Каким-то образом Ник сумел перевести разговор на иную тему. Теперь получалось, что жертвой богатства является он. Серена, безнадежно сконфуженная, не знала, что сказать в ответ.
Ник вздохнул, выражение его лица изменилось.
Теперь в нем появилась просьба о помиловании.
— Ты знаешь, меньше всего мне хотелось бы, чтобы мои деньги встали между нами. Давай попробуем изменить ситуацию? Отныне я буду ездить только на «чероки», если это поможет.
Серена все еще отчаянно пыталась разобраться в самой себе. Она принизила себя, ослепленная гневом. Его богатство претило ей, а теперь он сам показал ей его негативную сторону. Возможно, она несправедлива к Нику?
— Извини меня… — Серена беспокойно сцепила руки перед собой. — Я чувствую себя какой-то растерянной в твоем обществе.
— Не лучше ли нам найти время поговорить и поближе узнать друг друга? , Да, найти время и поговорить. Именно это ей и нужно. Вероятно, она кивнула головой в знак согласия, потому что Ник сделал еще одно предложение:
— На совещании я заметил расклеенные повсюду афиши, сообщающие о новой выставке в Художественной галерее Госфорда. Она открывается в пятницу вечером. Мы можем побывать на ней, а затем где-нибудь поужинать. Я слышал о ресторане на Брисбенском пляже под названием «Игуана Джо». Его очень хвалят. Я могу заказать столик, если ты освободишься к вечеру.
Хорошее расписание, подумала Серена. Некогда будет затащить ее в спальню его сестры.
— Хорошо, я согласна, — услышала она свой ответ. Воинственность покинула ее, осталось лишь неопределенное желание получить от него то, что она хочет.
Ник улыбнулся и, сделав шаг вперед, преподнес ей букет.
— Я проезжал мимо фермы, где выращивают розы. Они лучше меня скажут тебе, что я хочу быть с тобой, Серена.
— Какие красивые! — воскликнула Серена, вдыхая разлившийся аромат розовых бутонов разного цвета и формы. — Я постараюсь в будущем не быть такой колючей, как роза, — с улыбкой пообещала она.
Он рассмеялся и, когда они пошли к его машине, обнял ее за плечи. Серена тут же вспомнила об их недавней близости и вдруг поверила, что им уже не суждено отдалиться друг от друга. И теперь ее уже не беспокоило, к чему приведут дальнейшие отношения.
Ник Моретти стал частью ее жизни, и о последствиях думать не нужно.
— Она снова моя, слышишь, Клио! — улыбался Ник, опьяненный успехом, глядя на собачку, которую усадил рядом с собой на кресло пассажира. Было нелегко, но я все устроил, все повернул как надо…
Вне себя от возбуждения, Ник готов был нажать на педаль газа, чтобы пустить «феррари» на полную скорость, но все-таки сдержался: дороги в здешних местах небезопасны, да и спешить некуда.
Он сломал барьер, который строила Серена между ними.
Рассмеявшись, Ник опять обратился к Клио:
— Кто бы мог подумать, что мне встретится женщина, возненавидевшая «феррари»?
Но Клио ехать в таком автомобиле, очевидно, нравилось. Любимая собачка Анжелины привыкла ко всему самому лучшему, как, впрочем, все Моретти. Ник хорошо понимал, что он и Серена из разных кругов общества, но ни за что не хотел отказаться от женщины, ставшей исключительным явлением в его жизни. Мучительно волнующая, интригующая, манящая…
Ник подождет до пятницы, чтобы встретиться с ней. Серена того заслуживает. Ему нравилось, что она не раболепствует перед богатством и сама выбирает то, что ей нравится, прямо говорит, что думает, без страха и подхалимства. Она естественна.
На выставке Ник услышит от нее честное мнение об увиденном, а не какой-то псевдоинтеллектуальный лепет, который он привык слышать на модных вернисажах.
— Она действительно мне нравится, слышишь, Клио? — поведал собачке свои мысли Ник, а та отвечала ему все понимающим взглядом. — Ты ведь тоже ее любишь, не так ли? — Он не получил в ответ обычного тявканья Клио, которое всегда означало недовольство.
Ник вспомнил враждебное отношение Клио к Джастин и понял, что оно обоснованно.
— Верь собаке, которая знает сердце человека.
Мы с тобой на правильном пути. Ведь так?
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Странно, что эти несколько дней до пятницы Ника не тревожило его одиночество и пустая постель. Он загрузил себя работой. Казалось, Серена вдохновляла все, что он делал. В пятницу, лишь стало темнеть, Ник сел в «чероки» и направился в Холгейт, преисполненный радостным предчувствием встречи.
Серена, наверное, уже ждет его. Припарковав «чероки» у салона Мишель, Ник увидел Серену, которая спускалась с веранды. Она была верна своему правилу — быть пунктуальной. Первая из женщин, кого он знал.
Как она хороша в своем элегантном платье для коктейля! Платье из легкой переливающейся синей ткани подчеркивает прелестную фигуру. Густые золотистые волосы переброшены через голое плечо и скреплены серебряной заколкой. Туалет завершают сандалии из серебряных ремешков и небольшая серебряная театральная сумочка.
Ник стоял и смотрел, как Серена идет к нему, хотя очень хотелось броситься ей навстречу, что в данной ситуации только повредило бы ему. Ник чувствовал какую-то настороженность в ее походке. Она теперь всегда напряжена. Но ничего, время сделает свое.
Не торопись, говорил себе Ник. Больше шуток, легких разговоров, и если она в чем-то усомнится, немедленно развей сомнения. Только тогда она откроется тебе. Ник улыбнулся, и сердце его дрогнуло, когда он увидел, что и она ответила ему улыбкой.
— Ты прекрасно выглядишь, — не удержался Ник, чтобы выразить хотя бы каплю своего восторга.
— Спасибо.
Ответ был сдержан, и Ник поспешил открыть дверцу машины и посадить Серену так, чтобы не коснуться ее.
Когда он сам сел в «чероки», дурманящий запах духов Серены вызвал недозволенные мысли и воспоминания, но необходимость все время держать руки на руле заставила его быть сдержанным всю дорогу до Госфорда.
— Что же мы будем смотреть? — спросила Серена, когда они выехали на шоссе.
— Главная выставка посвящена двадцатилетию поп-афиш, рекламировавших группу музыкантов «Сумасшедшие, как все».
Она фыркнула, подавив смех.
Ник, вскинув бровь, вопросительно посмотрел на нее. В ответ он получил насмешливую улыбку.
— Я тоже чувствую в себе сумасшедшинку.
— Значит, ты способна понять такой вид искусства, — заключил Ник, улыбнувшись. Он понимал, что ее напряжение и недоверчивость мешают ей чувствовать себя с ним спокойной. — Там еще есть выставка ню, это работы местных художников.
Серена медленно вздохнула, а затем сухо заметила:
— Держу пари, что там будут только голые женщины.
— А ты предпочла бы мужчин?
