Капитан Смеу Еуджен выдернул из стога соломинку и стал машинально ее покусывать, глядя на неподвижные крылья мельницы и не видя их.
— Ну, предположим… А что же он мог искать у меня в комнате? — проговорил наконец Смеу.
— Этогo я не знаю. Предполагать можно многое. Ясно одно: ночной гость приходил к вам совсем не для того, чтобы полюбоваться на то, как вы спите. Вы проверили, у вас ничего не пропало?
— Абсолютно ничего! Черт побери, вы представляете, какая ответственность лежит на мне?
Уля Михай улыбнулся не без некоторой иронии:
— Думаю, что не большая, чем на мне и капитане Георгиу. В силу некоторых обстоятельств ваша роль в той борьбе, которая невидимо развертывается, несколько пассивна. Ваша задача — обеспечить надежную связь с высшим штабом с помощью шифровальной машины. Ответственность за поимку того, кто пытается добраться до этой машины, лежит на нас, главным образом на мне. Вы же отлично знаете, что для этого я здесь и нахожусь. Пока мы действуем на ощупь. Визит, который нанесли вам ночью, еще больше осложняет обстановку. Насколько я теперь понимаю, мы имеем дело с очень опытным и умелым противником. Но я ведь тоже хотел кой о чем спросить вас. Каково ваше мнение о Бурлаку Александру?
— Вы только что спрашивали меня о Некулае, а теперь о Бурлаку. Неужели вы и его подозреваете? В таком случае я должен сказать со всей откровенностью: о нем я самого лучшего мнения!
— И на меня он произвел очень хорошее впечатление, и всё-таки…
И Уля рассказал историю о пропавшей фотографии.
— Невероятно! — возбужденно воскликнул капитан Смеу. — Я доверял ему больше, чем кому-либо. Я могу вам признаться в этом, так как знаю, что это останется между нами. Я питал к нему всегда настоящую симпатию. Часто я говорил себе, что если бы завтра наступил мир, я бы хотел иметь именно такого друга, как он. Потрясающе! Ей-богу, даже верить не хочется… Вы действительно были правы, когда сказали, что этот ночной гость всё запутал. Если предположить, что Бурлаку агент Абвера или хотя бы связан с ним, то какой же смысл в этом посещении моей комнаты?
— Правильно! Между кражей фотографии и ночным визитом к вам не существует, на первый взгляд никакой связи. Но еще неизвестно, что мы скажем завтра, когда будем знать больше…
— Вы собираетесь передать его Второму отделу?
— Пока ни в коем случае! Этот моц сильный человек. И если он действительно в чем-нибудь замешан, то сумеет найти объяснение, которое его оправдает.
— Что же тогда вы собираетесь делать? Уля Михай пожал плечами:
— Мне трудновато ответить на этот вопрос. Видите ли, мы в таком положении, при котором малейшая оплошность может всё испортить.
— То есть?…
— Попробую объяснить понятней. С одной стороны, мы находимся в выгодном положении, так как, не зная, под чьим именем скрывается агент Абвера, знаем о его существовании и целях, которые он преследует. И это главное наше преимущество. Наш противник, не догадываясь, по всей вероятности, о том, что за ним идет охота, чувствует себя в сравнительной безопасности. Потому-то малейшая ошибка с нашей стороны может всё испортить. Если агент каким-либо образом пронюхает о том, что мы его ищем, он немедленно исчезнет.
— Вы думаете? — недоверчиво спросил капитан Смеу.
— Уверен в этом. Он бы скрылся, потому что задание, которое он должен выполнить, потеряло бы всякий смысл.
— Ей-богу, ничего не могу понять.
— А между тем это довольно просто. Ведь агент знает о том, что, если откроется сам факт его существования и станет известно, что ему удалось овладеть ключом к шифровальной машине, — пользоваться этой машиной никто не будет, пока не выработают нового ключа. В таком случае, какой же ему смысл рисковать своей шкурой? Ведь и мы и этот вражеский разведчик в известной мере находимся в одинаковом положении: мы должны поймать его, не вызывая у него даже тени подозрения о том, что догадываемся о его существовании; он же должен выполнить свою задачу так, чтобы об этом тоже не успели узнать. Вероятно, в данный момент он убежден, что мы о нем ничего не знаем. Поэтому так важно сейчае ничем не показать, что мы ищем его, что знаем о его присутствии среди нас. Главное, не спускать глаз с железного ящика, в котором хранится шифровальная машина. Этот ящик должен стать тем капканом, который прихлопнет господина из Абвера; следя за капканом, мы можем дать ему возможность первому допустить ошибку. В этой игре, господин капитан, выигрывает тот, кто совершает меньше ощибок. Впрочем, как и в любой другой игре.
— Именно поэтому, — воскликнул капитан Смеу, — мы и не можем только выжидать, необходимо действовать! Успешная игра невозможна без риска. Если мы рассчитываем только на ошибки и глупость своего противника, значит — мы проигрываем игру.
— Не забывайте, что речь идет не просто об игре. На карту поставлена судьба многих людей, и в такой «игре» осторожность и выдержка становятся крупным козырем.
— О, я не хотел вас задеть, прошу мне поверить, просто эта проклятая история не дает мне покоя.
— Я уже достаточно хорошо вас знаю, чтобы понимать, что всё это говорится от чистого сердца.
— Спасибо за доверие. А теперь пойдемте. Если я кому-нибудь буду нужен, здесь меня никто не сможет разыскать.
— Господин капитан, я приду сегодня попозже. Надо заглянуть к младшему лейтенанту Попазу. Необходимо выяснить некоторые подробности, связанные с убийством шофёра Пантелеймона.
— Разве вы до сих пор с ним не говорили? — удивился капитан Смеу. — Ведь уже целая неделя, как вы здесь?
— Говорить-то с ним я говорил, но до сих пор не придавал значения некоторым событиям, происшедшим в ту ночь, а сейчас…
— Что сейчас? — с любопытством спросил капитан Смеу.
— Сейчас некоторые происшествия той ночи представляются куда более значительными, чем таинственное исчезновение фотографии или даже ваш «ночной гость».
— Как это? Объясните, пожалуйста.
— Если хотите, можно подвести некоторый итог тому, что произошло за последние десять дней. Агент противника, заняв место нашего солдата из роты регулировщиков, на перекрестке дорог меняет указатели… Благодаря бдительности одного из наших офицеров агент арестован, но по дороге ему удается покончить с собой. Одновременно с этим, или почти в то же самое время, машина, которая перевозит имущество шифровального отдела, выходит из строя и застревает посреди дороги… Несколькими часами позже шофёра этой машины находят мертвым под машиной, которую он пытался починить… Вам подсыпают снотворное, и некто пробирается в вашу комнату, преследуя цель, которая нам еще неясна. У меня пропадает фотография из солдатской книжки… Бурлаку пытается водить меня за нос, утверждая, что и у него исчезла фотография. Как видите, за эти десять дней произошло довольно много событий, не лишенных значения. Но попробуйте связать их между собой и скажите по совести — не заболит ли у вас голова от всего этого?
