раз целуя меня в уголок губ, но я практически не реагирую на подобное проявление нежности, он-то играет на публику, а моя голова забита кучей проблем.
— Всё очень серьёзно, не думаю, что узнав правду, через пять минут ты будешь всё так же улыбаться.
Озорную мальчишечью улыбку с лица Мира сдуло ветром в считанные секунды. Он внимательно присмотрелся к моему лицу и поджал губы.
— А говорила, что ничего не боишься и не волнуешься, — сжал мне пальцы и, легко-легко касаясь кожи, потер их, — по глазам вижу, что последние полтора часа тебе совершенно некомфортно, но ты ведь упертая, отнекиваешься.
Понимаю, что говорит с легким укором, но я и правда пыталась держать лицо, изначально не понимая всей глобальности проблемы. Лишь когда адреналин немного выветрился из крови, я пришла в себя и осознала всю серьезность моего непростого положения. За себя я всегда смогу постоять, но с беззащитным ребенком это сделать сложно.
Еще пять месяцев назад, доверив свою жизнь Миру, я ни капельки не пожалела о своем поступке. Да и ситуация была патовой. В тот погожий апрельский денек именно уверенные слаженные действия парня смогли спасти жизнь не только мне, но и ребенку.
— Понял.
Мирон молниеносно считывал выражение моего лица и сразу же включался в процесс решения проблем, я даже не успевала открыть рот, чтобы озвучить хоть что-то толковое.
— Хочешь подняться в номер к Нике и Доре? — говорит негромко, а сам смотрит всё так же пытливо, а я, как болванчик, согласно качаю головой, но тут же перевожу взгляд в сторону веселящихся гостей. — О них не переживай, не думаю, что наше неожиданное исчезновение на некоторое время воспримут как что-то из ряда вон выходящее.
— Прости, что создаю проблемы, — пытаюсь встать с дивана, но ноги совершенно не держат меня, да еще и как будто налились от неудобных туфлей.
— Проблемы на то и существуют, чтобы их решать, а не пасовать перед ними.
Черт, мне бы хотя бы десятую долю его оптимизма и уверенности, тогда бы все действительно было хорошо, и я ни за что не переживала.
Мирон приобнял меня, всю дорогу к выходу пытался перевести разговор в левое русло, сделал несколько забавных замечаний по поводу своих деда и бабки, которые в свои приличные годы танцевали без устали. Я слабо улыбнулась, про себя отмечая действительно озорной настрой между парой. Долго смотреть на подобную нежность я не смогла, мне вдруг показалось, что нежданные капельки слез пытались пробиться на волю.
— Дора, как малышка?
Я первым делом бросилась к огромной кровати, где посапывала моя пятимесячная дочь Ника, моё солнышко, любовь всей моей жизни.
— Слопала свой ужин, немного погулила и уснула, — отчиталась наша помощница, без которой время от времени мне бы приходилось туго.
Девушка, давняя знакомая Мирона, с легкостью согласилась помогать мне ещё после выписки из больницы. Без её ловких ручек я бы просто пропала. Не скажу, что я совершенно пропащая, но после долгого восстановления после родов, после всех анализов, у меня практически не было сил двадцать четыре часа в сутки справляться с недоношенным ребенком. И пусть нас выписали уже через месяц и Ника нормально набирала вес, я была не совсем уверенна в своих силах.
— У нас с Лизой сейчас состоится важный разговор, ты не смогла бы немного прогуляться, — слышу за спиной обращение мира к Доре.
— Не вопрос, как закончите — набери.
— Непременно.
Дверь в номер тихонько открылась и так же тихонько закрылась. Мы остались в небольшом уютном номере одни. Вот она возможность поговорить, а я чувствую, будто бы каждая клеточка моего тела напряглась до предела. Мир видел мое состояние, но не наседал, он просто присел на край стула и просто изучал меня, нервно теребящую детскую бутылочку в руках.
Наши взгляды наконец-то скрестились, я шумно выдохнула и, продолжая нервно покусывать губы, пыталась заставить себя выдавить из горла хотя бы что-то членораздельное. Мир не выдержал, он резко соскочил со стула и молниеносно сократил между нами расстояние. Осторожно взял меня за плечи и легонько встряхнул, заставляя смотреть ему в глаза.
— Ты кого-то увидела здесь? Кого-то и прошлого?
Смотрю в его встревоженное лицо и понимаю, что в голове он пытается перебирать всех возможных людей, которых я могла встречать сегодня вечером здесь, в ресторане. Я напрягаюсь еще больше, совершенно не контролируя своё тело, и этот нюанс никоим образом не ускользает от наблюдательного Мира. Мне кажется, что он сейчас в памяти проигрывает все те полтора часа, что мы были среди гостей, вспоминает любую мою реакцию на каждого, с кем я говорила.
— Я думал, что мне просто показалось, но проанализировав ситуацию, могу сделать один вывод: Николай?
Я резко дернула плечами, чтобы сбросить руки мужчины, которые в мгновение мне показались жутко тяжелыми. На кровать беззвучно упала почти пустая бутылочка, а рядом, на край кровати, присела я, пальцами хватаясь за ткань платья, чтобы хоть чем-то занять свои руки.
— Значит, я не ошибся…
Голос Мира уже не такой нежный и ровный, я чувствую нотки гнева, нетерпения. Он хочет знать больше, а я наконец-то осознаю, что время икс настало, если затеяла этот разговор, то просто обязана довести его до логического завершения.
Делаю глубокий вздох и резко стаю с кровати, слегка пошатываясь, пересекаю комнату и лбом касаюсь стекла. Яркие огни города просто кричат о том, что ещё не время спать, что нужно наслаждаться каждым мгновением жизни и наслаждаться тем, что дарует судьба. Мама как никогда была когда-то очень давно права. Она часто повторяла одну фразу: «Время слишком быстро бежит, а то, что случилось — никогда не переписать начисто, можно просто изменить детали, обстоятельства, но, как было До, никто не в силах поменять».
Мой голос дрожал, пока я негромко рассказывала Мирону о том дождливом осеннем вечере, о встрече на дороге и моем спонтанном решении, на тот момент казавшемся правильным, переспать с едва знакомым мужчиной. Я не видела лица Мирона, но слышала его учащенное дыхание, едва сдерживаемое отчаяние и осознание того, что всё, что я сейчас так искренно рассказываю, является чистой правдой. Я не почувствовала облегчение, когда закончила свой рассказ, наоборот, с этой минуты все в моей нелегкой жизни только начинается.
Возможно, когда-то мама была права в том, что где-то или кто-то невидимый нам пишет историю нашей жизни, складывает события в одном, только ему ведомом, порядке, посылает испытания и наблюдает, насколько крепка сила и воля человека. Встреча с Мироном стала
