этого спала Ольга.
— Для меня будет спокойнее, если ты постелишь себе на полу около двери, — несколько смущенно сказал Эльдар.
— Ты что, шеф, действительно боишься? Думаешь, что тебя хотя убить? — удивился Сосна.
— He боюсь, а остерегаюсь. К твоему сведению. Енот объявил на меня охоту. Ни ты. ни я не знаем, когда я могу стать его дичью. Ты можешь мне сейчас сказать, сколько ключей от моей комнаты в санатории? И у кого они находятся помимо меня?
— Парочка ключей может находиться на стороне, а у кого из администрации санатория конкретно, гадать не буду.
— То-то же — нравоучительно произнес Эльдар. — Поэтому и ты спи да слушай. «Дуру» держи всегда под рукой, — закончил инструктаж Эльдар.
Сосна не спорил и. не возражал.
…Эльдар проснулся от того, что почувствовал, как чья-то рука полезла ему под подушку, где был спрятан пистолет. Противник и Эльдар одновременно схватились за оружие и стали вырывать его друг у друга. Если противник Эльдара боролся за пистолет молча, то Эльдар, считая, что имеет дело с Сосной, сердито прорычал:
— Ты чего, скот, обнаглел? Да я тебя сожру с потрохами!
Однако свет уличного фонаря дал Эльдару возможность разглядеть напавшего на него. Его противником был не Сосна, к помощи которого он теперь мог обратиться, а поэтому Эльдар стал громко говорить с неизвестным, надеясь разбудить Сосну:
— Ты как, скот, сюда попал?
Получив по зубам удар кулаком, Эльдар все равно не выпустил ствол пистолета из рук. Тогда неизвестный свободной рукой ударил по пистолету, который упал под кровать. Эльдар нырнул вслед за ним.
Проснувшийся наконец Сосна, держа наготове оружие, осторожно прошел из коридора в спальню.
Он увидел, как Эльдар полез под кровать, в то время как его противник, достав из-за пояса брюк свой пистолет, приготовился стрелять в Эльдара.
Сосна, подкравшись к злоумышленнику, ударил его почти что килограммовым пистолетом по голове. Тот снопом повалился на пол.
— Шеф, все в порядке, — предупредил Сосна Эльдара, боясь, что тот со страху может принять его за чужого и начнет стрелять.
Пока Эльдар вылезал из-под кровати, Сосна подобрал с пола пистолет с глушителем.
Включая свет в комнате, Эльдар поинтересовался:
— Ты его не угрохал?
Сосна толкнул ногой незнакомца, отчего тот перевернулся на спину.
— Вроде бы не должен.
— Если и подохнет, жалеть не будем, — одобрил его действия Эльдар.
Это несколько приободрило Сосну. Ему впервые пришлось бить человека пистолетом по голове. К такой «работе» он еще не привык.
Пощупав пульс незнакомца, Эльдар заявил:
— Пульс прощупывается, значит, живой. Ты на всякий случай свяжи его, вставь в пасть кляп, чтобы не кричал.
Сосна капроновой веревкой принялся связывать руки и ноги нарушителю их покоя, которым оказался парень лет двадцати пяти. Эльдар, наблюдая за этой картиной, задумчиво произнес:
— Интересно, как это он к нам сюда припожаловал? Не ты ли его впустил через дверь?
— Через дверь сюда он не мог проникнуть, иначе ему пришлось бы разбудить меня, — обиженно возразил Сосна.
Эльдар не поверил его словам, сходил в коридор, увидел лежащую на полу, вплотную к двери, постель Сосны и пришел к выводу, что тот его не обманывает. Выйдя на балкон, он увидел там свешивающуюся с крыши веревку.
— Сволочь, с крыши к нам спустился. Ошмонай его карманы, может, в них есть что-нибудь путевое.
Сидя на стуле рядом с пленником, Эльдар размышлял вслух:
— А ведь этот скот мог меня сегодня отправить к праотцам. Интересно знать, он был один или у него есть сообщники?
— Очухается, узнаем, — Сосна вручил ему после произведенного обыска незнакомца его водительское удостоверение и ключи от легкового автомобиля.
— Кочетов Федор Васильевич, — прочитал в удостоверении Эльдар. — Петух вонючий, хотел нас потоптать. Я ему самому дымоход прочищу. В ванной комнате я видел аптечку, посмотри, нет ли в ней случайно нашатыря, — попросил он Сосну, раздумывая, что ему делать с наемным убийцей. А что это был он, сомневаться не приходилось.
«Если мы этого Кочета замочим, то повесим себе на шею мокряка. Зачем нам на задницу лишние приключения? С другой стороны, нельзя же его просто так пожурить и отпустить. Если Енот обратился к услугам наемного убийцы, тот должен быть известной личностью среди зеков. А если так, то я, отодрав этого Кочета, смогу принудить его выброситься к окно, чтобы смыть с себя позор. Только придется его немного распеленать от веревок, иначе невозможно будет стянуть брюки с задницы», — определился он.
Возвратившись из ванной комнаты с пузырьком в руках, Сосна сообщил Эльдару.
— Нашел!
— Поставь его на тумбочку и по новой перевяжи нашего Кочета так, чтобы только руки у него были связаны за спиной.
— А ноги?
— Не надо, иначе нужной стойки у него для меня не получится, — цинично хохотнул Эльдар.
— Ты что задумал?
— Потом узнаешь, — не счел нужным объяснять Эльдар.
С помощью нашатыря Сосна привел в чувство Кочетова. Посадив его на стул и сдавив ему горло рукой, он предупредил пленника:
— От того, как ты себя будешь вести на допросе, зависит твоя жизнь. Сейчас с тобой будет трекать мой шеф.
— Ты знал, на кого решил поднять руку, а поэтому представляться мне тебе нет надобности. Ты, Кочет сраный, конечно, не ожидал, что из охотника превратишься в зверя. Теперь пришла наша пора снимать с тебя шкуру, — подойдя к своей жертве, разглядывая ее и испытывая наслаждение от своей вседозволенности, вкрадчиво произнес Эльдар…
Парень был высокого роста, мускулист и жилист. Черный цвет волос так шел белокожему симпатичному лицу, что любой художник был бы не прочь сделать его портрет. Бегающие карие глаза говорили, что парень растерян и напуган. Так как Кочетов не вступал с ними в разговор, то Эльдар продолжал:
— …Кто тебя нанял?
— Енот.
— Сколько он тебе за меня заплатил?
— Один лимон.
— Чего же так мало? — обиженно пробурчал Эльдар.
— После окончания работы обещал еще один.
— Ну, если так, то еще ничтяк. Сколько у тебя на улице осталось сподручных?
— Я всегда действую один.
— Откуда ты такой шустряк взялся?
— Из Харькова.
— Из Харькова? А знаешь, почему Енот так далеко от нашего края в твоем лице нашел исполнителя своего заказа? — Не дожидаясь ответа на свой вопрос, Эльдар пояснил: — Потому что никто из наших соседей не согласился бы браться за эту грязную работу. Но тут нашелся шустряк-одиночка, который решил на мне подзаработать. Теперь скажи, что мне с тобой делать?
— Прости меня, — выдавил из себя Кочетов.
— Я тебя мог бы простить в том случае, если бы воровской суд вынес мне смертный приговор и авторитеты
