Услышав эти слова, Тупсифокс поперхнулся:
– Верно! А я про это как-то не подумал!
Он помолчал и вдруг решительно заявил:
– Пойду сейчас же в полицию и разберусь с противным Мерзопаксом! Заставлю его отречься от лживых показаний!
– Ты?! – удивился Морс и еле удержался от того, чтобы не засмеяться. – Да он на тебя и не посмотрит!
– И не надо на меня смотреть. Главное, пусть послушает… – Тупсифокс спрыгнул со стула, на котором стоял, и засеменил к выходу. – Дожидайтесь меня здесь, а я скоро вернусь.
И он нырнул в приоткрытую дверь и помчался в злюкенбергскую полицию. Не забыв, конечно, произнести перед этим заклинание и стать невидимкой…
Глава восьмая
– Мой сын вам во всем признался, господин начальник, – Фрау Скорпина склонила голову чуть-чуть набок, показывая шефу полиции искусственную виноватую улыбку в новом ракурсе, – он больше не будет… Мальчик шалил, он играл в разбойников…
– Зачем же тогда он убегал от моих парней, да еще с мешком денег?!
– Пакси увлекся… Он такой впечатлительный… – Скорпина достала из сумочки горстку золотых монет и выложила их на столе перед носом начальника полиции аккуратным столбиком. – Поймайте, пожалуйста, негодников, втянувших моего сыночка в эту грязную авантюру! Награда – за мой счет…
Шеф злюкенбергской полиции побагровел, однако монетки со стола торопливо сгреб и громко крикнул:
– Эй, стража! Приведите сюда задержанного Мерзопакса! Живо!
Когда незадачливого грабителя доставили в кабинет начальника, Скорпина вскочила со стула и подбежала к сыночку, чтобы заключить его в объятия. Но Мерзопакс, застеснявшись усатых стражников, оттолкнул мамашу и глухо проворчал:
– Вот еще… Что я – теленок?
– Ты глупый мальчишка, которого обвели вокруг пальца хитрые гнэльфы! – рявкнула Скорпина, забыв на секунду о своей роли «страдающей матери». Ее искусственная улыбка сползла с лица, обнажив природную – злорадную и кривую. – Марш домой и не смей больше якшаться с этими проходимцами!
– Не волнуйтесь, он не будет якшаться, – заверил ее начальник полиции, – скоро мы их выловим!
Скорпина содрала с лица прозрачную пленку и с ожесточением сунула ее в сумочку. Достала зеркальце, пудреницу и стала прихорашиваться.
– Поблагодари господина начальника, Пакси, он тебя отпускает на поруки, – сказала хитрая мамаша неудачнику сыну. – Другой бы на его месте…
– Выпорол бы тебя ремнем! – перебил Скорпину шеф полиции и весело расхохотался. – Впрочем, это могу сделать и я – ремень-то при мне!
И он многозначительно похлопал ладонью по широкому кожаному поясу, стягивающему его круглый животик.
– Где у вас туалет? – вскрикнул вдруг Мерзопакс и согнулся крючком. – скорее отведите меня в туалет!
– Мальчику плохо! Чем вы его кормили?! – испугалась Скорпина и попыталась рапрямить, согнутого в дугу, Мерзопакса.
– Да ничем не кормили… Еще не хватало разбойников кормить! – Начальник полиции дал знак стражникам, и те поволокли несчастного туда, куда он просил. – Придется вам подождать, фрау, мальчишке у нас, кажется, понравилось!
Шеф полиции снова хохотнул и показал Скорпине на листок бумаги, лежащий перед ним на столе:
– Распишитесь здесь внизу, пожалуйста. Порядок есть порядок.
Притворно вздохнув, мамаша юного налетчика взяла ручку и, обмакнув перо в чернильницу, нарисовала в протоколе закорючку, похожую на извивающуюся змею: «8». После чего присела на стул и стала терпеливо ждать возвращения непутевого сыночка.
Глава девятая
Оказавшись в туалетной комнате, Мерзопакс дождался момента, когда стражники оставят его одного, затем распрямился и вышел в небольшой вестибюль. Здесь было пустынно и тихо и можно было расслабиться после пережитых волнений.
«Ну, я и вляпался! – подумал неудачник – грабитель, присаживаясь на стул и доставая из кармана табак и трубку. – Не заработал ни гнэльфдинга, хотя держал в руках целый мешок денег! А эти хитрецы Фруктус и Свинтус набили полные карманы и смылись… Но ничего: я заставлю счастливчиков поделиться со мной – ведь я пока не выдал их имена!».
Вдруг Мерзопакс услышал какое-то подозрительное цоканье по кафельному полу вестибюля, а через несколько секунд и чей-то писклявый голосок:
– Ага-а!.. Курим!.. За это нужно тебя еще подержать в полиции ночку – может быть, станешь умнее!
Мерзопакс взвизгнул от страха, вскочил со стула и сунул непогашенную трубку в карман.
– Кто здесь?! Почему я вас не вижу?!
– Я – ду-ух!.. Дух погибшего полицейского Цапкинса! Я наказываю преступников, которым удалось избежать приговора! Таких, как ты-ы-ы!..
