– Принято, – отозвался я, поднимая с земли свой карабин. После чего закинул его на свободное плечо и пошел в город.
Надо отметить, что все сталкерские поселки строятся по одному типу. Несколько домов, где проживают старожилы, в основном те, кто этот поселок строил, или отбил у прежних хозяев. Они тут и охрану обеспечивают, и порядок наводят, и правосудие вершат, если потребуется. Один, или даже два дома – это гостиницы для пришлых, внутри разделенные на клетушки размером немногим больше коробки из-под обуви. Только-только есть место, где поставить убогую солдатскую кровать советского образца, да облезлую тумбочку со скрипучей дверцей. Удобства во дворе – ржавый душ с холодной водой, подаваемой из бочки, и сколоченный из досок деревенский туалет. На завтрак, обед и ужин чаще всего одно и то же – каша «дробь шестнадцать» с фрагментами чьего-то жилистого мяса, и чифирь «тридцать шесть», сваренный из еще советских продуктовых запасов, найденных на старых складах в Зоне. А денег дерут за этот ненавязчивый сервис как за отдельный номер в «Шератоне».
Впрочем, сталкеру, который полмесяца не мылся и жил на одной тушенке, такие апартаменты будут за счастье. Потому, что лучшего в Зоне все равно не найти.
А еще в таком поселении обязательно есть бар с нехитрым набором алкоголя и закуски, качеством не на много превышающей гостиничную пищу. Потому приезжие обычно и тусуются в барах, где можно помимо выпивки и жрачки купить все, что сталкерской душе угодно, а также обменять найденный хабар на наличные.
Поэтому я неторопливо шел по улице, читая вывески и высматривая тот самый бар. Во-первых, таскать на себе гору ненужного мне хабара порядком поднадоело, хотелось обменять его на что-то более полезное. И, во-вторых, где ж еще мог тусоваться тот Винт, новый хозяин «Бритвы», как не в баре? И даже если его там и нет, узнать о его местонахождении тоже можно лишь в местном питейном заведении. Ибо даже любой зеленой «отмычке» известно – в баре знают всё. А чего не знают в баре, того не знает никто.
Гостиницу я нашел сразу по скособоченной вывеске с надписью «Hotel». Вывеска была прострелена в трех местах, чем объяснялась ее скособоченность.
Следующее за ней здание, собранное из элементов старого ангара, украшала набитая трафаретом надпись «Арена». Ну, ясное дело, какой же сталкерский поселок да без местного кровавого цирка. То мутанта туда загонят какого-нибудь и устроят потеху: когда какой-нибудь смельчак на него с ножом выйдет, а когда и толпой забьют тварюгу арматуринами, или просто расстреляют на фиг.
Правда, для сталкеров это не характерно, чаще так мародеры и бандиты развлекаются. Сталкерьё же чаще на аренах отношения друг с другом выясняет. И им развлекуха, и народу потеха. Всем хорошо. И если даже кого-то после той потехи выволокут с арены вперед ногами, никто особо убиваться не будет. В Зоне ценность жизни понятие очень размытое, в отличие, например, от весьма конкретных цен на хабар.
За гостиницей и ареной стояли два совершенно одинаковых дома. На одном надпись «Милиция». На втором – «Рабы». И там, и там на окнах решетки. Ага, главное не перепутать по пьяни.
Кстати, о рабах. Явление это в Зоне обычное. Захватили в плен бандюка или военного. И что с ним делать? В расход? А зачем? Пусть работает за неважную еду и слабую надежду когда-нибудь вырваться на свободу. Ясное дело, что местные сталкеры не сами горбатились, возводя этот поселок. Или, на крайний случай, не только сами. Но по-любому вся грязная работа в крупных местных группировках достается уже понятно кому…
Дальше шли дома нумерованные крайне загадочно. Вон справа стоит кривой сарай с табличкой «Коттедж № 4». И рядом с ним вполне приличный двухэтажный бревенчатый дом, нумерованный «Дом 33/2». Зашибись. Особенно когда зданий в поселке от силы полтора десятка. Не иначе, прикалывается сталкерьё, а, может, воспоминания одолевают о Большой земле, где жил когда-то некий ловец удачи в доме с таким вот дробным номером…
Бар нашелся в самом конце улицы. Здание солидное по местным меркам, ибо сложено из обтесанных бревен грамотно, без сильных перекосов. А над мощной дверью доска прибита, на которой аккуратно выведено белой краской «Десять зивертов». И знак радиационной опасности наверху тоже очень аккуратно нарисован.
Интересная мода в Зоне называть питейные заведения в честь доз облучения. Чаще – смертельных. По мне так логичнее назвать пивнуху, скажем, «Сорок градусов». И в тему, и не приходится замирать перед вывеской, высчитывая в уме, сколько это будет в рентгенах, и как быстро ты загнешься, хапнув такой дозняк ионизирующего излучения.
Получалось, что быстро. Десять зивертов это так называемая «смерть под лучом». Погибель болезненная, страшная, но относительно быстрая. И на фига так пивняк называть? Непонятно.
Но традиции есть традиции, и спорить с ними все равно, что против ветра плеваться. Тебе же в харю выплюнутое прилетит, и при этом все останется без изменений. Кроме, разумеется, собственной оплеванной хари.
Дверь в заведение была обшарпанная, но мощная. Настолько мощная, что в ней застряла целая очередь, выпущенная из чего-то скорострельного, стреляющего пистолетными пулями. Никто не стал выковыривать из мощных досок застрявшие в них кусочки свинца, и там они и остались, добавляя колорита и самой двери, и всему заведению.
– Однако, – пробормотал я, потянув на себя видавшую виды дверь, при этом не особо ожидая увидеть за ней что-то новое, не знакомое мне до сегодняшнего дня.
И не увидел.
Видимо, фантазия владельцев подобных заведений была профессионально скудной, сродни ассортименту выпивки и закусок, предлагаемых вниманию клиентов. Само собой, основным элементом интерьера была барная стойка, мощная, как и дверь, за которой можно было запросто спрятаться во время перестрелки. За стойкой, понятное дело, находился бармен – полный, как окончательный северный зверек, и скучный, как понедельник в Зоне. Еще, помнится, американский сталкер Рэд Шухарт удивлялся – почему все бармены на свете, как не приди, всегда протирают бокалы?
Этот не был исключением. Стоял, протирал застиранным полотенцем совершенно чистый стакан, одновременно безразличными глазами сканируя свое заведение. Хотя, казалось бы, чего тут сканировать? Полтора десятка столиков, деревянные табуретки, на табуретках сидят сталкеры в количестве человек двадцати. Едят. Пьют. Порыгивают в процессе. Друг с дружкой судачат об одном и том же – кто сколько хабара нарыл за неделю, кто кому на арене морду набил, что было до прошлого Выброса, что будет после нового. Каждый день одна и та же картина – стойка, столы, табуретки, чавкающие сталкеры. Лично я б с такой жизни давно повесился на фиг от тоски. А бармену – хоть бы хны. Стоит себе, протирает…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
