Что ещё хуже, у неё вошло в привычку тихонько отпускать смущающие замечания, старясь, чтобы только он их слышал. Как-то после обеда они были одни в гостиной, и Вэлин встал на колени, чтобы разворошить огонь. Внезапно она очутилась рядом с ним на полу, а её рука - на его бедре. Он чуть не свалился на задницу, отползая от неё.
Что она делает в домике? Он не жаждал встречаться с ней там, чтобы оказаться мышкой в её игре в «кошки-мышки». Вэлин кинул записку в корзину для бумаг в своей комнате, но помедлил, когда снимал куртку для верховой езды. В последний раз, когда он отказался увидеться с Каролиной, та пожаловалась отцу на его невоспитанность. Если он её рассердит, в итоге выйдет ссора. Возможно, ему следует встретиться с ней и прийти к некоему соглашению; если он ясно даст ей понять, что не желает играть в её игры, как ни крути, будет меньше затруднений.
Вэлин обратно натянул куртку, вернулся в конюшни и вскоре уже скакал через парк. Старый домик, или иначе - охотничий, был построен предшествующим владельцем во времена, когда король Яков был частым гостем в Эджинкорт Холле. За красным кирпичным фасадом скрывался мрачный интерьер с тёмными деревянными панелями. Узкие окна были расширены, но их ромбовидные секции пропускали не слишком много света. Им редко пользовались, и Вэлин не любил его крошечные комнатки и гуляющие по дому сквозняки. Место было настолько тёмным и холодным, что даже в летний день приходилось зажигать свечи и поддерживать огонь в камине.
Добравшись до домика, Вэлин постучал, но ему не ответили. Он вошёл, в комнатах нижнего этажа не было ни души. С растущим недовольством он понял, что Каролина, вероятно, забыла, что вызвала его сюда и даже не появилась тут.
Потом до него донёсся её смех. Он уже собрался окликнуть её, но снова услышал её голос. На этот раз она что-то напевала. Вэлин последовал за звуком вверх по лестнице, но замедлил шаг, когда узнал напев. То была непристойная песня из таверны, которая ни одной леди не могла быть знакома. Пока он стоял в нерешительности, воцарилась тишина.
Стремясь побыстрее завершить эту встречу, Вэлин поспешил через лестничную площадку к полуоткрытой двери. Он занёс кулак, чтобы постучать в дверь, когда его настиг голос Каролины.
- Входи, Вэлин. Я жду уже целую вечность.
Он узнал этот дразнящий, с намёком тон. Не зная, то ли уйти тотчас, то ли умиротворить мачеху, как ему требовалось, Вэлин вошёл в комнату. Каролина стояла посреди спальни завёрнутая в домашний парчовый халат. Она зажгла огонь и расставила уйму свечей вокруг кровати с пологом на четырех столбиках. Послав ему короткую жеманную улыбку, распахнула халат.
Рот Вэлина уже был открыт. Теперь его глаза стали размером с блюдца, и кровь прилила к голове. Смятение и ужас жгли душу Вэлина, в то время как тело превратилось в ледник. Он не мог ни говорить, ни двигаться.
- Мой милый, милый Вэлин, - промурлыкала Каролина, - наконец-то ты здесь.
Вэлин таращился на неё, пока она неторопливо приближалась к нему, окидывая его взглядом с головы до ног. Зрачки её были расширены, и она слегка невнятно произносила слова.
- Я тут спорила сама с собой,- сказала она. - Добропорядочная Каролина говорила подождать. Ведь ты ещё даже не поступил в университет. Но порочная Каролина возмутилась. Она такая, такая жаждущая, видишь ли. И порочная Каролина одержала верх.
Вэлин с трудом сглотнул, в то время как она стояла перед ним, руки на обнажённых бёдрах, халат свисает с рук и волочится позади неё.
- Входи, Вэлин. Скажи что-нибудь, а не стой тут, словно ошеломлённый самец.
Во рту пересохло, тело одеревенело, Вэлину казалось, будто бы он был сторонним наблюдателем в разыгравшейся сцене. Он наблюдал, как Каролина взяла его руку и положила себе на грудь. Это прикосновение выбило его из оцепенения.
Он отпихнул Каролину и повернулся к выходу, мачеха быстро обвилась вокруг него и, утонув рукой в его волосах, потянула его голову к себе. Она почти коснулась ртом его губ, прежде чем он смог выпутаться из её объятий и отступить. Она последовала за ним, но он ускорил шаг, чтобы увернуться от её хватки. Её ухмылка должна была насторожить его, но он потерял равновесие до того, как понял, что валится спиной на кровать.
Его мачеха уже была там, когда он приземлился. Скользнув коленом меж его ног, она положила руки ему на плечи и вдавила его в матрас. Встревоженный, Вэлин высвободил одну руку и попытался сжать женщину. Внезапно он почувствовал что-то на запястье. Его руку дёрнули, и он понял, что Каролина завязала кожаный ремешок вокруг его запястья и прикрепила его к столбику кровати. Ошеломлённый, он наблюдал, как она обвила следующим ремешком его второе запястье.
- Тихо, любимый, - произнесла Каролина. - Тебе это понравиться.
- Нет!
Вэлин брыкался и дёргался, сопротивляясь ремням, но они не отпускали. Видимо Каролина приготовила их заранее.
Теперь она тяжело дышала от их борьбы, но её юмор остался при ней. - Вероятно, мне потребуется больше времени на тебя, мой милый. Но мне, право, по душе мужчина с лёгким боевым задором.
Когда Вэлин снова попытался высвободить руки, она водрузилась на него, скользнула рукой ему под сорочку и добралась до талии. Вэлин старался стряхнуть её с себя, но не смог помешать ей юркнуть рукой ему между ног. Когда она осторожно сжала его, он негодующе взревел и, резко рванувшись, свалился с кровати. На этот раз Каролина скатилась на пол вместе с ним. Одно запястье Вэлина было всё ещё привязано к столбику кровати, но от их неистовой борьбы вырвалась рама. Один столбик с грохотом рухнул у прикроватного столика, отчего с него соскользнул канделябр и ударился о дальнюю стену, окно которой до самого пола обрамляли занавеси.
В борьбе за освобождение своего связанного запястья у Вэлина не было времени увёртываться от Каролины, когда та снова на него накинулась. Она в яростном поцелуе завладела его ртом. Потом он мельком, краем глаза, заметил пламя. Он пытался заговорить, но у него во рту был язык Каролины. В отчаянии Вэлин прекратил попытки побороть её и сосредоточился на освобождении от сломанного столбика кровати. Пока её руки бродили по нему, насильственно овладевая им и пробуждая в нём отклик, который он был не в состоянии контролировать, Вэлин пытался развязать кожаный ремешок. Тот ещё туже замотался от падения.
Каролина без предупреждения оставила его рот.
- Здесь огонь, чёрт тебя подери! - закричал он.
Она не слушала. Она взглядом ласкала пламя, и к ужасу Вэлина до него дошло, что она ещё больше возбудилась от опасности. Она посмотрела вниз на него и разорвала на нём рубашку.
- Ты заставляешь меня пылать с таким же жаром, как и пламя.
