– Чтобы узнать его подлинные намерения в твой адрес. Что у доброго на уме, то у злого на языке.
Аманда пару секунд размышляла, а потом вдруг залихватски тряхнула головой.
– Ну, ладно. Делай, как знаешь, а я поддержу.
– И ни в коем случае не признавайся, кто из нас кто.
– Ладно. А ты уверена, что сможешь справиться?
– Если я не справлюсь сама – максимум через пару часов к нам придет подмога. Они твоего брата на запчасти раскидают.
– Ёлка, но ты уверена…
– Я всегда во всем уверена, – оборвала я элварессу. – иначе мы бы с тобой сейчас не разговаривали. А теперь извини. Мне надо снять ошейник.
Глава 6. Рассказывает Лоррелайн ан‑Астерра
Ёлочка отсутствовала вот уже девятый день, и мне это решительно не нравилось. Группа идиотов во главе с Виктором сиднем сидела в Элварионе, выгнав из тронного зала всех посторонних. Они изрисовали пол и стены пента‑, секста‑ и октаграммами, задымили окрестности различными курениями так, что элвары сбежали из дворца добровольно, иллюминация от заклинаний шла такая, что солнца не надо, но пользы от них было как от целебных и приворотных снадобий, что распространяли продвинутые УМы. Сама делать помогала. Берешь воду, чернила разного цвета, добавляешь сахара, соли или варенья по вкусу – и иди, вешай людям лапшу. И самое смешное, что раскупалось мгновенно! С гордостью могу сказать, что Ёлка такими гадостями не баловалась. Она предпочитала подрабатывать боевым магом и частенько гоняла упырей и вурдалаков по кладбищам. Тёрн решительно возражал, чтобы Ёлка рисковала жизнью, но когда моя девочка кого слушалась!? Вот и кстати получилось! Сейчас я могла быть уверена, что Ёлка выберется из любой ситуации. Жалко было тех, кто с ней связался!
– Лорри, немедленно в кабинет директора!
Я рванулась сквозь людей и стены, не разбирая дороги. Что‑то о Ёлочке!? Нашли!? Или… Нет!!! Этого не может быть! Не может и все тут! Ёлка не должна умереть! У меня же кроме нее по‑настоящему и нет никого!
Директор Универа ждал меня в гордом одиночестве в своем кабинете. Я влетела сквозь стену и преданно уставилась на него.
– Что случилось?
– Успокою тебя сразу. Вестей никаких нет. Пока.
Успокоил, блин!
– А что тогда случилось?
Директор покусал губы.
– Лорри, я понимаю, что спрашивать тебя об этом не слишком этично, но может у тебя есть что‑то от Ёлки? Ногти там, или волосы, кровь, слюна, даже сопли сойдут…
Я захлопала ресницами.
– Это еще зачем?
– Хочу попробовать установить, где они могут быть.
– То есть?
– Лорри, ну ты же знаешь, что по вещи можно установить только, жив человек или нет. А вот чтобы найти его, нужно что‑то из его тела.
– Ну так попробуйте найти эту элварессу или Тёрна, – предложила я. – Готова спорить на что угодно, что Ёлка их не бросит.
– Да я бы и сам поспорил, да только все твою внучку знают, – огрызнулся директор. – Ее верность скоро в поговорку войдет! Проблема в другом! Ни хрена от этих эвхарских элваров получить не удалось!
– Почему? – не поняла я.
– Потому что нет у них ничего! Они же своего повелителя как зеницу ока берегли! Все волосы, ногти и прочее тут же сжигалось в камине особо доверенными лицами. Через них же можно порчу навести!
Язык у меня зачесался так, что я не удержалась еще от одного вопроса.
– А как же семя? Через него тоже можно…
– Раньше никто не додумался, – директор мерил комнату шагами. – Дело в том, что аккурат с той войны этот элвар, хверон дагрыхх, ни с кем не путается!
– Не выражайтесь при даме, – скорчила я манерную рожу.
– А я и не при даме, дама уж сто лет как умерла, – директор сверкнул на меня глазами. – Лорри, не буквоедствуй! Мне нужно хоть что‑нибудь от Ёлки. У тебя что‑нибудь есть?
В том‑то и дело что не было. Я призрак, поэтому ничего материального мне не нужно. В стирку я отдавала все Ёлкины вещи как раз перед ее отъездом, а волосы мы стригли три‑четыре лунных круга назад. И тут же сожгли на жаровне. Что я директору и сказала. Антел Герлей покачал головой и опустился в кресло.
– Черт! Хвыгн ун граакс! Как все хреново, Лорри, как все хреново!
И я ничего не могла возразить. Действительно – хуже некуда. Утешало только то, что и элвар и Ёлка и эта их невеста – из – кислого – теста до сих пор живы и здоровы.
– А какая‑нибудь магическая вещь не подойдет? Магия – это ведь тоже часть человека!
– Это да. Но не для поисков. Магия наложится на магию и получится винегрет.
– Но они хотя бы живы и здоровы.
– Толку нам с того будет, если они вернутся через сто лет!?
– Ёлка этого не допустит!
В свою внучку я верила. Ёлка часто повторяла, что не может терять время, слишком уж оно для нее драгоценно. А потерять целых сто лет!? Она никогда бы себе этого не простила.
***
Мы с Амандой недолго сидели в темнице. Часа три. Это вместе с моим пребыванием в беспамятстве. А на общение нам вообще больше часа не дали. Я едва‑едва успела через ошейник на нас парочку заклинаний наложить. Я бы меньше провозилась, но уж больно крутое заклинание было заворочено на этой железяке. Кажется тот, кто его ляпал, старался все предусмотреть. И то, и это. Ошейник просто реагировал на малейшее магическое или физическое воздействие повышением температуры. Шею мне обжег, зараза такая. Все, выставляю счет Эрвасу. Если Мэнди его и пощадит – уж я точно прибью за свой ожог. И пальцы тоже слегка прижгло. Но я все‑таки умудрилась наложить на себя заклинание иллюзии под Аманду, причем такое, что выдержало бы даже ощупывание. На элварессу было наложено, так, на всякий случай, заклинание от магического воздействия. Что‑то вроде зеркального щита. Один удар точно выдержит, а потом я подключусь. И все сделано было очень вовремя. Потому что в дверях уже стояла стража.
Не иначе как братик прилетел на крыльях родственной любви. Смешно, но мне тоже было его жалко. И Аманду жалко. И тоже не хотелось верить, что Эрвас сам во всем виноват. Хотелось верить, что это его враги на предательство подбили или жена‑стерва, а сам он лилейно‑бело‑прекраснодушный. Не верилось. А еще я думала, что уже десять лет не видела своего младшего брата. По меркам мира техники – три года. Каким‑то стал теперь Игорек? И что бы я сделала, если бы это мой брат поступил так со мной? Ну, пусть не ради королевства, но ради….
