— Они там мэру пели про поддержку спортсменов своих? — перевожу взгляд на Ивана.
— Пели! — кивает тот. — Серенадами.
— Напомните им. Пусть отвечают. А не хотят дружить, будем воевать.
— Короче, мутят они там с бабками, — читает с телефона идущий рядом Иван. — Оформляют что-то типа опеки, а так как учится-то начальная школа при интернате, то… Ни там ни тут наш Воробей. А тётка его просто большую часть пособия откатом директору переводит. Он в интернате завтракает, обедает и на продленку остаётся. А ночует уже нелегалом. Но все глаза закрывают. Схема старая. И ещё… ужин официально ему получается не положен, так как ночевать то он у тётки должен. Поэтому кормят тем, что остаётся.
— Как же они меня… — пинаю со злостью шину.
Заебали!! Суки!
— Ну там нормальные тётки в столовой… Покормят.
— Ну не в этом же дело, Иван! Дело в системе. Нужен свой спортивный интернат. Позарез! И здание с лёгкой руки отца твоего отдают… — киваю на небольшую трехэтажку через дорогу. — Делай ремонт, собирай документы и открывай.
— Ну, а в чем вопрос?
В сыне…
Глава 27 — Журавль в руках
Саундтрек к главе: 30.02 «Примером»
В мангале тлеют угли.
Аленка вся румяная и улыбчивая.
Марат достаёт шампанское.
— В общем, мы пригласили всех близких, чтобы сообщить вам… — раскачивает крышку шампанского Марат.
Боги, недавно же ещё такой зелёный был… Пацан! Поверить не могу — отец уже, что ли?!
Шампанское хлопает!
— В общем, мы заделали маленького Тарханчика! Я буду батей! — цветёт он гордо.
Чмокаются несколько раз с улыбающейся Аленкой в губы. А она совсем молоденькая сейчас, восторженная и смущенная, как когда мы только познакомились.
Словно никакой жести и не было, после которой она стала прохладной и немного ядовитой.
Вылечил Тарханов. Горжусь.
— Ура!! Красавчики! Поздравляем! Офигеть! — шумят все, наполняя бокалы.
Аиша обнимает крепко Алëну и не отпускает.
— Я так рада за тебя! Очень-очень…
— Я ещё ничего не поняла! — смеётся та. — Как это произошло?? Он мне совсем голову закружил!
— И не надо ничего понимать. Смотри, какой он у тебя счастливый и гордый!.. Что может быть ценнее?
Улыбаясь, смотрю в глаза Марату, тяну ему руку. Пожимаем. Обнимая, хлопаю его по плечу.
— Как жить-то теперь будем, «батя»?
— Нормально! Родители, если что подстрахуют.
— Да ты-то понятно! Мы как без Аленки будем жить??
Притягиваю её к себе, чтобы обнять.
— Поздравляю! — целую в щеку. — Отдал в самые надёжные руки.
В которые не страшно отдать. Марат правильный паца… Мужик!
— Да куда я денусь? — обнимает в ответ. — С вами буду до последнего. Да и Аиша теперь подстрахует, и Яся где-то. Семья растёт…
Семья растёт, да!
Яша берётся за гитару.
Играет что-то лиричное.
Марат, подхватывает Алену за талию, увлекая в медляк. Шмель ворует у Ивана Ярославну, тоже вытаскивая танцевать.
— «Ведь я мечтаю о том, что и ты тоже, — заливается мой соловей. — Чтобы журавль в руках, а клинок в ножнах…»
— Пойдём, — практически насильно вытаскиваю Аишу.
— «Иметь дочурку и сына к тридцати примерно, и быть нe просто отцом, a быть примером…».
Это больно слушать, после её намёков на краткосрочность нашей истории. Так больно, что улыбаться очень тяжело.
Она виновато смотрит мне в глаза.
— Не надо… — качаю я головой. — Просто помечтай со мной минуту. Пожалуйста…
Вжимаю ее в себя, прикасаясь губами к щеке.
— У меня не будет этого, Бессо… — шепчет она болезненно.
— У меня, может быть, тоже… Но мы же имеем право мечтать, правда? А вдруг небо нас любит?
— «Вы — именно тo, мы — именно тe…»…
Глава 28 — Женщины…
Отправив Аишу на такси, я остаюсь со своими. Хочется отдохнуть от всего.
Раскатываю на камнях каремат и ложусь на спину рядом с беседкой.
Смотрю в звёздное небо. Слушаю их хохот, гитару, скабрезные шуточки, звон бокалов…
В общем, не будет у меня Спарты. Я у неё буду, а она у меня — нет.
Меня расслабляет.
Отец хотел чтобы Спарта стала династией. Ввести своей последней долей в управление первого наследника этой династии, следующее поколение. Нас бы было семеро…
Но жизнь переиграла иначе. Не все готовы посвящать себя школе. И в поединке двух, когда один соблюдает правила, а второй борется без правил, исход ясен.
Конечно, если бы братья были со мной, такого бы не произошло, но у них свои жизни.
Через какое-то время приходят парни, оставляя девчонок болтать в беседке. Садятся рядом.
— Ну что там с нашими баранами, Бессо? Когда свадьба-то?
— Рустама? В субботу.
— Твоя!
— Моя — не знаю. У меня невеста не фейковая. Её за неделю в ЗАГС не затащишь.
— Ну сын, ведь, нужен.
— Нужен…
— Что-то не нравится мне эта история, — грызёт травинку Яшин. — И как мы идём в этом турнире — тоже.
— А всë… - сглатываю я ком в горле. — Нет больше никакого турнира. Спарта достанется Рустаму. А я буду вечный раб лампы. И зарабатывать ему деньги…
— Как это так?? — возмущаются пацаны.
— В этом уравнении три переменных — я, Спарта и Аиша. И оно не решается, пока одну из них не вынесешь за скобки. Аишу и Спарту я вынести не могу. Значит, надо выносить себя и свои амбиции.
— И как будет дальше?
— Дальше? Мы перестанем узнавать свою школу. Процент дохода школы по вашим контрактам станет выше — пятьдесят на пятьдесят…
— Ээ! Грабёж!
— Как в любой коммерческой структуре, Вань.
Сейчас школа забирает только четверть.
— Набор