Страшные слова метались по крошечному вестибюлю и, ударяясь о своды и стены, возвращались к перепуганному мальчишке слегка искаженными, но от этого еще более грозными и ужасными.
– Ты подставил двух честных гнэльфов, выдал их за своих сообщников… За это тебя ждет справедливая кара – ты будешь замурован в подземелье Проклятых Ведьм!
– Нет!.. Я не хочу!.. Я покаюсь!.. Я назову имена Свинтуса и Фруктуса!.. Вот: я уже их назвал! – Мерзопакс прижался спиной к стене и сделал попытку добровольно в нее замуроваться. Но это ему не удалось, и он понял, что погиб.
– Фруктус и Свинтус? Сыновья хозяина гостиницы «Приют пилигримов»? – Невидимый дух погибшего полицейского удовлетворенно хмыкнул.
– Вы их знаете?!
– Цапкинс все знает. Даже то, что ты сгоришь заживо, если не позаботишься о себе сию же секунду!
Мерзопакс понял намек и, вынув трубку из кармана, принялся ладошкой гасить тлеющие штаны. Когда пожар был потушен, он с облегчением вздохнул и вновь повторил:
– Я готов покаяться, господин Дух… Я больше не буду нападать на банки…
– Охотно верю. Но из покаяния шубы не сошьешь. Ты должен сделать доброе дело. Даже два!
– Хоть три! – обрадовался Мерзопакс.
Но невидимка Цапкинс остудил его горячий пыл:
– Хватит и двух добрых дел. Во-первых, ты заставишь своих соучастников явиться в полицию с повинной и вернуть украденные ими деньги…
– Так они и явятся!
– Тогда за ними придут полицейские. А вместе с полицейскими прилечу и я… – Цапкинс выдержал паузу и продолжил: – Второе доброе дело будет посложнее. Но о деталях ты узнаешь чуть позже, мне нужно кое с кем посоветоваться… В шесть вечера мы будем ждать тебя в сквере Забытых Предков возле памятника рыцарю Тигрису. Ты придешь туда?
Мерзопакс утвердительно кивнул головой. И робко поинтересовался:
– А сколько духов будут там меня ждать? И как я узнаю, который из них вы?
Цапкинс тихо чертыхнулся, поняв свою оплошность, и сердито пропищал:
– В сквер являюсь я один! И узнавать меня не нужно: я сам тебя узнаю!
– Да-да, – испугался Мерзопакс, – я все понял!
– Вот и хорошо… А теперь ступай к своей мамочке: она, наверное, тебя заждалась!
Невидимка Цапкинс насмешливо хихикнул и, цокая по кафельным плиткам, удалился из прокуренного вестибюля. А Мерзопакс, постояв еще некоторое время в оцепенении у стены, вскоре тоже отправился отсюда прочь: нужно было спешить делать добрые дела, обещанные таинственному духу погибшего полицейского.
Глава десятая
Когда Тупсифокс рассказал Крюшону, Морсу и дядюшке Кракофаксу о том, как он ловко выведал у сынка Скорпины детали ограбления банка и как заставил Мерзопакса пойти к Фруктусу и Свинтусу уговаривать их сдаться полиции, гнэльфы очень обрадовались и похвалили мальчишку – пуппитролля за его находчивость. И только Кракофакс, выслушав историю о «невидимке Цапкинсе», сердито фыркнул и процедил сквозь зубы:
– Ну, ты и глупышка, Тупси! Нужно было сделать так, чтобы Фруктус и Свинтус принесли денежки тебе. А ты их проворонил!
– Зато теперь полиция не будет искать Морса и Крюшона, и они смогут свободно ходить по Злюкенбургу, – обиделся Тупсифокс.
– С деньгами они по нему не ходили бы, а ездили в каретах! – буркнул Кракофакс. однако спорить с племянником больше не стал, а вскарабкался на стол и принялся уплетать пирожное, которое Морс не съел, заслушавшись рассказом Тупсифокса.
– В шесть вечера Мерзопакс будет ждать меня в сквере Забытых Предков, – напомнил юный пуппитролль и зачем-то посмотрел на свой компас, видимо, спутав его в волнении с часами, – я хочу заставить этого трусишку выкрасть ожерелье у Скорпины.
– Верное решение! – похвалил племянника Кракофакс, слизывая с кремовой розочки вишенку. – Молодец, это – по-пуппитролльски!
– Нет-нет! – испугался Крюшон и замахал руками на Тупсифокса, надумавшего свернуть с пути исправления снова на скользкий путь. – Только не кража! Мы не воры, мы – спасатели Трехглазого Петера, нам нужна всего лишь одна – единственная жемчужина!
– Да и за ту мы заплатим деньги, – добавил Морс и, сунув руку в карман, позвякал монетками.
– Обокрасть собственную мамочку – лучше шутки не придумать! – не унимался Кракофакс, не забывая при этом уничтожать пирожное. – Пуппитролли будут передавать из уст в уста историю о твоей проделке, Тупси! Ты прославившься в веках!
