миской дам, – пригрозила тётка.
– А чего тогда вопросы странные спрашиваешь? – поддел её парень. – Вот устроили бы праздник да шепнули, с чего, вот и порадовался бы. А то развели секреты, а я догадывайся.
– Будет вам праздник. Завтра, – рассмеявшись, махнула Глафира рукой.
– А не рано тебе? – повернувшись к жене, спросил Мишка, разом вспомнив свои опасения.
– Как Господь дал, так тому и быть, – отрезала Глафира неожиданно жёстко. – И перестань в бабьи дела влезать. Мы в твой сарай к железкам не лезем. Вот и ты в наши дела не лезь. Сами разберёмся. Настя баба сильная. Молодая. Тем более что второго уже понесла. Так что, даст бог, всё хорошо будет.
– Ты чего буянишь, мама Глаша? – удивился Мишка такой её реакции.
– Радовался бы, дурень, что Всевышний чрево жены твоей благословил, а он вопросы глупые спрашивает, – зашипела тётка.
– Всё, не голоси, – отмахнулся Мишка. – А вопрос это не глупый, а правильный. За жену беспокоюсь, не за соседку.
– Ну, это да, – закивала тётка, явно смутившись. – Чем в дела наши лезть, лучше коляску толковую собери. А то в телеге ей теперь ездить не след, – тут же нашла она, чем уколоть сына.
– Делается уже, – усмехнулся Мишка. – Завтра в депо съезжу, а потом буду в кузне работать. Цепь с Елисеем делать станем. Он вроде форму уже подходящую сделал.
– А чем тебе те, что в лавках продаются, не подходят? – удивилась женщина.
– Нет. Тут цепь особая нужна. Она только в одну сторону гнётся, а не так, как обычная.
– Это что ж за цепь такая? – вскинула тётка удивлённо брови.
– Помнишь, я тебе однажды велосипед показывал? – улыбнулся Мишка.
– Это на котором телеграфист из депо ездит? – уточнила тётка.
– Ага.
– Ну, помню.
– Вот мне такая же нужна.
– Там всё хитро как-то, – задумалась женщина.
– Ничего там хитрого нет, – отмахнулся Мишка. – Телега наша и та сложнее.
– Да уж, у тебя что ни махина, так страх один. Не знаешь, как и подступиться, – фыркнула Глафира.
– Кому бы говорить, – рассмеялся Мишка. – Вон маслобойку оккупировала и гоняешь её что ни день.
– Как научил, так и гоняю, – не осталась тётка в долгу.
– Тятя, а я когда замуж выйду, у меня тоже маленький будет? – звонко спросила Танюшка, и взрослые дружно хрюкнули, растерявшись от такого вопроса.
– Конечно, будет, милая, – справившись с собой, ответил Мишка, обнимая дочку.
– Это хорошо. Это правильно, – чуть подумав, кивнул ребёнок.
– А ты никак уже замуж собралась? – осторожно поддел её Мишка. – Это что ж, мне пора приданое готовить?
– Думаю ещё, – с серьёзной моськой ответила Танюшка.
– А что так? Жених не нравится? – давясь от смеха, спросил Мишка.
– Вроде нравится, но он дурной какой-то, – выдала Танюшка, и взрослые, не удержавшись, покатились со смеху.
* * *
Затянув очередную гайку, Мишка отступил назад и, вытирая руки тряпицей, с удовольствием оглядел получающуюся конструкцию. Автомобиль начал приобретать реальные очертания. На раме уже стояли мосты, колёса и мотор. Осталось соединить всё это в одну схему и установить кузов. Сам корпус уже был готов и стоял в глубине сарая на подставках. Мишка даже сиденья уже закрепил. Осталось только прикрутить его к раме и вывести в салон рулевое управление. Не спеша подойдя к кузову, парень задумчиво оглядел место, где должна быть приборная панель, и мрачно скривился.
– М-да, тут кроме манометра от паровоза и ставить нечего, – проворчал он, возвращаясь к работе.
