душевная боль, но никто кроме Князя ее не заметил. — Какой смысл тогда тратить столько сил?
— И как ты предполагаешь защититься или скрыться в случае если демиург будет против, но все силы будут уже потрачены на наше небольшое мероприятие по переселению? — вернув саркастический тон, наследник обратился к юноше с посохом.
— Ты драматизируешь и преувеличиваешь, — в глазах светловолосого мелькнула насмешка. — Может быть демиург будет нам только рад, если они существуют, конечно, — произнес он, слегка разведя руками, прекрасно понимая, какую реакцию это вызовет.
Последняя фраза, как и ожидалось, вновь вывела из себя наследника, хоть он и понимал, что эльф специально его злит. Может быть сказывалась усталость, может быть — то что он стал более явственно ощущать щупальца Итернитаса, не отпускающие ни на миг, даже когда он находился в другом юниверсуме. Он понимал, что надо быть сдержанней, но это никак не удавалось. И не для того он битый день таскает с собой чокнутую семейку, чтобы вновь обсуждать правдивость перевода текста скрижали…
— Раз демиурги — лишь сказка пьяного друида, то может быть и наш мир в порядке, и не разваливается на части? И нет смысла тогда куда-либо бежать? — наследник огрызнулся и ощетинился, готовясь к новому уколу.
— Хватит! Уймись! Мы уже приняли решение. Даже несмотря на бессмертие нужно поторопиться, — у Князя явно заканчивалось терпение.
Юноша сделал глубокий вдох, медленный выдох, снова набрал воздуха, чтобы могли работать голосовые связки. Но его продолжало колотить от бессильной злости. «Ну и как мне успокоиться, видя перед собой эту гнусную рожу? Да еще и соблюдать вынужденный союз. Как жаль, что не успел подобраться к его горлу в последней схватке! Да ещё и Она… Ни разу не взглянула на меня, будто меня не существует вовсе».
Наследник прекрасно понимал, почему отец предложил этот союз. И было невыносимо больно смотреть на её безразличие. Лучше бы она открыто показывала презрение и ненависть, как и Селфис’харлан.
Тёмный поднес сомкнутые ладони к губам, будто в знак примирения, и продолжил:
— Ладно, давайте пойдем с другой стороны. Вы как себе это представляете за один раз? Вы ведь не согласны, чтобы я сначала перенес своих, а затем вернулся за вами. Считаете, что я просто сбегу? И как поступим? — не дожидаясь ответа, скорее по привычке, чем от раздражения, съязвил:
— Перетащить оба замка на один пятачок земли и жить дружно бок о бок? Хоть забор поставим на границе?
— Разумеется, ставить замки рядом мы не станем. Перенесешь сначала свой, — эльф говорил с деланным умиротворением в голосе, будто бы стремясь успокоить огорченного ребенка. — Я и маги будем рядом — как гарант остального переселения. Отец и Леди Руаcил будут замыкать цепь, придут после всех избранных для путешествия. — Светлый слегка склонил голову на бок и произнес это настолько снисходительным тоном, что Наследник вновь вспылил:
— Ну уж нет! Я не хочу получить заговоренный кинжал в бок, пока буду поддерживать проход открытым. Да и вдруг я не смогу держать себя в руках? Или мы вдруг внезапно снова стали друзьями?
— Твои предложения? — с невозмутимым видом поинтересовался Селфис.
— Сначала переходим я, Леди, мой брат и маги. Переносим «Итернитас». Затем толпа, — юноша скривился и процедил слово сквозь зубы, — избранных. Замыкать будешь ты и Отец. Последним попытаемся перенести ваш дворец, когда достигнем выбранного вами места.
Селфис уже в открытую рассмеялся:
— Хочешь захлопнуть проход у нас перед носом или расплющить в композитуме? Избавиться разом от меня и от Князя? Занять оба трона разом?
Темный был уязвлен. Закатил глаза к небу, затем прикрыл веки, сокрушенно покачал головой. Да, ему хотелось избавиться от Селфиса — это ни для кого из присутствующих не было секретом. Но причинять вред Отцу он и помыслить не мог, даже несмотря на то, что их взгляды на многое не совпадали, и они почти всегда общались как кошка с собакой. К тому же, ему порядком надоел этот разговор, и он мечтал поскорее его завершить. Находиться вдалеке от Итернитаса продолжительно время причиняло физическую боль. Замок настойчиво звал его назад.
— Это уже просто загадка про козу, волка и капусту… — в голосе наследника слышалась апатия, раздражение уходило. Как же он устал от скачков настроения… Мысли о погибающем мире навевали тоску. Вода в озере уже перестала нагреваться, от нее шел теплый пар. Пространство около берега затягивалось туманом.
— Ваши маги как раз будут гарантом того, что удержат потоки от закрытия, пока не истратили силы на бессмысленную груду дерева и камней. Неужели они не дождутся своего правителя? И я настаиваю на том, чтобы оставить ваш дворец там где он сейчас и стоит. Все равно воевать придется.
— Ты хочешь оставить Леди Руаcил’авара без её наследия? — спросил Селфис с максимально невинным видом.
— И с каких пор эльфам стало крайне сложно провести пару месяцев в лесу под открытым небом? — огрызнулся тёмный. — Ну, если ты хочешь вытаскивать потом своих подданных из-под завалов, то да — давай так и поступим. Ты готов рискнуть? Неужто самому наследнику Вечного Леса груда камней и деревяшек дороже жизней? — тёмный не упустил случая задеть эльфа в ответ.
Глаза Селфиса недобро сверкнули, только вот опять это смог увидеть только Наследник. Эльф хотел было ответить на колкость, но женщина его опередила.
— Melin lan [Дорогой сын], в его словах есть правда. Ему может не хватить сил. Мы так никогда не договоримся, а время, к сожалению, не терпит, — оборвала тираду Леди. Она упорно не смотрела на тёмного. Её взгляд вновь устремлялся вдаль.
Глядя на посеревшее лицо Наследника, Селфис был более чем удовлетворен, даже несмотря на то, что мать опять лезет не в свое дело.
Когда спорящие замолчали, переводя дух, из леса на опушку вышел коренастый парень, держа одну руку за спиной. Тёмные, как по команде, повернулись в его сторону, обнажая клинки. Парень на секунду остановился, расплылся в дружелюбной улыбке, поднял свободную руку ладонью вперед на уровень груди, медленно вытащил из-за спины вторую, в которой оказался большой букет из лесных и полевых цветов. Поклонился и жестами начал просить разрешения подойти.
— Сатир? Безоружен, — пробормотал Отец. — Без одежды что-то спрятать довольно проблематично. Пусть подойдет, — равнодушно сказал он, убирая саблю обратно за пояс. Его сын тем временем не спускал с сатира глаз и меч не опустил.
Коренной житель Атиозеса, увидев, что старший оружие убрал, обрадовался, закружился, и танцуя, говоря что-то на своем языке, приблизился к Леди Руаcил, периодически кланяясь, передал ей букет.
Леди, улыбнувшись, принимая дар.
