— Как так?!
— Оставь пожалуйста мне эти интимные подробности, ладно. Мужчинам не всегда надо знать детали. Это может сломать между нами секс.
— Это ты про каких-то других мужчин сейчас говоришь, Аиша.
Подвожу её к крыльцу.
— Мне пора, — оглядывается.
Держу за пальчики.
Мимо нас идут студенты, периодически здороваясь с ней и с интересом поглядывая на наши руки.
— Я приеду сегодня, хорошо?
— Я буду очень поздно и уставшая, — поджимает губы.
— А я приготовлю тебе ужин и сделаю массаж.
— Какой ты… альтруистичный, — флиртуя, стреляет взглядом.
— Не-е-ет… Я потребую расплаты. Доверием и открытостью. Ключи… — раскрываю ладонь.
Сдаваясь, вздыхает и вкладывает в мою ладонь ключи.
— А это — тебе. Мои.
Отпускаю ей в карман связку от моей квартиры.
— Кота покорми, пожалуйста.
— Обязательно.
Глава 30 — Тренер
Готовлю в духовке мясо с овощами, сервирую стол. Открываю вино. Букет ставлю в вазу.
В исключительно редких случаях меня можно развести на нечто подобное. Обычно, я стараюсь экономить время и ресурс на отдых. Но для Аиши очень хочется…
Я стараюсь, находясь рядом с ней, оставаться в состоянии здесь и сейчас, не отягощать наши отношения своим семейным и спартовским анамнезом. Не хочу перевешивать на неё свои проблемы.
И здесь, в её квартире, даже без неë я рядом с ней. И не о чем другом не думаю.
Притягиваю к лицу её тонкий шарф, вдыхая запах.
— Мм…
«Кота покорми».
А кота нашего до сих пор нет.
Выхожу на балкон, смотрю вниз.
— Кыс-кыс-кыс…
Бросаю взгляд автоматом на балкон напротив. Там нет никого.
Списываюсь с Аишей. Она уже подходит. Иду встречать.
Хочется ловить её на улице. Обнимать, греть, целовать, вести за руку домой. И зажать в подъезде на мгновение, чтобы накалить предвкушение до тонкого невыносимого звона.
Аскетичный я рядом с ней исчезает. И появляется какой-то другой. Жадный до чувств, чувственности и изысков.
Возле нашего и ещё нескольких подъездов не горят фонари.
Но двор освещён хорошо.
И я вижу, как Аиша заходит в арку. Идёт через площадку с прямо ко мне на встречу.
— Аиша… — окликают еë.
Она оборачивается. К ней подходит мужчина с Бастет на руках. Я, напрягаясь, переступаю с ноги на ногу.
— Добрый вечер.
— Добрый вечер, Сергей.
— Торопишься? — прикуривает сигарету.
— Тороплюсь…
— Прогуляемся немного? Соскучился… По дозе яда, — усмехается с горьким сарказмом.
— Хм… Прогуляйся со своим сыном. Он всегда тебя ждёт, Сергей. А меня мой — нет.
— Он не иссякаем — твой яд?
— Ты о чем — прощу ли я тебя когда-нибудь? Поменяй квартиру, Сергей. Хватит следить за моей жизнью. С ней всё в порядке и свободных мест нет. И не будет. И отдай моего кота!
Вытягивает из его рук. Идёт мимо этого Сергея дальше. Гордая, прямая…
— Аиша! — пытается притормозить он её.
Не оборачивается.
Делаю шаг ей навстречу.
— Привет…
Ловлю её холодные губы. Они чуть ощутимо подрагивают. И дыхание у неё… нервное. Прячу в объятиях, поверх её головы, глядя тяжёлым взглядом в глаза этому мужику.
— Пойдём, — увожу её за талию.
Вот что за засада у меня? Вопросов сотня, но женщина просто источает нежелание отвечать на них. И мне очень сложно не подчиняться её невербальным сигналам.
— Вау… — разглядывает она стол. — Да ты фей!
— Только для тебя.
Помогаю снять плащ.
Она проходит к раковине, по дороге наклоняясь к цветам и вдыхая запах.
Моет руки. Достаёт подсвечник с гроздью оплавленных свеч. Зажигаю.
Мы ужинаем, болтая о всяких мелочах. Я смотрю ей в глаза — там блики свечей.
У меня зудит вопросами так, что подкидывает на месте. Но — нет…
Я не задаю ни одного.
Дотягиваюсь до её пальцев.
— За тебя… — чокаюсь с ней бокалом.
Мы неожиданно замолкаем. Повисает тишина.
Аиша допивает бокал до дна.
— Никогда… — облизывает губы. — Никогда не встречала столь терпеливого мужчину.
— Мне воздастся? — дёргаю бровью.
— Спроси, — благосклонно кивает она.
— Кто он? Что между вами произошло?
Глубоко вдыхает, уплывая взглядом куда-то в пространство между нами.
— Мой бывший тренер. Сергей Кононов.
Тот самый?
— У нас был роман.
— Ты была слишком юна, чтобы это можно было назвать романом, Аиша, — подрагивают мои губы, едва сдерживаю оскал.
— Мне было почти семнадцать.
— Попытка оправдать мудака? — поднимаю я бровь.
— Нет, скорее отстоять право на свои чувства в шестнадцать.
— Любила?
— Слепо, — ледяная улыбка.
— Вдвойне мудак.
Наливаю нам ещё вина.
Мне что-то уже заранее хреново от тех ответов, которые уже чувствуются.
— Ты была беременна от него.
— Была… — кивает.
— И?
— Для него мои спортивные перспективы оказались увлекательнее, чем…
Вздохнув, отворачивается, глотая вино большими глотками.
— Ты сделала аборт?
— Нет. Я отказалась. Но давление со всех сторон было очень велико. А я была ранимая, юная, испуганная и совсем одна. Потом он повёз команду на чемпионат, а меня бросил одну. Я не выносила. Мой сын умер во мне на позднем сроке. Я оказалась в больнице слишком поздно… Меня чистили… Чистили и снова чистили… И вычистили! Из-за инфекции иссекли часть матки.
Стакан трясется в её руках.
— Врачи предлагали удалить матку целиком, но я зачем-то отказалась. Но беременеть мне нельзя. Такая вот история, Бессо. Комментариев не надо, пожалуйста. Я давно с этим справилась. Но ты всколыхнул.
Опускаю лицо в ладони.
Ну за что так с
