уловил напряжение, царившее среди матросов. Даже Клеместес выглядел встревоженным. Капитан стоял на носовой палубе, постоянно проверяя горизонт, пока они плыли на северо-запад вдоль побережья к Одессу, высматривая любые признаки пиратов, которые, как известно, охотились на торговые суда. Лейтус стоял рядом с ним, глядя на восточный горизонт.
- Мы в опасности? - спросил его Телемах.
Лейтус пожал плечами. - Не больше, чем любой другой корабль. Воды вокруг этих мест коварны. Пираты обычно движутся вдоль береговой линии, как и мы.
Телемах старался не выглядеть встревоженным. - Тогда не следует ли нам плыть подальше от берега?
- Только не в этих бурных водах. Это слишком опасно. Мы должны держаться поближе к береговой линии на случай, если стихия вдруг разыграется. В данный момент погода не выглядит обнадеживающей.
- То есть, если мы отплывем слишком далеко от берега, то можем попасть в шторм, но если мы подплывем поближе, то есть вероятность наткнуться на ближайших пиратов?
Лейтус слабо улыбнулся. - Теперь ты многому научился, парень. В море никогда не бывает скучно. И это один из способов понять это.
Телемах оглянулся на серую кромку моря, чувствуя себя еще более взволнованным, чем когда-либо. Бессонный сон в трущобах Пирея был жалким существованием, но единственные угрозы исходили от случайных нищих, споривших из-за объедков, и оскорблений, выпадавших на него со стороны некоторых наиболее сквернословящих жителей города. Здесь же ему угрожала опасность на каждом шагу.
Ближе к вечеру ветер начал усиливаться, прежде чем резко развернуться, и настроение среди моряков стало испуганным, когда они увидели громаду темных облаков, несущихся к кораблю. Краем глаза Телемах заметил, что Лейтус тревожно смотрит на воду, его челюсти напряглись.
- Что там? - он спросил.
Первый помощник сузил глаза, глядя на облака. - Похоже на шторм. Большой. Он движется быстро. Он настигнет нас достаточно скоро.
Телемах проследил за взглядом моряка. Горизонт скрылся за темно-серой завесой шириной в несколько миль, заслонив собой солнце, когда завывающий ветер и дождь обрушились на них. Клеместес стоял на кормовой палубе, его лицо было сосредоточено, когда он пристально смотрел на быстро надвигавшийся шторм и отдавал приказ держаться подальше от земли.
Телемах снова повернулся к Лейтусу и указал на берег, не более чем в миле от него. - Почему мы не идем к берегу?
Лейтус покачал головой. - Нам нужен простор на море, если мы не хотим налететь на скалы. Он сплюнул на палубу и уставился на несущийся к ним грязный туман. - Похоже, нам придется пережить это.
Менее чем через час буря разразилась с ужасающей свирепостью. Бушующий ветер пронесся над торговым судном, сопровождаемый потоком ледяного дождя. Большие капли хлестали по палубе, обрызгивая экипаж и пропитывая их туники. Телемах в отчаянии вцепился в бортовые поручни, дождь жег кожу, когда судно встряхнуло и оно закачалось. Моряки вокруг него с мрачным видом держались, защищаясь от ледяного потопа, когда волны разбивались о них. Подняв голову, он увидел, что ветер неуклонно гонит корабль к береговой линии. Берег казался теперь опасно близким, и хотя он провел в море немногим больше недели, он сразу почуял опасность.
- Все наверх! - Клеместес взревел, его голос был едва слышен из-за стонов ветра в такелаже. - Поднять все паруса! Бросить якорь!
Лейтус отдавал приказы матросам. Некоторые из них взобрались на такелаж, затем пошаркали по рее, с трудом занимая позицию под пронизывающим ветром и дождем. В то же время горстка мужчин бросилась к носу, чтобы отвязать фок. Телемах занял свое место с остальными матросами, когда они готовились бросить якорь. В этот момент «Селена» завалилась на бок, и пронзительный крик разорвал воздух. Телемах лихорадочно вцепился в перила и посмотрел вверх. Андрокл потерял равновесие и теперь повис на рее, обхватив руками лонжерон, а ногами болтая в воздухе. Следующий матрос в очереди начал медленно приближаться к нему, но затем корабль снова сильно накренился, и Андрокл потерял хватку и с криком упал в водную бездну. Крики пораженного моряка резко оборвались, когда он потерялся в море. пропав под серыми волнами. Несколько членов экипажа наблюдали за местом, где он упал, в поисках каких-либо признаков их товарища, но его нигде не было видно.
- Телемах! - крикнул Лейтус. Он указал на оснастку. - Поднимись и протяни руку! Теперь твоя очередь!
На мгновение трах охватил парня, когда он посмотрел на рею. Мысль о том, чтобы карабкаться по снастям в таких коварных условиях, приводила его в ужас. Но он осознал безотлагательность ситуации и, отбросив страх, схватив веревку, решив не подвести своих товарищей по команде. Ветер завывал вокруг него, дергая его тунику, когда он выпрыгивал и крался вдоль реи, заставляя себя не смотреть вниз. Остальные матросы рассредоточились вдоль рангоута, а место Андрокла занял человек, стоявший дальше всех от мачты. Как только все заняли свои места, Клеместес отдал приказ, и команда свернула парус, работая так быстро, как только могла, чтобы собрать бешено развевающиеся складки и привязать их к главному рангоуту. Дождь лил безжалостно, пока Телемах завязывал кожаные ремни, как учил его Лейтус. Мгновение спустя матросы на кормовой палубе бросили кормовой якорь в море, разматывая трос до тех пор, пока уключины якоря не зацепились за морское дно, и движение корабля постепенно стабилизировалось. Телемах спустился по снастям вместе с другими матросами, задыхаясь, и упал на залитую дождем палубу.
Лейтус неохотно кивнул ему. - Хорошая работа, парень. Мы еще сделаем из тебя моряка.
- Что теперь? - воскликнул Телемах.
- Будем ждать, пока буря уляжется.
- Как долго это займет?
- Еще немного, - сказал Лейтус. - Пару часов, я бы сказал. Мы еще не прошли через самое худшее.
Телемах поморщился от такой перспективы, но отдыхать было некогда. Пока корабль качался на якоре, Клеместес крикнул экипажу, чтобы все принялись за работу. Судно дернуло за якорный трос, заставив его вздрогнуть, а людям было трудно удержаться на ногах, но каждый вцепился кто во что успел. Они по очереди вычерпывали воду, постоянно заполнявшую трюмы, в то время как остальная часть команды охраняла корабль, затягивая брезентом люки в трюмы. Как только они выполнили свои обязанности, они забились в укрытие носового поручня, дрожа в своих мокрых туниках, а некоторые из мужчин бормотали молитвы богам. Другие с тоской смотрели на берег, желая оказаться в комфорте защищенного порта или бухты.
Когда вокруг них сгустилась тьма, буря не собиралась утихать. Всю ночь ветер и дождь хлестали «Селену»
