-- Так и знал, что ты здесь! - Видогост, муж Мирины подошёл к супруге и обнял её за талию.
-- Надо нам с тобой вместе гулять. Тебе понравится... Что-то случилось? - Мирина очень хорошо знала мужа и читала его как книгу. Сейчас от неё не утаилась его обеспокоенность.
-- Да. Офицер, которого я послал убить Всеслава не справился. Только ранил его слегка. Офицера казнили.
-- Думаешь, он что-то рассказал?
-- Не знаю. Может быть. В любом случае, ничего не получилось.
-- Что теперь? - Мирина пытливо посмотрела в глаза Видогоста. Ветер, дувший с юга трепал над ними знамя и развевал её локоны. В башне менялся караул, старший стражник прикрикнул на младших.
-- Выбора нет. Всеслав на престоле державных государей не позволит мне править своим вольным княжеством. Я отдал приказ собирать войско. Мне не дали убить Всеслава тогда, четыре года назад, значит я сделаю это сейчас. Путь к победе лежит только через ворота Древгорода.
Глава 6
Вынужденный друг
С моря дул плотный солёный ветер. Дым от горящей рыбацкой деревеньки уходил прочь, расползаясь рваными клочьями среди поросшего молодыми берёзами поля. Отряд воинов направлялся к своей ладье. Вендель, младший сын одного из киврийских вождей, мрачно оглядел своих людей. Безбородые юнцы и дряхлеющие никому не нужные старики, вот основа его воинства. Проклятые рыбаки оказали отчаянное сопротивление, убив пятерых его людей. Теперь под началом Венделя осталось двадцать мечей. Самое обидное, что взять в деревне оказалось практически нечего. Судя по всему, её уже не раз грабили морские разбойники. Так что немного сыра, мяса, рыбы, четыре мешка зерна, шесть мешков картошки, маленький бочонок пива и две козы -- вот за что расстались с жизнью его отчаянные мореходы. Какой-то мальчишка успел запалить сигнальную вышку и теперь нужно скорее грузить добычу на ладью, поднимать паруса, опускать вёсла и скрываться в море. У Венделя был маленький скалистый островок, на котором он устроил поселение для своего отряда. Это всё, что оставил ему старший брат после смерти отца, милостиво позволив прозябать на этом холодном сыром камне, совершая набеги на нищие земли Рустовесского государства. Кто пойдёт под руку такого ничтожного вождя? Только сопливые щенки и дряхлые мечники, которым боги не даровали счастья пасть в битве в более молодом возрасте.
Жаль, что в деревне не оказалось ни одной сколь либо привлекательной женщины. Им пришлось попользовать каких-то тощих беззубых пугалищ, измождённых тяжёлым трудом и постоянным недоеданием. А его брат сейчас ест до отвала, спит с красотками и выводит в море флот числом до двух сотен парусов. От досады за своих погибших и злости за ничтожность награбленного, Вендель приказал сжечь эту деревеньку дотла. Чтобы в следующий раз не смущала взор во время рейдов. Пусть прибрежные падальники поживятся трупами этих нищих рыбаков. Конечно, на юге, ближе к предельному городу Удольчину поселения были побогаче и добыча пожирнее. Могла попасться и купеческая ладья. Но те края лучше защищались рустовесскими ратниками и боевиками купеческих союзов. К тому же туда Венделю соваться было запрещено. Те места были в поле интересов его брата и других вождей, настоящих, а не таких голозадых изгнанников. Попадись он там хоть даже за рыбалкой, его бы просто казнили не разбираясь.
Отряд шёл медленно, люди устали. Зайдя в ельник, росший почти у берега, Вендель позволил себе немного расслабиться. До ладьи оставалось рукой подать. Над верхушками елей морской ветер нещадно рвал белые облака, превратив большую часть из них в лохмотья. В нескольких местах лохмотья уже треснули и расползались, обнажая ярко-голубое небо. Пахло морем и смолой. Сюда же примешивалась вонь от его воинов, но к ней он давно привык. Сам вонял ничуть не лучше.
За ельником была песчаная полоса, на которой лежало несколько валунов. За ними на отмели виднелась их ладья. Киврийцев уже ждали. Между людьми Венделя и ладьёй, на самом краю волн стояло не менее полусотни бойцов. Большинство были копейщиками, полтора десятка мечников и несколько лучников. Откуда их здесь столько? Вендель выхватил меч. Его примеру последовали остальные. Рустовесцы тоже приготовились к бою. Копейщики сомкнули щиты, выставив вперёд стальные наконечники. Мечники встали по флангам, лучники наложили на тетивы стрелы.
"В бооооой!" - Вендель первым из своих людей ринулся в атаку. Два десятка бойцов последовали за ним, из-под ног их брызгал во все стороны песок. Сзади, там где заканчивались ели и начинался берег, остались валяться брошенные мешки с зерном и картошкой, бочонок пива, круги сыра. Одна коза, испуганная неожиданным шумом, удрала в ельник. Другая, встав боком, с интересом уставилась на людей. Стрелы поразили троих морских разбойников. Киврийцы с разбегу врезались в строй копейщиков, но поломать его не смогли, не хватило сноровки и слаженности. Шестеро из них повалились со щитов на песок, пронзённые жалами копий. Оставшиеся ногами и руками пытались поколебать стену щитов, рубили подставившихся мечами. Но с флангов уже ударили меченосцы. Бой был кровавым и коротким. Весь отряд Венделя, изрубленными пунцовыми ошмётками остался лежать на морском песке.
Но ему и здесь не повезло. Все его соратники пали в бою, а Вендель уцелел. Лишь несколько неглубоких ран остались на его теле, словно насмешка богов противопоставила эти жалкие царапины увечьям, покрывшим трупы его людей. Они лежали раскинув руки, на животах и спинах, лицами в песок или глазами в небо. Лишь Вендель остался один, окружённый полусотней рустовесских воинов. Старший из них с лёгкой издёвкой приблизился к неудачливому капитану, играясь тяжёлым мечом. Вендель бросился на офицера, но смотритель не стал парировать сталью взмах его клинка. Удар ногой в живот вышиб из Венделя весь воздух. Болезненно скривившись, он согнулся и медленно повалился на забрызганный кровью песок. Дешёвенькая кольчуга от такого не страховала. Бесполезный меч выпал из ослабших рук. Перед глазами заплясали глумливые снежинки. "Ээээ... Сын... Кхэээ... Вождя... Я сын вождя", - сам не зная зачем выкашливал слова Вендель. Умножить свой позор вымаливанием пощады? Почему нет, боги и так отвернулись от него. А здесь, в этих суровых бедных землях они и вовсе решили над ним посмеяться. Да и вряд ли эти ратники говорят на его наречии. Перережут горло и дело с концом.
-- Ты сын вождя? Какого именно вождя? - смотритель наклонился к Венделю и заглянул прямо в глаза.
