Читаем без скачивания Время невиноватых - Данил Корецкий

«С самых первых дней существования как нации американцы отождествляли свою безопасность, а часто даже свой личный авторитет, с обладанием огнестрельным оружием, — пишет бывший министр юстиции США Р. Кларк. — Для многих огнестрельное оружие служило своего рода украшением. Отличаясь высоким мастерством исполнения, оно пленяло сердца американских мужчин холодной вороненой сталью, гладкой и ровной пропорциональностью своих частей, хорошо пропитанными маслом, сохранившими естественные цвета деревянными рукоятками, безупречностью формы и отличной отдел кой… Оно было произведением искусства, украшением, источником силы и символом мужества»[32].

Возвышенность и даже некоторая поэтичность тона бывшего министра отражает отношение к оружию в американском обществе, фольклор которого ставит производителя первого револьвера на одну ступень с Богом.

«Господь Бог создал людей большими и маленькими, сильными и слабыми, а полковник Кольт уравнял шансы», — гласит популярная американская поговорка. Ее справедливость подтверждает тот факт, что на руках у населения и сейчас находится около 200 миллионов единиц огнестрельного оружия.

В США существует крайне своеобразный и очень американский вид спорта — varminting: вооруженные роскошными в техническом смысле винтовками с мощнейшей оптикой, лазерными дальномерами, всевозможными сошками и упорами стрелки выезжают в прерии, чтобы пострелять по мелким грызунам — сусликам, луговым собачкам и пр. с расстояния 500 и более метров[33]. Benchresting — похожее развлечение, только стреляют по неподвижным и неодушевленным мишеням. Размер средней луговой собачки 5x10 см, описан случай попадания в нее с дистанции 750 метров[34].

Вооруженность придает населению уверенность в своей защищенности, одновременно оказывая сдерживающее воздействие на преступников. Власти США доверяют своим гражданам. И недаром: только три процента законно приобретенного оружия используется в преступных целях. А шокирующие общественность факты массовых расстрелов на улицах и в школах вызывают лишь поиски способов избежать использования оружия детьми и психопатами — например, кодировки оружия.

В нашей стране также существуют регионы (в первую очередь, республики Северного Кавказа), где в силу национальных обычаев и традиций оружие играет особую роль в бытовом укладе местного населения. В Дагестане, например, важнейшим признаком мужского достоинства в горах был в старину кинжал. Это тоже какая-то часть представлений о намусе (чести. — Д. К.) Не носить кинжал — это все равно что не иметь мужской гордости. Кинжал всегда должен быть на поясе, а во время сна — под головой[35].

Было бы неверным считать, что такое отношение к оружию осталось в далеком прошлом. В начале 90-х годов автором, в ходе изучения насильственной преступности в республиках Северного Кавказа, был проведен опрос по методу экспертных оценок о распространенности оружия и отношения к нему среди местного населения. В качестве экспертов выступали сотрудники милиции, заочно обучающиеся на Ростовском факультете Академии МВД СССР, постоянно проживающие и работающие на территории Чечено-Ингушской АССР.

По мнению экспертов, огнестрельное оружие (в том числе нарезное) имелось в каждой двенадцатой-пятнадцатой семье. Оно являлось предметом своеобразной моды: на ковры в домах вешались охотничьи ружья, престижно было иметь нарезное оружие — карабины, пистолеты, револьверы, которые хранились незаконно и скрыто. Наиболее распространено в тот период было оружие времен Второй мировой войны — револьверы наган, пистолеты «ТТ», «вальтер».

Холодное оружие по экспертным оценкам имелось практически у каждого мужчины, особенно в горных районах республики. Наиболее распространены самодельные складные ножи с фиксатором клинка в открытом положении, автоматически раскрывающиеся ножи, охотничьи ножи и кинжалы. Для мужчины наличие хорошего ножа или кинжала являлось предметом гордости, при этом он пренебрегал возможностью уголовной ответственности за их незаконное ношение. Большинство мужского населения, постоянно носящего при себе холодное оружие, не преследовало каких-либо определенных целей, а просто следовало исторической традиции. Меньшая часть допускала применение его для самообороны, защиты родственников и друзей. Существовала и такая категория горцев, которая сознательно носила оружие с целью совершения преступлений.

