждый из них покинул свой насест, забыв, однако, убрать за собой мусор в виде пустого пластика. Каждый, проходя мимо Федора, делал вид, что все в порядке. Каждый мог бы наброситься на мужчину или сделать хотя бы одно движение в его сторону, и тогда бы прямо здесь и сейчас случилась беда.
Каждый ушел, не оборачиваясь.
Я проводила их взглядом. Неспешным шагом они направились прочь – туда, откуда, видимо, и пришли. Я проследила за тем, как растворяются их силуэты в сумраке. Дольше всех я наблюдала за покачивающимся светлым пятном. Это была белая майка парня, который чуть ранее оказался внимательнее других, обратив внимание на звук мотора, не улетевший вдаль, а замерший на опушке леса. Если бы друзья прислушались к словам своего приятеля, то были бы готовы к встрече.
Мы остались возле костра втроем.
Федор что-то вынул из кармана и протянул сыну. Это был бутерброд с колбасой, один из множества других, продававшихся на празднике. Каждый бутер, лежавший на прилавке, был заботливо упакован в пищевую пленку, и я подумала, что эту рутинную работу почему-то должна была выполнять именно Зоя.
– Голодный небось, – только и сказал Федор. – Обертку потом не выбрасывай. Донесем до урны, иначе весь лес загадим. Не берись за хлеб голыми руками, их бы помыть.
Подумав, Денис откусил от бутерброда и принялся медленно жевать, глядя себе под ноги.
– Ты чего на звонки-то не отвечал? – спросил Федор.
– Телефон разрядился, – ответил Денис.
– А ну дай посмотреть.
– Не дам, – уперся мальчик.
– Понятно, – нахмурился Федор. – Значит, ты просто забыл обо всем на свете. Ну, сынок…
Он покачал головой. Денис сосредоточенно жевал бутерброд. Федор положил руку на его плечо.
– Ладно, слушай. Матери так и скажем. Хотел, мол, предупредить, что собираешься с друзьями в лес, а потом понял, что в телефоне батарейка сдохла, и ты никуда не пошел. Просто гулял по городу и потерял счет времени. Гулял один, так тоже можно. Так ведь было дело?
Денис кивнул не сразу. Сначала переварил услышанное.
– Она, конечно, все равно нам по башке даст, но ты гни свое, – понизив тон, добавил Федор.
– А тебе-то за что от нее прилетит? – удивился мальчик.
– А то ты не знаешь. – Федор слегка поддел Дениса плечом. – Ей только повод дай – всех соберет. И виноватых, и тех, кто мимо проходил.
– Зойку зато никогда не ругает! – возмутился Денис.
– А это потому, что твоя сестра по лесам ночами не шляется и на звонки
