будут постоянно. Подумай об этом в следующий раз, когда полезешь в воздушный шар. Но сначала хотя бы спустись с этого. Интересно, а до каких слоев стратосферы он, в принципе, может долететь?..
Рядом вдруг раздался сухой щелчок, будто сломалась ветка.
— Ай! — досадливо вскрикнула наша Венера, так усердно цеплявшаяся за дерево, что сама себе сломала еще один ноготь.
Не иначе как распереживалась за судьбу улетевшей подруги.
— Три ногтя. Это мой предел, — словно в пространство, бросила красотка. — Я сваливаю.
— Я, пожалуй, тоже, — я вернул глаза на смартфон, где один блудный отец сидел на моей кухне, клеил мою управляющую и, самое ужасное, съедал мой торт. Блин, батя знает, как меня заманить.
Марианка повернулась ко мне и неожиданно улыбнулась.
— Тебя подвезти?
Колесница нашей богини оказалась стильной белоснежной иномаркой — такой же безупречной, как и ее владелица. Устроившись в комфорте кожаного салона, мы покинули дикие природные красоты и, набирая скорость, помчали обратно к благам цивилизации. С учетом настроения, в котором Марианка покидала лагерь, я думал, что дорогой мы будем молчать. Сначала так и было, мы просто слушали музыку, а потом, неожиданно поймав мелодию, которая понравилась нам обоим, разговорились — о музыке, фильмах, всякой незначащей, но интересной ерунде. За этой беседой я даже не заметил, как машина остановилась у моих ворот — и только в этот момент сообразил, что не называл свой адрес.
— А откуда ты знала, куда меня везти?
— А знаешь, — туманно отозвалась собеседница, — мы ведь с тобой тоже могли быть друзьями детства, как вы с Катериной…
— Ты о чем?
— А ты не знаешь? — взгляд ангельских глаз лукаво мазнул по мне. — Да ладно, не бери в голову… Ну пока, — коралловые губки сочно распахнулись, словно приглашая попрощаться с ними лично.
Отстегнув ремень безопасности, я потянулся к ним. Однако их хозяйка опять ловко вывернулась, давая мне лишь щеку. Чмок вышел звонким, но не достаточно сытным. То есть хочешь сказать, что ты не динамо?
— Хм. А я думал, в качестве компенсации ты меня поцелуешь, — заметил я.
— И что же я должна тебе компенсировать? — с хитрым прищуром отозвалась Марианка.
— Себе компенсировать?
Вместо ответа коварная красотка снова распахнула губки, как бы предлагая попытать удачу еще разок. Я словно оказался у игрового автомата с клешней, где есть несколько попыток вытянуть игрушку. Однако и во второй раз потерпел неудачу: мой обманный маневр оказался разгадан, и дальше ямочки на подбородке пробраться моему поцелую не удалось.
— Упс, — фыркнула эта пакостница, — опять незадача… Зато я себе все компенсировала, — и сама довольно чмокнула меня в щеку.
Уезжая, она игриво помахала обломанными коготками, как бы говорящими, что этот демон нынче не так уж и силен. Ну окей, я проиграл битву, но не войну.
Проводив вражескую колесницу, я поднялся по крыльцу и зашел в дом.
— Эх, Полина, — сразу же донесся из кухни родной голос одного беспутного гуляки, — не манили бы меня приключения по свету, остался бы тут, под вашим уютным крылышком, с вот этим тортиком и вот этими оладушками…
— Да ладно вам, Юрий Александрович, — захихикала она.
Вот что ты творишь, батя? Тебе китаянок твоих мало? Не успел приехать, кстати, без предупреждения, и уже кадришь мою Полину?
— Сынок! — он заметил меня и бодро вскочил со стула. — Сюрприз!
— А сказать про сюрприз?
— А про сюрпризы не говорят, — парировал батя, — они сваливаются на голову! Слышишь шум?.. — он приложил ладонь к уху, делая вид что к чему-то прислушивается. — Это город содрогнулся, приехал я! — и обнял меня.
Не скажу насчет города, но лично я содрогнулся.
— И зачем ты приехал?
— Как зачем? К сыну!..
На этом моменте я содрогнулся еще раз.
Ep. 97. Сапы, яхты и… сестра?
Утро началось с бешеного рычания грузовика под окнами и не в меру бодрого голоса отца:
— Разгружаем, разгружаем! Вот сюда!
И все это под оханья Полины:
— Ой, только не на лужайку! Я только ее цветами засадила!..
Слушая эту какофонию звуков, я еще глубже зарылся головой в подушку. Ну начинается — и дня не прошло.
— Сын! Сын! — следом донеслись крики снизу. — Ты где? Сколько еще дрыхнуть будешь? Отец не на год приехал!
И самое примечательное, что ни одной из своих затей он не умел заниматься в одиночку.
— А ты что думал, я приеду с пустыми руками? — разглагольствовал батя, накачивая воздухом массивные разноцветные доски. — Я все думал, чего еще не хватает моему гостевому дому?
— Моему, — поправил я, рефлексируя над тем, как он усердно приседает над насосом.
— Эй, сын, не перескакивай через поколение!
— И чего же не хватает нашему гостевому дому?
— Вот этого! — воздух с шумом вырвался из насоса.
— Кучи дутых досок?
— Сап-борды! Не слышал, что ли? — хмыкнул батя и сам себе ответил: — А я знал, что всех опережу!
Следующие полчаса спикер увлеченно вещал про новую тему для гостевого дома, новый бизнес, новый доход… Потом прервался на комплименты позвавшей нас на завтрак управляющей.
— Обалденно ты тут устроился, — уминая за обе щеки пышный омлетик, заявил он. — Каждый день ол инклюзив… И главное, все такое сочное, — добавил, откусывая глазами от задницы крутившейся у плиты Полины. — Такой кусок деликатеса рядом… Эх, сынок, будь я твоего возраста, уже бы вовсю с ней мутил!
Ну попробовал бы — в моем возрасте.
— Полиночка, а добавки можно? — вечно голодный странник снова куснул ее за зад.
Ты, кстати, тоже не в ее возрасте — так что даже не старайся.
В общем, я был рад, когда мы наконец ушли из дома к пляжу тестировать его надувные доски.
— Как на этом кататься-то?
— Я тебя всему научу, — заверил отец. — Легче некуда.
И по-молодецки подхватив сап, кинулся в прибой. Правда, хватило его ненадолго. Едва оседлав стихию, мой сэнсэй перевернулся на первой же волне. После чего изрек:
— В Китае море спокойнее, — и, волоча доску, побрел обратно на берег.
А вот у меня, кто учел его ошибки, получилось почти сразу — причем не только удержать
