– Джоул! – в отчаянии крикнула она.
– Да? – Холодный взгляд Джоула сказал ей все, что он о ней думал.
Он был уверен, что Кевин вел себя так с ее согласия. Саманта заколебалась. Если сказать ему правду, он не поверит, лишь рассмеется. Она этого не вынесет. К тому же возникнут трудности с Кевином. Саманту душили рыдания.
– Саманта, если хотите что-то сказать, будьте любезны – говорите. Я не могу тратить время на флирт. Мне нужно работать.
Его слова привели ее в ярость.
– Ничего я не хочу! Не желаю иметь с вами никаких дел. Уходите!
Шаги Джоула постепенно затихали. Хорошо, что он не увидел ее слез. Что с ней происходит? И почему это ранит ее так сильно, что отрицать дальше уже невозможно? Она не знала ответа на этот вопрос.
Глава 7
Саманта смахнула со лба испарину. О суровости клондайкских зим предупреждали все, но о летней жаре никто не обмолвился ни словом.
Оставив на минуту корыто, Саманта зашла в хибару и подняла москитную сетку, чтобы глотнуть воздуха. Сетка была необходима, так как от комариных укусов на лице оставались красные волдыри, но затрудняла дыхание. Воздух раз от разу казался все более несвежим, а накапливающаяся влага усугубляла дискомфорт, когда вуаль начинала прилипать к коже.
Саманта проверила опару. Тесто поднималось, хлеб обещал быть хорошим. Единственная удача за сегодняшний день. А вот как будет к ней относиться Джоул? В тот вечер, когда он музицировал для них, она была убеждена в его искреннем желании перемирия. Теперь же все изменилось.
Она тяжело вздохнула. У нее уже не было сил защищаться! Она не делала ничего плохого, но Джоул отказывался ей верить.
Никогда еще она не чувствовала себя такой несчастной. Она вернулась во двор, схватила рубаху и принялась энергично тереть ее о стиральную доску.
Задев костяшкой за корявый край, Саманта содрала до крови палец. Она чертыхнулась и поднесла руку ко рту, гневно сверкая глазами на щелок в корыте. Как же она ненавидела все это! Кучи грязных вещей и этот примитивный дом. И этих двух мужчин, полагавших, что она станет добровольной заложницей их игр.
Чьи-то руки неожиданно схватили ее и повернули кругом. Она закричала и услышала смех. Подняла глаза и отупело уставилась на дружелюбную, по-щенячьи доверчивую физиономию Либерти Барроу.
– Как вы меня напугали!
– Извините, мисс Перри. – Его впалые щеки раздулись от удовольствия, когда он с ухмылкой оглядывал ее. – Не слабо для такой маленькой женщины. У вас, несомненно, хорошие легкие.
Саманта глянула на груду одежды у корыта.
– Либерти, ваши вещи еще…
– Да я не за этим шел. Хочу сообщить вам новость.
– Новость? Вы напали на жилу, Либерти? – Радуясь его удаче, она вместе с тем не без страха подумала, чем это может обернуться для Кевина с Джоулом. Они не скрывали своего разочарования низкой выработкой на Пятнадцатом верхнем.
Лучезарная улыбка Барроу на секунду поблекла. Даже добытая им интригующая новость меркла рядом с тем глубоким волнением, которое возникло от одного упоминания о крупном месторождении. Не было такого мужчины в округе, кто не мечтал бы войти в братство королей Эльдорадо.
– Мисс Перри, – пришедший в себя Либерти схватил ее за хрупкие плечи, – американцы разбили испанцев на Кубе. Третьего июля они захватили гавань! Стюарт только что вернулся из Доусона. В городе ликуют и празднуют победу. Проклятые испанцы, наконец, поняли, что нельзя посягать на то, что им не принадлежит!
Саманта буквально лишилась дара речи. Находясь вдали от цивилизации, она почти забыла о войне с Испанией.
– Значит, война закончена? – выговорила она, наконец.
– Скоро закончится, ведь мы захватили их флот! – воскликнул Либерти и подхватил ее на руки.
Прежде чем Саманта успела его остановить, он едва не раздавил ее своим телом, а когда запечатлел на ее губах поцелуй, она испугалась. Из всех клиентов Либерти был самым воспитанным. Она не ожидала от него такого неджентльменского поведения. Однако через секунду расслабилась, сообразив, что эти объятия вполне безобидны.
Когда Либерти оторвался от ее губ, Саманта обвила его шею руками. Он боднул ее носом и досказал остальное, что удалось узнать. Саманта радостно засмеялась.
– Черт побери, что ты с ней делаешь? – раздался голос у них за спиной.
Покраснев, Саманта отпрянула от мужчины и увидела Кевина. Глаза его горели яростью. Рядом с ним стоял Джоул. Нетрудно было себе представить, что он о ней думает.
Когда Кевин угрожающе шагнул вперед, Саманта преградила ему путь.
– Кевин, Джоул, вы должны выслушать эту чудесную новость с Шестнадцатого верхнего. Либерти был так добр, что…
– Я вижу, как он добр! – зарычал Кевин, отстраняя ее.
Он не заметил, как его партнер подхватил Саманту, чтобы не дать ей упасть.
Она с тревогой посмотрела на Джоула. К ее удивлению, он одарил ее быстрой улыбкой, а затем оттолкнул взбешенного напарника. Обняв Либерти за плечи, он сказал с ухмылкой:
– Ну, выкладывай! Что за выдающееся событие привело тебя сюда?
Либерти с высоты своего гигантского роста неспокойно поглядывал то на одного, то на другого мужчину. Он еще не видел Хаусмана таким разгневанным. Из двух партнеров с Пятнадцатого верхнего если кто и заводился с пол-оборота, так это Гилкрист. Барроу даже не представлял, что можно так сердиться из-за того, что другой мужчина позволил себе поцеловать мисс Перри в честь великой победы.
Чуть позже он понял, что Хаусман влюблен в девушку. Еще бы не влюбиться в хорошенькую Саманту Перри! На Шестнадцатом верхнем мужчины часто говорили о ней. О том, какая она добрая и трудолюбивая. И зачем только, чтобы найти себе мужа, она проделала весь этот длинный путь до Юкона, когда в Штатах наверняка было много желающих жениться на ней.
– Стюарт привез известие о войне, – спокойно сказал Либерти. Эти двое были его друзьями. К тому же он вообще не хотел, чтобы завязалась драка. Он до сих пор не забыл, как во время кулачного боя убил своего противника, сам того не желая. Так получилось. С тех пор он никогда не пускал в ход свои кулачищи.
– О войне? – Джоул повернулся к Кевину с таким видом, словно баталии, происходящие намного южнее Юкона, имели для них первостепенное значение. – У Барроу новости о войне. Ты слышал?
– Слышал, – пробормотал Кевин.
Он облокотился о дерево и с недоверием смотрел на этого огромного мужчину, осмелившегося поцеловать Саманту. Какое, черт возьми, он имел на это право?
Либерти между тем стал рассказывать о том, что услышал от своего партнера. Не глядя на Саманту, он вторично описал некоторые подробности морского сражения. Гилкрист не мог скрыть своего восхищения.
