отопления с момента аварии не грели и в доме становилось холоднее с каждым часом. Что же это все-таки было?
Возбуждение от пережитого медленно сменялось усталостью: разболевшийся бок не давал спокойно вздохнуть, голова также болела, а глаза слипались. Чтобы немного поспать я заглотил примерно полпачки обезболивающего и, взяв из шкафа парочку одеял, пошел к себе. Не переодеваясь, я завалился в кровать и едва моя голова коснулась подушки я уснул.
Спокойно и без сновидений.
–
Когда я проснулся уже было светло, пар из моего рта явно указывал на дефицит тепла в помещении. Бок побаливал, но не сильно. Я спустился в кухню, пожевал всухомятку какие-то хлопья и принялся считать добычу. Выходило порядка двух сотен тысяч долларов, не считая испачканных кровью бумажек. Их я выбросил, пока, в ванну, не уверен, что их можно очистить.
Итак, ситуация кардинально поменялась. Произошла некая всеобщая авария. Установленный порядок нарушен. В городе явный всплеск преступности и насилия, причем полиция или спецслужбы не торопятся восстанавливать порядок. Возможно, это какой-то общий коллапс и неразбериха творится не только у нас. Мне просто сказочно повезло! Я вытянул выигрышный билет, будучи в последних рядах и ни на что уже особо не надеясь. У меня все шансы выйти из этой передряги с джекпотом и обеспечить себе не только лечение, но и безбедную жизнь. Конечно, нужна изрядная осторожность и подготовка. Я тоже могу стать жертвой, но могу быть хищником… От мыслей о событиях прошлой ночи, по телу пробежала дрожь и стало жарко. Я хочу стать хищником. Я хочу. Мне это нравится.
Подготовка. Прежде всего нужно было сходить на разведку в город. В такой ситуации даже на телевизор и радио нельзя полагаться, даже если бы они у меня работали. Только на себя. Только на интуиции. Я переоделся в чистое, грязную одежду бросил в подвал. Скоро мне уже ничего не будет нужно из старых вещей, – куплю себе все новое. Я зарядил револьвер, взял охотничий нож и вышел на улицу. Днем городок казался вымершим. Пожары были потушены или прогорели, большая часть населения сбежала или находилась в подготовке к побегу. По моим наблюдениям авария почему-то не затронула старые машины, и все, кто владел таким транспортом автоматически превращались в важные фигуры. Они аккумулировали вокруг себя друзей и знакомых и выезжали из города более-менее организованными группами. Днем, в открытую бесчинств, не творилось, но многочисленные пожарища и неубранная кровь, а кое-где и тела, накрытые впопыхах чем попало, напоминали, что это не воскресная поездка на пикник. Единственные, кто хранил спокойствие в этой ситуации и не собирался никуда ехать были индейцы. Напротив, они чувствовали себя хозяевами положения. Они гуляли, кучковались группами в центре, вели себя развязно по отношению к отъезжающим. Впрочем, меня они не трогали, хотя я осознавал, что, если я захочу еще остаться на какое-то время в городе, мне придется с ними считаться, возможен даже вооруженный конфликт. Нужно быть готовым. Несмотря на кажущуюся тотальную эвакуацию, в городе оставалось немало людей, помимо индейцев, некоторые были уже в возрасте, некоторым некуда было ехать, кто-то не мог так просто бросить свой дом, в силу разных причин. Что ж. у меня будет возможность поразвлечься.
К обеду я вернулся домой. По дороге проблем не возникло, ситуация была очевидна. Я не стал подробно обходить улицу за улицей, но было понятно и так – органы власти и правопорядка в городе не появились и в свои права не вступали. Что бы это ни было это продолжится. Разговоры на улицах порождали удивительные слухи: об атомной бомбе, высадке толи русских толи китайцев, всеобщей эвакуации и восстании коренного населения. Ну, к счастью, меня не скальпировали, и я с удовольствием перекусил, пожарив мясо на газовой горелке. Да получилось не очень презентабельно, но сытно. До вечера мне нужно было переделать кучу дел, и я приступил немедленно. Прежде всего я перепрятал деньги так, чтобы они не пострадали при возможном вторжении. Подготовил чемодан к отъезду. Я был уверен, что большие города если и пострадали, то не сильно и смогут решить все мои вопросы. Чемодан я также убрал с глаз подальше, судьба всего остального имущества меня особо не волновала.
Отъезд, да. Нужен был транспорт. Снова. Универсал, который я взял у Пельте, тоже пострадал от этого катаклизма и мне нужна была другая машина, достаточно вместительная, чтобы я мог перевезти все, что мне будет нужно. Идею вписаться к кому-нибудь в эвакуационную группу я отмел сразу. Во-первых, количество мест было у всех явно ограничено, а близких друзей, кто точно мог бы меня взять… таких у меня не было. Во-вторых, все брали минимум вещей, никто не даст мне протащить на борт большую сумку с деньгами и чемодан с одеждой и необходимым на первое время, а без этого я не поеду. Значит нужен авто на ходу, желательно вместительный. Это самое главное. Я не планировал здесь оставаться надолго. Необходимо также достать вторую часть денег. Вряд ли сегодня вывозился мусор, так что мои денежки ждут меня на дне контейнера. Еще бы вспомнить какого именно. Возможно, мне еще захочется пошалить, но я не уверен, – велика вероятность, что я не один буду бодрствовать этой ночью. Словить случайную пулю в шаге от новой жизни было бы обидно.
Наконец-то ночь. Меня немного потряхивает, пока я спешно одеваюсь, убираю по карманам револьвер и ножи. Я взял сумку для денег и перекинул ее через плечо, замотал лицо шарфом и вышел на охоту. Прекрасное чувство. Дороже любых денег. Я хочу им насладиться. Город на первый взгляд выглядел замерзшим и вымершим, но пройдя немного чувствовался запах дыма. Жители топили печи, а иногда и просто жгли костры. Случайных прохожих почти не было. Каких-то противоправных действий не наблюдалось. Я почувствовал даже некий укол разочарования. Я не сразу, но нашел свой контейнер и перегрузил оставшуюся часть денег в сумку. Тела с улиц кто-то убрал, но мусор и разрушения никуда не делись.
Охота не складывалась, и я решил поискать себе транспорт. Парковка муниципального транспорта была пуста и, судя по всему, разграблена. Полицейский участок был сожжен и пустовал, снег намел внутрь здания небольшие сугробы. Исправных машин нигде не было видно. Пожарная часть не сгорела, но ворота были открыты, машин не было, в маленьком городском таксопарке стояло две машины, но они обе тоже сгорели дотла. Я довольно долго блуждал по улицам, почти до рассвета: сильно продрог и отчаялся.
Один раз я погрелся у
