Выходя из лабиринта, Вэлин мельком, сквозь французские двери, заметил Эмилию. Та смеялась вместе с Актоном и Кортлендом, окружённая золотистым светом от люстры. На какой-то миг она показалась волшебным созданием - недостижимым, мимолётным, неуловимым, очаровывающим всех, кто оказался рядом с ней. Потом она, повернув голову, посмотрела наружу, и он мог поклясться, что ей было известно, что он стоял там и наблюдал за ней.
Действительно ли девушка обладала магией, раз почувствовала его на таком расстоянии? Пока остальные беседовали подле неё, она вглядывалась в ночь, лёгкая улыбка играла на её губах. Он не двигался с места, упорно надеясь, что она оставит его братьев и придёт к нему, и превратит это воображаемое волшебство в реальность.
Чары рассеялись, когда Актон наклонился к ней. Эмилия повернулась и позволила ему отвести её от окна. Вэлин выдохнул; он и не осознавал, что затаил дыхание. Он повращал плечами, чтобы избавить их от напряжения, возникшего от простого созерцания мисс Эмилии де Винтер. Этого было мало. Ему следовало освободиться от тех безрассудных желаний, которые она рождала в его голове, только лишь проходя рядом с ним.
Вероятно, ему стоит попытаться заключить с ней мир. Возможно, они станут друзьями. Такие светские отношения изгонят эти фантазии. К другу страсти не испытывают. Он не мог потакать нелепым грёзам о едва знакомой особе, которая, в конечном счёте, была простой авантюристкой, хотя и благовоспитанной.
Прекрасная идея. Они с Эмилией придут к дружескому соглашению, которое позволит ей рассказать ему правду о себе. Стоит загадке мисс де Винтер разрешиться, как он сможет продолжить поиск подходящей жены. И не будет никакого отвлечения на молодую женщину, покрытую тайной. Она больше не будет увлекать его своими диковинными поступками, сумасбродством и бесстрашием.
Вэлин закивал сам себе. Как только ему откроются её секреты, он перестанет так нестерпимо хотеть её. Он зашагал к дому. Лучше всего начать незамедлительно, завтра утром. Пока у мисс де Винтер не нашлось времени втянуть его в ещё большие неприятности, чем у неё уже получилось.
На следующее утро Вэлин задержался, когда остальные джентльмены из числа гостей отправились пострелять. Он был на пути к мишеням для стрельбы из лука, установленным на лужайке, что простиралась между садами и парком позади Эджинкорта. Он быстро спускался по ступеням террасы, когда Актон окликнул его по имени и бегом устремился к нему от дома.
- Мне нужно с тобой потолковать, - сказал он.
Вэлин отмахнулся от него. - Я уже согласился оплатить все твои долги.
- Я не о них.
Вэлин вздохнул и окинул взглядом балюстраду, что отделяла следующую террасу от английского сада и тисового лабиринта. Это было прохладное, в одеянии из серебристой росы и молодой листвы, майское утро. Он был уверен, что Актон его испортит.
- По поводу этой помолвки, - сказал Актон. - Ты ненормальный?
- Что это значит?
- Нам ничегошеньки не известно об этой мисс де Винтер. Мы не знаем её родителей.
- Они умерли, - ему были видны дамы, прицелившиеся по мишеням.
- Или её родных.
Мисс де Винтер видно не было.
- Они живут во Франции и в Нортумберленде.
- А её внешний вид и состояние посредственны, - сказал Актон.
Вэлин оторвал взгляд от стрелков и уставился на брата. - Ты злословишь о девушке, которую я просил стать моей женой?
- Я изумлён, да и только. И ты должен признать, что существует уйма девиц гораздо милее и богаче.
- Как по мне, у неё достаточно денег, и я нахожу её красивой. С какой такой стати тебя заинтересовали эти обстоятельства? - Вэлин прищурился и тихо произнес: - Ах, понятно. Ты бы сам предпочёл быть маркизом, но раз им должен быть я, следовательно, ты хочешь, чтобы я женился на ком-то, чьё состояние будет служить тебе резервным банком.
Актон покраснел. - Это гнусная ложь.
- Значит, тебя заботит моё будущее счастье? Как трогательно.
- Я просто не понимаю, почему ты так торопишься жениться, - отрезал Актон. - Прежде такого не было, и мне известно по какой причине.
Вэлин набросился на брата. - Поосторожнее, Актон.
- Ты боялся, что ни одна женщина не захочет тебя. Боялся, что снова пойдут старые толки. Не спросит ли какая из них у тебя о…
- Да ты заткнёшься?
- Собираешься рассказать мисс де Винтер? - Актон, недоумённо взирая, прохаживался вокруг Вэлина. - Или, хочешь, это сделаю я, ты ведь никогда не любил об этом говорить? Я смог бы, ты знаешь. Я ей скажу: - О, кстати, мисс де Винтер, не обращайте внимание на дурацкие слухи, что мой брат в семнадцать лет сжег нашего отца с мачехой в старом домике.
Актон поднял палец. - И в слухе, что он соблазнил мою мачеху, нет правды. Ни капельки. Те ссоры между ним и моим отцом происходили из-за мальчишеских проказ в школе, и не связаны с дорогой Каролиной. Вовсе нет, - Актон стоял и мерзко ухмылялся Вэлину.
- Ну не ублюдок ли ты?- произнёс Вэлин.
- Я только вызвался тебе помочь, старина.
Не владея собой, Вэлин начал спускаться по ступеням террасы, затем остановился. - Актон, ты помнишь, когда у нас с тобой была последняя битва? Физическая, я имею в виду.
- Да.
- Помнишь, кто победил?
Актон хмуро уставился на него.
- Если ты будешь дурно отзываться обо мне перед мисс де Винтер, ты проведешь остаток сезона в постели, приходя в себя после нашей следующей битвы.
Он спешно покинул террасу, опасаясь, что потеряет контроль и завяжет Актону ноги вокруг его шеи. У Актона был талант вынюхивать чьи-то слабости и использовать их как оружие. Вэлин научился не показывать брату, что его колкости задевают за живое, но эта атака была столь неожиданной, что он вышел из себя. Давние воспоминания затопили его разум, и перед ним промелькнули картины более чем десятилетней давности.
Отец был уже несколько лет женат на Каролине, и в тот день отправился по соседству понаблюдать за покупкой чистокровки [33]. Был разгар лета, один из тех жарких, ясных дней, когда мухи засыпают от жары, и насекомые стрекочут на солнышке. Он на несколько недель приехал со школы домой и в то утро катался верхом. Вернувшись, он нашёл записку Каролины, в которой она просила встретиться с ней в старом домике.
Каролина заставляла его нервничать. Она была лишь на восемь лет старше его, но её внешний вид говорил об её опытности. Когда они оказывались в компании друг друга, Каролина обязательно буравила его оценивающим взглядом, отчего он заливался краской. Она неизменно, каждый раз получала удовольствие от его смущения.
Что ещё хуже, у неё вошло в привычку тихонько отпускать смущающие замечания, старясь, чтобы только он их слышал. Как-то после обеда они были одни в гостиной, и Вэлин встал на колени, чтобы разворошить огонь. Внезапно она очутилась рядом с ним на полу, а её рука - на его бедре. Он чуть не свалился на задницу, отползая от неё.
