Никто никогда еще не создавал подобного произведения. Трудно было бы даже отнести его к какой-то единой традиционной категории: к специальному научному исследованию или научно-популярному, к геологическим наукам или историческим, может быть, к философским или искусствоведческим исследованиям?
Невозможно судить о произведении, зная только лишь его замысел… Впрочем, к «Очеркам по истории камня» это относится не в полной мере, потому что Ферсман успел собрать обширнейший фактический материал и частично его обработать…
Началась Великая Отечественная война. В первые месяцы страна оказалась в трагической, тяжелейшей обстановке: враг захватывал наиболее развитые в промышленном и сельскохозяйственном отношении районы Украины, Белоруссии, западной части РСФСР.
Расчет фашистов на молниеносную войну не оправдался. Они были остановлены. Однако выстоять и победить было бы невозможно без военной техники: оружия, боеприпасов, танков, самолетов, без железа и угля, алюминия и нефти — самых разнообразных полезных ископаемых. Но как обойтись без криворожской железной руды, допбасского угля, никопольского марганца, оставшихся на оккупированной территории?!
С первых дней войны Ферсман все свои силы и знания отдает для победы над врагом, не желает эвакуироваться из Москвы, хотя город временами бомбили, а фашисты подходили все ближе.
О своей работе в этот период Ферсман писал Вернадскому: «В Москве удалось организовать очень серьезные работы большого оборонного значения (по маскировке, по аэрофотосъемке, по редким элементам, по географии соседних стран, по гидрогеологии и строительным материалам фронта). Целый маленький институт специальных работ, даже все палеонтологи включились в ряд острейших проблем».
Он был эвакуирован на Урал, в Свердловск. Недра Урала стали к этому времени одной из главных сырьевых опор оборонной промышленности страны. Оп вновь и вновь объезжает и облетает весь Урал, проводит совещания в разных городах Советского Союза, в октябре 1941 года приезжает в Москву, а позже дважды посещает Западный фронт.
Ферсман работает так интенсивно, неистово, что даже для него такой трудовой ритм невыносим. «Сам я совершенно замотался… — пишет он Вернадскому. — Работаю усиленно по стратегическому сырью и по восьми оборонным комиссиям. Работы масса, по в общем удается кое-что сделать». А несколько месяцев спустя, признаваясь, что нуждается хотя бы в небольшой передышке, добавляет: «Но до этого нужно посетить Тбилиси, Среднюю Азию, Сыктывкар и Актюбинск».
Он пишет брошюру «Геология и война», в которой выступает как ученый-теоретик, геолог-практик, общественный деятель, публицист и горячий патриот. Там есть такие слова: «Кто лучше поймет силы воздуха и земли, кто поймет местность как арену борьбы за пространство, кто сумеет скорее и полнее овладеть глубинами земли, тот будет ближе к победе над врагом. Оп будет к ней ближе, если сумеет все свои знания, всю энергию и волю подчинить единой мысли — бороться и побеждать, если поставит все силы природы на эту борьбу, сделает своими союзниками горную скалу и трескучий мороз».[19]
Ясно, что ученому, подчинившему всю свою волю делу победы над врагом Родины, не остается ви сил, ни времени на другие научные работы, тем более такие гигантские, как задуманный Ферсманом труд по истории камня.
В 1943 году А. Е. Ферсман получил высшую почетную награду Лондонского геологического общества — медаль Волластона (знаменитого минералога), выбитую из редчайшего минерала — палладия. Год спустя тяжело больной Ферсман написал о задачах послевоенного развития СССР.
Когда-то в молодые годы, во время первой мировой войны, он несправедливо упрекнул своего учителя В. И. Вернадского за увлеченность проблемами будущего мирного восстановления страны. А теперь сам стремился заглянуть в грядущее, наметить его главные черты и определить свои будущие работы.
Планам его не суждено было осуществиться. В январе 1945 года умер горячо им любимый В. И. Вернадский.
Ферсман начинает писать очерк о его жизни и творчестве.
Работать ему все труднее: ухудшается здоровье. В санатории Сочи встречает он радостную весть о победе над фашистской Германией. А через 11 дней, 20 мая 1945 года, А. Е. Ферсмана не стало.
Рукописи его публиковались и позже (некоторые из них еще не опубликованы). Увидели свет и его очерки по истории камня, вернее, та их часть, которая была более или менее подготовлена автором к печати. Увы, замечательный по своей глубине и грандиозности замысел Ферсмана реализовать в сущности невозможно: во всем мире вряд ли найдется специалист, знающий камни так, как Ферсман, осмысливший такое величайшее множество сведений по истории камня и умеющий так прекрасно излагать материал.
Некоторое представление о характере и стиле «Очерков по истории камня» может дать такой отрывок:
«Камень постепенно становится (еще до папирусов, до старых надписей на глиняных черепках) материалом, на котором человек, веря в его неизменность, пытается запечатлеть личные переживания и исторические события.
Принцип собственности и охраны личности, семьи и рода соблюдается в эту эпоху использования камня на Древнем Востоке и в Риме. Применение перстня объясняется в ряде исследований не столько желанием украсить себя, сколько стремлением при его помощи подчеркнуть право собственника…
Уже на первых этапах развития человек стал применять камень для украшения, оценив его блеск, гармонию рисунка и яркость окраски. Яркая галька самоцвета, наиденная в песках реки и послужившая бусинкой для незатейливого ожерелья, могла дать толчок к широкому использованию цветного и самоцветного камня в бусах а украшениях. Отсюда возникло ювелирное искусство Древнего Египта, искусство резьбы, первобытной полировки и огранки камня в Индии и Цейлоне.
Постепенно в декоративном убранстве жилищ и общественных зданий засверкал цветной камень, незаменимым материалом для архитектуры были белый мрамор, порфир и гранит. Камень, природная красота которого сочеталась с творческим замыслом художника, стал прекрасным материалом для воплощения его вдохновения: гранит и диорит — для величаво-спокойных, лишенных движения фигур, просвечивающие мягкий алебастр и твердый мрамор для гармоничных форм человеческого тела, прозрачный оникс — для тонкостенных сосудов и ламп.
Что заставляло человека предпринимать походы для добычи драгоценного камня, привоза обломков яркого лазурита или таинственного янтаря? Попытаюсь рассказать историю борьбы за камень как историю развития личности, желающей выделить себя среди других, покорить женщину, устрашить врага па поле брани и признать божественное происхождение царской власти. Вся история сверкающих самоцветами дворцов и пышных нарядов властелинов мира, начиная с древних индийских раджей страны Великих Моголов, эмиров и султанов Ирана, Месопотамии и императоров Римской империи, указывает на попытки использования камня для возвеличивания человека. Редкость ценного камня, трудность его добычи, цвет, игра и блеск привлекали к себе первобытного человека, настраивая его на мистический лад. Камень стал материалом для воплощения религиозных идей и суеверий…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