Представляет интерес то обстоятельство, что если в семидесятых годах кинжалы практически не использовались в преступных целях — вероятно, в силу особого отношения к ним как к символам родовой гордости и произведениям оружейного или ювелирного искусства, то в восьмидесятых они являлись уже орудием каждого четвертого преступления. Это можно объяснить, с одной стороны, общей тенденцией роста вооруженной преступности, а с другой — появлением значительного числа дешевых, примитивно изготовленных современных кинжалов, не имеющих родовой истории.

Вооруженность, особый менталитет и игнорирование официальных законов во многом способствовали превращению этого региона в криминальноанархический анклав рабовладельческого толка.

Причем местные жители сразу получили преимущество перед законопослушным, а потому безоружным русским населением. Последствия хорошо известны.

Эстетика оружия занимает далеко не последнее место в формировании чувства вооруженности у его обладателя. Не случайно примитивный преступник довольствуется всаженным в кусок дерева гвоздем, которым в принципе можно причинить телесные повреждения, а более развитый и образованный приискивает стилет или кинжал, обладающие боевой эстетикой.

Под боевой эстетикой оружия мы понимаем такое сочетание размеров, формы, пропорций, специфических признаков и деталей отделки изделия, которые исторически сложились в процессе человеческой истории и наилучшим образом отвечают задачам поражения живой цели, а также являются традиционными для тех или иных средств поражения.

Оружие является немаловажным элементом преступного фольклора: почти все «блатные» песни содержат упоминания о наганах, «пушках», финках, кастетах и т. д. Целый ряд афоризмов, поговорок и крылатых фраз связан с оружием.

«Кинжал хорош для того, у кого он есть, и плох для того, у кого нет». - говорил персонаж знаменитого фильма «Белое солнце пустыни» Абдулла.

«Добрым словом и револьвером можно добиться большего, чем одним только добрым словом. — эту фразу приписывают американскому гангстеру Аль Капоне. — Согласно закону Запада, кольт 45-го калибра бьет четырех тузов»…[36]

Парадоксальным мерилом отношений между людьми считает оружие Пауло Коэльо в получившей мировую известность философской притче:

«— Зачем тебе револьвер? — спросил юноша.

— Чтобы научиться доверять людям. — ответил Англичанин»[37].

Таким образом, оружие является сложной социально-культурной категорией, не укладывающейся в искусственно суженный подход к нему как к возможному орудию совершения преступления. При такой оценке преобладают меры ограничительно-запрещающего характера, которые, кстати, не дают ожидаемых результатов.

Пересмотр традиционных подходов требует соответствующего идеологического обеспечения. Характерно, что в обществе сложились определенные круги специалистов, связанных с оружием, которые занимаются уже не только изучением конструктивных особенностей или тактико-технических характеристик оружия, а его идеологией.

Так, президент Международной контртеррористической тренинговой ассоциации И. Линдер в идеологическом плане считает оружие «эффективным орудием технологического умерщвления»[38].

Первым шагом на пути выработки новой «оружейной идеологии» должен стать пересмотр отношения к оружию как к вредоносному, опасному предмету ограниченного распространения.

Следует признать, что оружие хотя и является предметом повышенной опасности, но само по себе нейтрально и не обладает криминогенными свойствами, так же как автотранспорт, который никто не собирается запрещать. Необходимо признать также, что оружие вышло из-под государственного контроля, и преступные элементы не испытывают никаких трудностей с его приобретением, хранением, ношением и использованием.

Эти посылки неизбежно приводят к следующим выводам: нет никаких оснований искусственно ограничивать оборот оружия, поскольку подобные ограничения в первую очередь касаются законопослушных граждан и сотрудников правоохранительных органов. Распространение оружия в криминальных кругах требует уравновешивающих мер. В частности, постоянная вооруженность сотрудников всех силовых структур должна быть обязательным условием выполнения ими своих служебных обязанностей, а применение оружия для пресечения преступлений и задержания преступников должно презюмироваться правомерным и расцениваться как проявление смелости, решительности и активности при решении оперативно-служебных задач.