При этом пурпурных, которых оказалось больше тысячи, подумывали выселить, чтобы не пугать неизвестных моряков раньше времени. Но и мощь собирались продемонстрировать, поэтому расположили за городом, на посадочной площадке два крейсера, с тем, который приволок Ростика, насчитывалось три.
Офицеры сбились с ног, наводя на всех постах и в орудийных башнях небывалый блеск, попутно распиная каждого солдатика, у которого не все пуговицы оказывались начищены до хирургической чистоты, а остальному населению срочно приказали провести банный день. С обязательной постирушкой, чтобы все выглядели цивилизованно.
Рост, как ни намеревался сразу по прибытии в Одессу доложиться и отправиться на боковую, все-таки походил по улицам, посмотрел на разные странные, с его точки зрения, проявления начальственной подготовки к торжественной встрече, а затем отправился к Дондику.
Бывший капитан госбезопасности сидел в привычном для него здании, в общей столовой, за здоровенным столом, составленном из сдвинутых трех обеденных, и распоряжался кучей дел сразу. Вокруг него тоже разместилось немало народу, Росту даже пришлось подождать, пока перед Председателем освободится место. Зато потом он уселся с полным правом и поздоровался.
– Ты чего такой хмурый? – спросил его Дондик, протянув руку, хотя, чтобы ответить на рукопожатие, Росту пришлось привстать. – Ты все, как обычно, сделал правильно, сходил на Гвинею, приволок кого-то… Хотелось бы, правда, знать, кого именно?
– Гринев, – спросил его оказавшийся неподалеку Пестель, – что тебе не нравится?
– Ваш марафет, – выдавил Ростик, набираясь решимости. – Глупости это все.
– Объясни? – попросил Перегуда.
– Если вы хотите их правильно встретить, то лучше не пурпурных выселять и не бакумуров заставлять расчесываться, а выслать им навстречу крейсер, или даже пару, сбросить с них концы, посмотреть, захотят ли они зачалиться, и добуксировать до Одессы, если все получится. И вежливость будет соблюдена, и силу продемонстрируем, если вам захотелось с помпой их встречать.
– Та-ак, – протянул Дондик, оглянувшись на тех, кто стоял за его плечами. – Этот Гринев всегда придумает…
– Нечто такое, что потом только в затылке чешешь, и как сами не догадались, – подсказал Пестель, тонко улыбнувшись Ростику через очки.
– А ведь и впрямь! – зачастил невесть откуда вынырнувший Смага. – На Земле, когда встречают корабль, то высылают ему лоцмана.
– Дело не в лоцмане, а в том, чтобы они на веслах не надрывались, – уронил Перегуда. – Дело говоришь, парень, – добавил он, обращаясь к Ростику.
После этого, уже не обращая ни на кого внимания, даже на начальство, которое единодушно принялось отдавать соответствующие приказы, Рост отправился к себе наверх, в комнату, где на столе еще лежали листы с недописанным отчетом. Поглядывая на ручку в чернильнице, он решил его при случае доделать. Мало ли кто захочет его прочитать, вдруг найдет что-нибудь такое, что он и сам пропустил, пока болтался на Гвинее в Левиафане.
Все-таки, «сбоку виднее, – как говорил отец, – «за» доской все умеют играть», подразумевая шахматы. Кстати, решил Ростик, это идея, если что и может служить доказательством цивилизованности людей, так это не чистые подворотнички или даже крейсеры-буксировщики, а вот эти деревянные фигурки. Да, это я отлично придумал, не забыть бы, когда они приедут, думал он перед самым засыпанием.
Разумеется, он понимал, что спать ему придется недолго. Если начальство все правильно разыграет, «иностранцы» должны были появиться в Одессе, может быть, еще до наступления темноты.
Глава 27
Рост проснулся от шепота.
– Как думаешь, он почему такой ленивый? Тут такое творится…
– Он и перед боем всегда пробовал соснуть, – прозвучал голос Кима.
– Наслышаны, – снова прошептала Лада.
– Входите, – Рост поднял голову.
– Они подошли к Одессе, Председатель требует тебя к себе, – бодро доложил Ким.
Умываясь и пробуя немного почиститься по необходимости предстать перед начальством, Рост все-таки пробурчал:
– И не нужно делать из меня невесть кого. Сплетни передавать тоже не нужно. – На всякий случай, чтобы ребятам было понятно, он передразнил Ладку: – Наслышаны… Что у тебя за присказка такая дурацкая появилась?
– Сплетни не мы придумываем, это народное творчество, – объяснила Лада.
– Ты уже не солдат с передовой, парень, – добавил и Ким. – Занимаешь значимое место в нашей иерархии, поэтому про тебя рассказывают разное, и поскольку ты предмет интересный, будут рассказывать, хоть ругайся на нас, хоть… что делай.
Рост позлился еще немного, но вынужден был признать, что на ребят он набросился зря. Поэтому просто пошел с ними на пристань, где творилось самое важное, что только могло произойти – впервые в Одессу за все время пребывания в ней человечества появились неизвестно откуда какие-то… Рост не мог не фыркнуть – иностранцы, надо же какое словечко вспомнили.
На причальной стенке круглой заводи, образованной двумя молами с башенками и воротами между ними, стояло начальство. Их было человек пятнадцать, они переговаривались между собой негромкими голосами. Остальной народ столпился по сторонам площади, видимо, их туда отогнали, чтобы сразу было видно – гостей тут лишний раз тревожить не станут. Рост огляделся, это построение не соответствовало привычному отношению людей и командиров в человечестве, но… Может быть, как раз слишком соответствовало, хотя признавать это было неприятно.
Чтобы отвлечься от этих необязательных соображений, он посмотрел на море, оно было спокойным и холодным на вид, поднял голову к небу: до момента, когда выключится солнце, оставалось часа полтора или чуть меньше. Для первого контакта достаточно, хотя и странноватым показалось, как быстро доставили этот корабль оба летающих крейсера в Одессу, видимо, очень постарались.
Лада твердой, как дерево, рукой подвела его под локоть к начальству. Пестель тут же спросил его, поблескивая очками:
– Рост, как думаешь, они пристанут к берегу сегодня? Или будут до завтра ждать?
Рост вгляделся в неизвестный корабль. Он был похож на тот, который устроил им с Михайловым засаду в речке на Гвинее, но было в нем и отличие. Вдоль его борта шла какая-то резьба, крашенная в слабый золотистый цвет, орнамент был, безусловно, растительным, и именно резаным, а не кованым, как люди сами привыкли делать за последнее время. В целом он почему-то показался не таким уж большим, чтобы с него мог подниматься антиграв, предположим, для постановки тянущих высоколетящих змеев.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
