слушая и вбирая в себя звуки и запахи ночного города. Это колыбель ее свободы, стартовая точка новой жизни. Когда-нибудь она сюда вернется. Или, наоборот, уже никогда, пойдет только выше и выше. Чувство приятной грусти.
Аренда комнатушки была оплачена на месяц вперед, поэтому ее электронный ключ еще действовал. Все было как прежде, на своих местах. Кроме запаха. Запах был другой… Не полностью, тут все еще несло дымом, горелым маслом, специями, но поверх всего этого тонким, едва уловимым слоем ложился новый запах. Мята, холод… мята, холод… Ментол? Странно.
Впрочем, не важно, может занесло ветром из маленького окошка. В конце концов, Чес тут не для того, чтобы вкушать ароматы — у нее была конкретная цель. Забрать свой электронный блокнот. Свой чертов допотопный блокнот, которого здесь, мать его, не было!
Не обнаружив его под матрасом, Чес перевернула вверх дном всю квартирку — минихолодильник, туалет и душевую, все немногочисленные ящички и полочки. Она чертовски жалела, что пользовалась таким старьем, которое нельзя было отследить по маячку комлинка.
— Дерьмо, дерьмо, дерьмо!
Ну где же ты, тупая игрушка, книжка записная, бесполезная хреновина⁈ Куда ты спряталась от меня⁈
Блокнот не отзывался. Провалился в кроличью нору и исчез. Теперь все жители Страны Чудес читают ее творения… Алиса покраснела от стыда, Чеширский кот захлебнулся от смеха, Королева Червей взяла парочку приемов на вооружение… Проклятье, не день, а срань Христова…
Чес плюхнулась на матрас, судорожно перебирая в голове возможные варианты. Его мог прихватить Рэд — забросил все вещи в сумку, не разбирая, а потом выронил где-нибудь у себя на чердаке в Бруклин-Хайтс. Да, нужно будет с ним связаться. Где еще? Порыться в самой сумке, которая сейчас в пентхаусе? Или у Резчика? Сумка была и у него в клинике… Чес схватилась за голову. Ох, ладно, детка, не раскисай, не паникуй, Страны Чудес не существует, а твой треклятый блокнот просто куда-то завалился. Вещи не пропадают просто так.
Она отерла вспотевшее лицо ладонями. В носу свербело от ментола.
— Ладно, нечего рассиживаться. — Чес встала и зашла в ванную, чтобы немного освежиться перед возвращением к Рю. Ей не хотелось, чтобы младшая Такахаси видела ее такой растерянный и раскрасневшейся. И почему ей постоянно хотелось производить на сестрицу Дика впечатление? Очень странное чувство.
Она несколько раз ополоснула лицо, пока отражение в зеркале не стало сносным, а потом вышла. Чтобы столкнуться с еще четырьмя Чес, отраженными в блестящих шлемах гостей, которых сюда никто не звал.
— Вы еще кто та…
Что-то кольнуло в живот. Она опустила голову — гладкое черное тело флакончика транквилизатора. Чес видела такие. Уже не раз видела.
— Какого…
Чья-то рука подхватила ее падающее ватное тело. Запах ментола стал острее и четче, а вот картинка перед глазами неумолимо плыла, вместе с последними услышанными звуками:
— Доброй ночи, Чес.
* * *
Это был туман. На вкус — немного с железом, запах — пот и жженая резина. Туман был вечностью в пределах пары секунд, потом все марево выдуло из головы, будто дым — газоконвертором. Сначала пришла боль. Потом звуки.
— Гребаный шлем…
— Что, прическу помяла?
— Так, соберитесь. Шпарте, наручники.
— Сэр.
Что-то холодное, как смерть, коснулось рук, призывая к пробуждению. И зверь проснулся.
Открыть глаза. Две секунды на скан. Движущийся фургон. Четверо.
Присвоение условной идентификации — Черный, Старик, Главный, Женщина. Имплантации, протезы, броня, синтетические мышцы. Сильные и быстрые. Цель — быть быстрее.