Цепь, посредством которой он собирался соединить ведущие колёса с двигателем, уже была готова. Вместо коробки передач было решено установить просто две шестерни. Система дурная, грубая, но собирать что-то технологичное Мишка просто не решился. Понятно, что его по всей округе считают изобретателем и вообще самородком, но даже при таком раскладе изобрести коробку и узел сцепления, не имея об их существовании ни малейшего понятия, было бы слишком.
Да, парень тратил деньги на покупку всяческих технических журналов, демонстративно искал учебники по точной механике, но для такого прорыва этого было бы мало. Так что для начала он решил сделать всё вот так. Прямо на маховик устанавливается большая шестерня, к которой под прямым углом будет подсоединяться шестерня для передачи крутящего момента. Он даже систему рычагов уже собрал, которая будет управлять всей этой механикой.
Сам собой, при подключении мотор будет то и дело глохнуть, но это было не важно. Главное, чтобы на этой турындыке можно было пару раз проехаться. Потом можно будет начать усовершенствования. Кстати, из тех же журналов Мишка узнал, что ацетилен в этом мире уже известен и используется как светильный газ. Известен был и карбид калия. Это давало ему надежду на разработку такой нужной вещи, как автоген или газовая горелка.
Осталось вспомнить, как вырабатывается обычный кислород промышленным способом. Этот процесс в Мишкином прошлом был полностью автоматизирован, и приобрести баллон кислорода для газосварки стоило не так дорого. Но здесь такой роскоши просто не существовало. Так что снова придётся извращаться и изобретать велосипед. Впрочем, для его нужд вполне достанет и обычного компрессора. Главное, сделать толковый ресивер. Но сначала ещё предстояло придумать газовые редукторы и саму горелку.
– Как же меня это всё достало, – в сердцах выругался Мишка, отбрасывая бракованную гайку. Кто-то по невнимательности косо нарезал в ней резьбу.
– Ты чего ругаешься, Миша? – послышался вопрос, и в сарай, тяжело опираясь на трость, медленно вошёл урядник.
– Николай Аристархович! Какими судьбами? – подскочил Мишка.
– Да вот заехал дела наши обсудить, – улыбнулся толстяк, тяжело отдуваясь.
– Болит? – участливо поинтересовался парень.
– Болит, проклятая, – нехотя признался урядник. – Скорей бы уже срок дослужить. Сил моих больше нет.
– А дома что делать станете? – спросил Мишка с грустной улыбкой. – Вы ж без службы пропадёте. Ещё, не приведи господи, горькую со скуки запьёте.
– Избави бог, – перекрестился урядник. – Дочка вроде замуж собралась. Сподобил Господь. А там, глядишь, и внуков дождусь. Вот и буду с ними тетешкаться.
– Да вы присядьте, дядя Николай, – предложил Мишка, быстро застилая подходящий чурбачок чистой тряпицей.
– А туда, значит, не предлагаешь? – поддел его урядник, кивая на кузов.
– Опасно. Он у меня на колодки поставлен так, чтобы раму на колёсах затолкать можно было, а потом просто толкнуть осталось.
– И что будет?
– А чурбаки упадут, и он прямо на раму шлёпнется. Потом уж проще будет. Ломом подвинул как надо, и прикручивай.
– Ох, и ловко у тебя это всё выходит, Миша, – удивлённо протянул урядник, расправляя свои роскошные усы.
– Так не первый раз уже. Как говорится, рука набита, осталось только рожу набить, – усмехнулся парень.
– Тебе теперь, пожалуй, набьёшь, – рассмеялся толстяк. – И куда тебя прёт? Заматереешь и совсем на медведя смахивать станешь.
– Так ведь Мишкой кличут. Как говорится, имя обязывает, – нашёлся парень.
– Это верно. Но ты и вправду здоров стал, – покрутил урядник головой, с удивлением разглядывая парня. – Ну, да и слава богу. Я вот чего заехал, Миша. Купец мой спрашивает, будем ли мы в зиму ещё товары заказывать?
