С каждым ударом они, казалось, лишь удваивались, а не исчезали.
Даже выпады Саргона теперь приносили пользу. Слишком слабые, чтобы нанести серьезный урон, они, тем не менее, отбрасывали в сторону конечности противника, сбивали напор или просто дезориентировали, если попаданцу удавалось попасть по рогам. Камей же умело пользовался каждым выигранным моментом, наносил демону пусть поверхностные, но широкие и кровавые раны жалом своего копья.
— Не расслабляйся, малец! — Мужчина оскалился, снова прочертил широкую рану на груди противостоящего им монстра. Тот бросался на двух людей уже далеко не так энергично, как всего полминуты назад. По грузному телу чудовища начали понемногу течь потеки мерзкой демонической крови, багровое тело уже казалось полностью исчерченным длинными и глубокими ранами. А сам враг пыхтел, хрипел, сипел, и тратил силы на бесполезные рывки.
— Я добью его! — Стас раскрутил цепь с билом над головой, компенсируя недостаток силы, а потом с треском опустил оружие на врага. Тяжелый, разогнанный до невероятной скорости груз с гулким ударом проломил ключицу монстра, смял чужую плоть и кость в одно багровое месиво.
Демон взвыл. Атака бросила его на одно колено, разом отняла и без того невеликие шансы на победу. Однако тварь даже не думала сдаваться. Та же самая ярость, что придавала сил защитником крепости, теперь гнала его вперед, заставляя забрать с собой как можно больше людей.
Уже умирающий монстр словно обрел второе дыхание. Он резко вскинул опущенную голову и бросился на своих противников, перестав замечать многочисленные раны. Стоявшего у него на пути Камея демон заставил шарахнуться в сторону, а после проигнорировал ужалившее его в бок копье.
Целью твари оказался именно Стас. Попаданец вздрогнул, когда поймал взгляд антрацитово-черной склеры своего врага. Сейчас там не осталось ничего не то что человеческого, а в принципе живого. Попаданец ощутил себя как перед темным жерлом танковой пушки, так поразившим его еще в далеком детстве.
И все же монстр не успел. Ему не хватило какой-то доли секунды. Длинные, кривые когти уже неслись вперед, готовые растерзать самонадеянного мальчишку, когда тот принял единственно правильное решение: кинулся вперед, прямо к чудовищу. Так, как уже делал до этого, пользуясь своей ловкостью и неповоротливостью багровых туш.
Оружие демона прошло мимо, на миллиметры разминулось с хрупким телом малолетнего новобранца. Враг рода человеческого распахнул пасть, стараясь хотя бы так достать мальчишку, но Стас оказался слишком близко к нему. Страшные челюсти бессильно щелкнули где-то над головой парня, а сам он, не снижая скорости, вогнал деревяшку своего кистеня внутрь им же сделанной раны.
Горячая жидкость брызнула вокруг, точно от вскрытого нарыва, обожгла лицо и руки. Остаточный импульс бегущей твари подмял под себя Стаса, но в последний момент попаданец изогнулся, почти змеиным движением ушел из-под несущегося вперед противника. Тот по инерции сделал несколько шагов, постепенно замедляясь, а следом просто упал мордой вниз, еще глубже вогнав оставленное в ране древко кистеня.
— Мы сделали это… Мы убили его, Камей! — Попаданец рассмеялся от облегчения. Он снова выжил, не иначе чем чудом. Стас, все еще улыбаясь, вдохнул терпкий, холодный воздух с привычными уже железными нотками, вытер мокрые от тумана брови рукавом, огляделся вокруг.
Его радость и гордость как рукой сняло. Даже боевая злость, согревавшая новобранца весь бой куда-то улетучилась, оставила после себя лишь гусиную кожу и вставшие дыбом волосы. Станислав машинально сжал окоченевшие пальцы, но оружие так и осталось под умершим монстром, делая юного новобранца еще большим смертником, чем до начала боя.
Потому что впереди их ждал демон-культиватор.
"Надо подобрать что-нибудь, и побыстрее!" — Мелькнула здравая мысль. Выковыривать кистень из-под тяжелого тела мертвой твари нечего было и думать. Впрочем, Стас успел приметить брошенное еще десятником строевое копье, даже наклонился поднять его, когда воплощение смерти явило свой мерзкий лик.
Демон вышел из молочно-белого марева легкой, пружинистой походкой. Тяжелый, выматывающий бой с лучшим мечником среди всего их набора почти не сказался на нем. Лишь несколько поверхностных ран алели на темно-багровой, с фиолетовым отливом кожи.
Голову этого самого мечника монстр уже держал у себя в лапах. Потеки крови на пожелтевшей коже, пустые бельма, что пялились в пространство, кусок позвоночника, выглядывающий из-под оторванной шеи.
Демон поднял трофей за толстую черную косу, которой принялся помахивать с небрежностью победителя. Клыкасто скалился в тон распахнутому в безмолвном крике рту человеческой головы, обвел взглядом поле боя, ближайшие к нему фигуры изнуренного Камея, полумертвого Ваня и его, Стаса. Мелкого, безоружного мальчишку рядом со слишком большим для себя копьем.
— Ка… как такое возможно?! — Прохрипел бывший бандит, неверящим взглядом пялясь на оторванную голову мечника, — Да Юлвей один мог порезать весь наш отряд и еще на закуску оставить! — Прошептал он засохшими губами.
"Вряд ли. Количество имеет значение. В схватке один против всех он бы разменял свою жизнь на двоих-троих от силы. На нашем этапе культивация не слишком превосходит опытного, тренированного человека", — Бесстрастно отметил попаданец. Невысказанные слова гулко отдались в пустом от шока сознании, — "Однако он был лучшим среди нас, даже включая десятника. Факт".
После появления демона в нем что-то сломалось внутри. Не осталось ни надежды, ни тоски, ни страха. Только глухое раздражение пополам с тяжестью от усталых мышц. "Хоть бы это поскорее закончилось" — единственное осмысленное чувство в его сознании.
— Копья наизготовку! Мы еще можем победить! — Раздался откуда-то слева отчаянный голос Акургаля. Вскоре показался и сам десятник. Раненый, тяжело дышащий, мужчина тяжело подволакивал ногу и дергался в нервном тике залитой кровью лысиной. В его облике не имелось ничего героического, однако и Вань со сломанной рукой, и полумертвый от усталости Камей слегка приободрились. По крайней мере, нашли в себе силы выставить вперед свое оружие, принялись обходить врага с разных сторон.
Поднял копье и сам Стас-Саргон. В победу он уже не верил, но хотя бы продать свои жизни подороже у них могло получиться. Ведь могло же?
Демон не стал мешать их приготовлениям. Спокойно дождался, когда люди окружат его с трех сторон, глухо, предвкушающе заворчал, от чего грудная клетка налилась изнутри фиолетовым огнем, словно вместо легких у твари раскаленный горн. А затем монстр пошел в бой.
Он не стал ждать начала атаки солдат. Нет, демон напал сам.
Сжатая в лапе коса Юлвея раскручивается на манер пращи, и голова сильнейшего мечника их призыва с размаху врезается в темя десятника. Мертвая плоть лопается, не выдерживает удара, но и сам Акургаль падает как подкошенный. Не успевший парировать атаку цзянь падает из обмякшей ладони, на какую-то долю секунды обгоняет