Вычисление слабозащищенного разума. ЩИТ, ЩИТ, ЩИТ, ЩИТ. Уровень — неопределяемый.
Поиск брешей. Есть. Черный. Старт.
Схватился за голову. Крик.
— Амау, какого… Очнулась, Квинт, твою мать!
Меньше секунды замешательства в лице Главного.
— Шпарте, транки!
Цель первая — провалена. Женщина и Главный. Зафиксирована попытка обездвижить. Цель — сбить с ног Женщину. Слабое место — старый разрыв над щиколоткой. Аккумуляция силовой мощности в левом бедре. Удар.
— Сука!
Главный — перехват инициативы. Скан. Оружие в доступе — шокер, ножи, дротики. Критическое промедление! Удар. Боль.
— Полежи, девочка… Шпарте, живее!
Ускоренная стабилизация зрительного импланта. Оценка ситуации. Критическое приближение. Цель — быть быстрее. На действие — полсекунды. Старт. Зеленый нож. Захват. Старик — поиск брешей. Шея. Удар.
Женщина — зафиксирован выход из дестабилизации. Рефлекс-удар в слабое место брони. Крик — цель достигнута.
— Да что там у вас⁈
Фургон — резкое торможение. Цель — удержаться. Редактирование цели — воспользоваться ситуацией. Скан двери — ручное открытие. Рывок. Главный быстрее — перехват. Удар. Критическое приближение — стенка фургона. Дисфункция левого глазного импланта. Экстренное переключение мощностей на правый. Скан — полсекунды. Главный — попытка захвата. Цель — недопущение захвата, дестабилизация. Аккумуляция силовой мощности в правом бедре. Удар в колено. Успех. Разворот — 180 градусов. Щелчок двери. Рывок.
Сбой. Сбой. Сбой. Режим — красный!
Экстренное реагирование_
С_бо_й_
Оказавшись на разгоряченной шинами трассе, Чес едва удержалась на ногах. Голова раскалывалась, во рту — металлический привкус, один глаз пульсировал жуткой тошнотворной болью и ничерта не видел.
Кровь, кровь везде, как тогда, как тогда… фургон, бронированные солдаты, запах хвои, запах… смерти.
— Что это… что это… как… я…
Чес в ужасе обернулась в сторону фургона. Тот, кого она назвала Главным, поднимался, глядя прямо ей в глаза. Страх пробежался под кожей холодной водой. Надо бежать. Надо бежать. БЕЖАТЬ!
Удар. Боль. Сон.
07. Такахаси
Погибели предшествует гордость, и падению — надменность.
Влажный ночной воздух холодил ноздри. Дождь то усиливался, то истощался, превращаясь в мелкую морось. Эдриан вышел из больницы и тяжело опустился на пол у парадного входа. Подвывали машины скорой помощи, медперсонал курил за углом, изредка бросая на него обеспокоенные взгляды. Квинт расстегнул клепки на бронированной куртке, стянул ее с себя и кинул рядом. Облегающий кевлар покрылся капельками воды. Обычный шум вечернего Бруклина казался каким-то глухим и далеким. Квинт и сам был далеко отсюда. Перед глазами все еще сменялись картинки, как в старом диафильме, а в ноздрях стоял запах крови и какой-то сладости.
Все шло идеально. Они подловили Чес, аккуратно усыпили. Девочка не успела понять, что произошло. Оборвалась на полуслове и осела на пол. Он подхватил ее, хотя в этом не было необходимости. Вживую девочка показалась Квинту еще уязвимей. Легкая как пушинка. Тонкие запястья, прозрачная кожа. Квинт представил, какой она будет в «колыбельке». Прямо как Белоснежка, или кто там из принцесс спал в хрустальном гробу? Пока он нес ее в подогнанный Хоурном фургон, думал о возвращении. Работа выполнена, псих пойман, осталось лишь отправить его домой. Кретин. Размечтался. В жизни не
