перед глазами. Медленно, как в жизни или фильме. Ты следишь одновременно и за событиями, и за чередой мыслей. И оказывается, что эта возможность последовательного осознания и сопереживания ведёт к серьёзному всплеску эмоций и нешуточному удовольствию.
«Что же ты, Дмитрий, хотел нам сказать этой странной посылкой?» – Янг снова, в который уже раз, повертел в руках книжку и положил её на стол рядом со вторым «вещдоком» – перстнем в виде паука.
Перстень брать в руки не хотелось – ещё свежи были в голове воспоминания о том, как он пытался примерить эту игрушку на собственный палец. Опыт оказался плачевным: моментально поднялось кровяное давление, палец начал синеть и распухать на глазах. Янг едва успел сорвать с себя чёртового паука, и, как позже выяснилось, правильно сделал. Оказывается, подобные перстни, являясь сложными и дорогими электронными устройствами, всегда создавались индивидуально, на заказ и в определённых кругах являлись как бы средством идентификации владельца, потому что надеть его на себя и безболезненно носить мог только единственный человек – хозяин вещи.
Это тоже была зацепка. Поэтому Янг встретился с опытными людьми из полиции, сделал соответствующие запросы – ему обещали помочь.
Но пока ближайшим направлением поисков был ресурсный космопорт.
На него, пусть и косвенно, указывало сразу несколько следов.
Во-первых, сразу после того, как выяснилось, что Дмитрий Волин перед своим таинственным исчезновением сел в машину к неизвестным, возможно вооружённым, людям, были проверены все аэротакси, которые в установленный период могли привезти Дмитрия на ближайшую к цветочному магазину посадочную площадку. Это оказалось несложно, поскольку было известно время отправки посылки с книгой. Нужное такси быстро нашлось. Была обнаружена сломанная крышка силового отсека, нашлись микрочастицы с одежды Дмитрия и отпечатки пальцев внутри. Выходило, что в машине он пытался от кого-то укрыться: то ли от наблюдения, то ли от нападения. Было установлено место посадки в такси, а именно площадь перед вокзалом орбит-басов, а также рейс и время прибытия челнока, привёзшего Волина туда именно из ресурсного порта. При этом оставался открытым вопрос: как он в порт попал? В числе других вопросов были такие: Почему и от кого он пытался спрятаться, находясь в машине? Если заметил слежку, почему не позвонил, не сообщил в управление? Не мог? Не хотел? Почему?..
Во-вторых, в рабочем компьютере Волина обнаружился среди прочего некий план собственного расследования. Грамотно формализованный, аккуратно начатый, с шаблонами аналитических схем и классификационными таблицами, специально предназначенными для работы с разведывательной информацией. Беда была лишь в том, что таблицы и схемы пока были практически пустыми. Но сам факт составления подобного плана был тревожным сигналом уже сам по себе. Интерес представлял также, черновик, точнее мысли для дальнейшего обдумывания, из которых следовало, что Дмитрий хочет детально ознакомиться с организацией работы транспортной системы Большого Союза. В этой логике посещение ресурсного порта выглядело вполне естественным.
«Вот ещё и книжка эта, тоже, можно сказать про транспорт доисторический. А может и нет…» – Зуру Янг решил, всё-таки, исходить из того, что содержимое книжки никакого отношения к работе Дмитрия не имеет. Главное своё предназначение книжка выполнила – вывела расследование на цветочный магазин и факт похищения человека.
В-третьих, от охранной службы одной лунной платной стоянки частных космических кораблей поступил любопытный сигнал: некая государственная организация осторожно интересовалась находящимся на территории стоянки кораблём, который по «подпольной» легенде принадлежал как раз Дмитрию Волину согласно его роли не брезгующего «чёрной работой» космолётчика. А одной из структур, входящих в означенную государственную организацию, был вышеупомянутый ресурсный космопорт… Это было уже серьёзно…
Что ж, как говорится, «пришла пора выехать на место».
***
Громада ресурсного порта показалась Зуру Янгу пустой и неприветливой. Случившаяся в этот период аномально повышенная солнечная активность заставила приостановить на время суету погрузочно-разгрузочных работ, закрыть наглухо двери ангаров и жалюзи на окнах. Население порта, спасаясь от вынужденного безделья, разошлось по кают-компаниям, барам и прочим местам для времяпровождения, так что коридоры в своей необычной пустоте только подчёркивали общее отрицательное впечатление.
Чтобы не привлекать излишнего внимания к своей персоне и одновременно облегчить себе проникновение за запертые двери, Янг решил слегка «замаскироваться», действуя по известной схеме «прячь листья в лесу».
Для этого он договорился со «смежниками», чтобы те организовали в порту достаточно серьёзную официальную проверку по линии экологического надзора, а себя скромно определил заместителем руководителя проверяющей группы. Таким образом он получил и доступ к закрытым помещениям порта, и возможность, не вызывая лишних подозрений, задавать свои вопросы персоналу и посетителям. Для большей убедительности он надел форменный китель экологической полиции, а надо заметить, что его реальный чин в своей службе соответствовал армейскому званию майора.
Он без труда получил список всех сотрудников станции – со времени исчезновения Дмитрия Волина вахта не менялась, что сильно облегчало дело. Запросил среди прочего списки приезжающих и отъезжающих – вероятно далеко не полные, и, тем не менее, с удовлетворением обнаружил имя Волина среди пассажиров отбывшего на поверхность планеты орбит-баса.
Пока было непонятно, как Дмитрий попал сюда, что здесь делал, с кем и о чём разговаривал. Но кто-то, в том числе среди тех, кто в данное время находился на станции, непременно знал ответы на все эти вопросы. Сложность состояла в том, что этот кто-то мог вполне оказаться преступником.
Зуру Янг прекрасно понимал, что он не имеет права не только раскрыться, но даже вызвать подозрение при случайной встрече «не с тем человеком», поэтому с каждым из опрашиваемых разговаривал осторожно, в основном на темы их непосредственной служебной деятельности, лишь иногда касаясь, как бы невзначай, интересующих его вопросов. Он настроился на долгую кропотливую работу, но всё оказалось значительно проще, потому что искал не только он, но, точно также, искали и его самого.
Женщина сама подошла к нему в коридоре, куда он вышел после очередной беседы, чтобы слегка размять ноги, попросила пройти на одну из ближайших смотровых площадок, а сама пообещала составить ему компанию через несколько минут. Оценив серьёзное выражение её лица, он не стал задавать вопросов, просто выполнил просьбу.
На смотровой площадке было пусто и тихо. Можно было не опасаться, что кто-нибудь помешает их разговору – опущенные от избыточного солнечного излучения створки жалюзи и полное отсутствие укромных местечек делали сейчас смотровую площадку неинтересным объектом для посещения.
Ему не пришлось долго ждать.
Она подошла быстрыми шагами, отрекомендовалась Мариной. Даже фамилию свою не назвала, наверное, от волнения, впрочем, это и не требовалось – буквально за полчаса до того он
