Бросив якорь, Колумб сразу же направил на берег лодку, чтобы установить, где все-таки они оказались. Выяснилось, что путешественники прибыли на самый южный из Азорских островов — Санта-Марию. Островитяне не могли поверить, что испанцы смогли прибыть к ним, так как в течение целых пятнадцати дней бушевал такой сильный шторм, каких никто там никогда не видел. Как стало известно несколько позже, эта зима оказалась самой холодной и с самыми мощными штормами на памяти людей. За ее месяцы в морях у берегов Европы и ее островов затонули сотни судов, а десятки других были выброшены на их побережье. В течение нескольких недель из-за необычно суровых погодных условий корабли не могли выйти из целого ряда европейских портов, в том числе из Лиссабона, а генуэзская бухта просто замерзла Центр основных штормов той зимой пришелся на район Атлантики к северу от Азорских островов, что создало на пути каравелл Колумба три холодных штормовых полосы необычной силы и продолжительности. С учетом этих обстоятельств вполне можно считать, что прибытие «Ниньи» в разгар таких штормов на Азорские острова оказалось действительно настоящим чудом—чудом, совершению которого в немалой степени способствовали удивительные таланты Адмирала экспедиции.
Но теперь, когда испанцы достигли безопасности земли после многомесячного плавания и величайшего географического открытия, их эпопея вдруг приобрела совершенно неожиданный поворот. Первая группа людей, которую Колумб отправил на берег для переговоров с португальскими властями в целях закупи необходимых запасов и для совершения обета паломничества в местной церкви, подверглась захвату и аресту по распоряжению губернатора острова, который принял испанских посетителей за торговцев, незаконно промышлявших в португальских африканских территориях. Губернатор после этого даже попытался арестовать самого Колумба и остальных членов его команды прямо на каравелле, но в ответ получил от него обещание разбомбить поселение и увезти заложников, если арестованные испанцы не будут освобождены. Во время этой сцены поднялся очередной шквал шторма, кабели «Ниньи» лопнули, и ветер отнес ее к берегу острова Сан-Мигель, но затем он же принес каравеллу обратно. За это время губернатору удалось выяснить подлинную историю появления Колумба в его владениях, досадный инцидент был исчерпан, и испанцы получили все, что им было нужно: запасы воды, провианта, вина, балласта и возможность совершить паломничество. 23 февраля погода начала улучшаться, и на следующий день Адмирал отдал распоряжение поднять паруса и направляться к берегам Кастильи.
Первые три дня плавания погода благоволила передохнувшим на Азорах путешественникам, которые, находясь теперь в 106 лигах от Санта-Марии и всего в 125 от западного мыса Португалии Св. Винсенти, уже предвкушали свое радостное возвращение домой, встречи с родными, близкими и друзьями. Колумб в свою очередь вносил правку в подготовленное послание для Изабелы и Фердинанда. Но 27 февраля погода вновь резко переменилась: взметнулся сильный встречный ветер, и вздыбились тяжелые волны. Каравелла была отнесена стихией со своего выбранного восточного курса и к концу того дня оказалась уже в полосе все время менявшихся ветров, которые заставляли ее многократно менять направление движения. Шторм продолжал нарастать с каждым днем 3 марта после захода солнца Колумб снова поставил курс на восток. Но неожиданно налетевший шквал сильнейшего ветра сорвал и разнес в клочья все паруса, что поставило каравеллу вновь перед смертельной опасностью. С участием Адмирала команда еще раз стала тянуть жребий для выбора паломника, который в случае выживания должен был отправиться в одной рубашке (символ покаяния) в храм Санта Мария де ла Синта в провинции Уэлва На сей раз жребий выпал на самого Колумба. По его подсчетам, тогда они должны были находиться у западного берега Португалии и недалеко от Лиссабона.
В наступившую ночь шторм достиг такой мощи, что экипаж «Ниньи» счел себя потерянным в кипящих волнах Атлантики, которые захлестывали каравеллу одновременно с обеих сторон, а ветры, казалось, несли беспомощную каравеллу по воздуху под страшным ливнем, грохотом грома и пламенем молний. К счастью для путешественников, сквозь массу облаков прорывались вспышки лунного света, через которые они заметили примерно в пяти милях перед собой приближавшуюся к ним землю. Опасность того, что неуправляемое судно может быть выброшено на берег и разбиться, была очень большой. Перед лицом этой практически неминуемой угрозы Адмирал отдает распоряжение поднять запасной главный парус, с тем чтобы попробовать развернуть каравеллу параллельно берегу и заставить ее двигаться вдоль него до обнаружения подходящей гавани или места, где можно было бы оказаться в безопасности. Это был очень трудный и рискованный маневр, но Колумбу он удался. С наступлением дня стало ясно, что корабль находится у скалы Синтра недалеко от гавани Лиссабона. Это был единственный выход спастись от гнева океана и не погибнуть.
Когда 4 марта истрепанная морскими бурями «Нинья» со своими измученными людьми вошла во внешний порт Лиссабона Белем, увидевшие их жители не могли поверить, что каравелле каким-то чудом удалось не только пережить длительный страшнейший шторм, но и войти в гавань, за что они молились все утро с того часа, как заметили ее у берега. Теперь испанцы снова были спасены от преследовавшей их морской стихии. «Нинья» требовала ремонта и разных починок, без чего она не могла продолжить путь даже в близкую теперь Испанию. Но сам Адмирал испытывал вполне понятное беспокойство за ожидавший его в Португалии прием, помня о тех двух отказах, которые он получил от ее короля по своему проекту. Поэтому Колумб не теряя времени направил Жоау Второму письмо с просьбой дать разрешение каравелле войти во внутренний порт Лиссабона для ремонта и пополнения запасов со ссылкой на своих суверенов, по поручению которых он совершил плавание в Индии, а не в Африку. Он одновременно позаботился срочно направить заранее приготовленное послание королеве и королю Испании.
На следующее утро с находившегося неподалеку большого королевского военного судна отошла вооруженная лодка с представителем ее капитана и направилась к каравелле Колумба. Поравнявшись с «Ниньей», португалец предложил Адмиралу перейти в лодку и затем представить рапорт на борту его корабля находившимся на нем уполномоченным Жоау Второго. Колумб ответил отказом, заявив, что он является Адмиралом суверенов Кастильи и не может давать отчеты указанным лицам. Услышав об этом, португальский представитель смягчил тон, но попросил представить грамоты королей Испании, которые и были ему показаны. После этого португальский посланник вернулся на свой фрегат доложить о своем визите его капитану. Через некоторое время капитан фрегата лично прибыл на «Нинью» с невероятной помпой при торжественном музыкальном сопровождении трубачей, флейтистов и барабанщиков. Он провел с Колумбом дружескую беседу и выразил готовность сделать для него все, что ему было необходимо. Оказанный португальскими властями прием вызвал огромное облегчение у Адмирала и всего экипажа. Теперь они могли заняться приведением «Ниньи» в надлежащий порядок и подготовиться к последнему этапу возвращения в Испанию.
